Детский доктор или Попаданка в злую мачеху - Лана Кроу

— Проснись… Проснись, пожалуйста, — причитала я.

Он молча лежал и не шевелился.

— Асмир! ПРОСНИСЬ! ТЫ ДОЛЖЕН ПРОСНУТЬСЯ, ИНАЧЕ МЫ УМРЕМ! — закричала я, но он по-прежнему лежал.

Я ударила кулаком по чешуе, еще раз и еще… Слезы текли по щекам…

— ПРОСНИСЬ ЖЕ! НУ ПРОСНИСЬ! — кричала я.

Он не шевелился.

— Я люблю тебя, Асмир. Ты слышишь? Я люблю тебя. Пожалуйста… ты должен проснуться. Дети… Тит и Вики — они так тебя ждут. Ты должен вернуться. Ты должен проснуться, должен… Мы должны вернуться к ним. Вдвоем.

Я закрыла глаза, снова прислушиваясь к сердцу Асмира. Но услышала не только его… Я услышала голос.

Он раздавался в вое смерча… Словно был частью его. Я открыла глаза и повернулась.

Смерч был рядом… Но еще время было! Было время! Только вот я на миг застыла, потому что этот голос… Этот голос… Это был голос Тита.

— Я хочу домой! — требовал Тит. — Если ты не отвезешь меня в Рине, я пойду пешком!

— Тит, так решила Рина, и мы должны верить в нее… — это был голос Солна.

Все внутри меня сжалось. Я не понимала, что происходит, но голоса… Голоса раздавались из смерча.

Рядом ударила молния и словно привела меня в чувство. Я снова повернулась к Асмиру и… принялась бить кулаками по чешуе с новой силой.

Я кричала и била… била… била… Мои руки… Они были в крови. Как будто в настоящей. И боль была настоящей. И страх… страх тоже был настоящим.

— ПРОСНИСЬ! ОЧНИСЬ! ПРОСНИСЬ!

И вдруг его веки дрогнули. А потом резко распахнулись желтые горящие глаза. Я всхлипнула и отступила на шаг…

— Асмир… — выдохнула я. — Асмир, ты меня слышишь? Смерч… Смерч рядом…

Он моргнул. Из его пасти вырвалось низкое хриплое рычание. Земля дрожала. Асмир встал, стряхнул с себя пепел, посмотрел сквозь меня, а потом его лапа резко схватила меня.

Я даже не успела понять, как оказалась снова в полете. Просто миг — и он взмыл в небо.

Я прижалась к ладони Асмира. Вокруг было столько пепла, что ничего не было видно, и я закрыла просто глаза… Живой… Теплый… Рядом.

А потом я почувствовала, что воздух стал чище. Открыла глаза и поняла… Что теперь мы в небе, в чистом небе.

Смерч остался позади.

Я смотрела вниз, на то, как смерч пожирает земли, и вспомнила… Сначала Вики. Потом Тит… Голова шла кругом. Все это… Как будто бы все это не просто так.

Я снова закрыла глаза, а потом почувствовала, как мы идем на снижение. Еще немного — и мы оказались на зеленой траве.

Асмир зарычал, а после раскрыл лапу. Я тут же стала спускаться, но все вокруг кружилось.

— Ирина, — услышала я голос совсем рядом, а потом увидела лицо Асмира прямо перед собой. — Как ты?

— Асмир, — со слезами вырвалось у меня. Один шаг навстречу — и я вцепилась в его рубашку и… зарыдала, прижимаясь к нему. — Я так испугалась…

— Почему не сбежала? Зачем ждала?.. Если бы я не проснулся…

— Тогда и я бы не проснулась без тебя… Ты не помнишь, но мы ведь поклялись, — я оторвалась от рубашки только чтобы посмотреть в глаза. — Поклялись в храме… Ведь я… Я люблю тебя.

Прошептала я. Это было так странно. Он не помнил меня, но я хотела… Еще несколько минут назад мне казалось, я уже не скажу… Что он умер. Но он жив, и я могла… Могла сказать это прямо сейчас.

— Я люблю тебя, — повторила я.

Его глаза вспыхнули, а руки легли мне на спину. Он тоже сделал шаг, чтобы прижать меня к себе вплотную. Это его запах, это его тепло… Это он! Настоящий. Рядом. И в его объятьях вдруг все стало легче… Хотя бы на миг.

— Все будет хорошо, — сказал он мне в макушку. — Тише… Тише, Ирина… Ты же сама говорила — мы вместе. А значит… Все будет хорошо.

Глава 100.

* Ирина *

Пепел все еще кружил в воздухе, оседал на коже, и от него нещадно слезились глаза. Смерч не добрался до нас — но Асмир сказал, что он был рядом. Опасно близко.

— Он стал сильнее, — проговорил он, глядя в ту сторону, где еще недавно клубилась черная воронка. — Мне нужно посмотреть, что он… уничтожил. Раньше пепел не долетал до этого места.

Когда последние молнии перестали разрывать небо, Асмир обернулся драконом и бесшумно взмыл вверх, растворившись в серой мгле. А я осталась одна у реки, на поверхности которой медленно оседал черный налет. Я села на траву, зачерпнула воду и принялась оттирать руки и лицо — словно это могло стереть и произошедшее.

Мои кулаки были разбиты в кровь. Волосы спутались, лицо покрывали ссадины. Удивительно: для мира, где все вокруг казалось лишь декорациями, боль ощущалась по-настоящему. Каждая царапина отдавалась ноющей болью, каждая слеза была соленой. Даже тепло Асмира, даже его запах, оставшийся на одежде, — все это было настоящим…

Я сидела и пыталась собрать мысли в единую нить. Этот мир был сложнее, чем я могла представить. Эти переходы, эти разрывы, эта пугающая логика, в которой не было ничего логичного…

Я вспоминала, как плакала у Асмира на груди, как он успокаивал меня, не задавая лишних вопросов. Он ни разу не упомянул о том, что расщелина схлопнулась прямо перед нами. Я боялась, что он разочаруется, что перестанет верить в меня, обвинит в том, что я обманула и никакая не истинная, но упустила одну важную вещь: это был Асмир. Он был слишком благороден, чтобы винить женщину в неудаче.

Он гладил меня по спине, перебирал мои волосы, шептал, что все будет хорошо, и ушел только тогда, когда мои рыдания стихли. Я запомнила его вопрос: «Почему ты не убежала?» И тогда я даже не задумалась над этим. Мы отлетели от смерча достаточно далеко — возможно, у меня был шанс спастись. Или хотя бы попытаться. Но я бы никогда так не поступила. Я осталась бы с ним до последнего, даже если бы это был мой конец. Рядом с ним.

С Асмиром я впервые позволила себе отпустить всю боль наружу. Всю ту боль, что накопилась с момента моего второго