Смертельный след - Андреас Грубер

Снейдер убавил громкость.

– Вам тоже стоило бы написать мемуары, – пошутила Сабина. – Будет настоящий бестселлер. «Жизнь на грани – в трех кратких и точных предложениях». – Она повернула голову и посмотрела на него.

– Хорошая идея, – задумчиво произнес он. И, похоже, не шутил. – Тогда я смогу украсть собственную книгу из магазина «Хаитал» и одновременно…

– Подождите… – перебила Сабина. Ей только что в голову пришла мысль, которая мгновенно вернула серьезность. – Вы знаете, в каком издательстве вышла книга Веспенталь-Рёмер?

Снейдер на мгновение задумался.

– Нет… – Затем что-то набрал на телефоне. – Я знаю только, что год назад вокруг нее был большой медиашум… Ага, вот. В издательстве «Кёльпель» с офисом в…

– Лейпциге, – опередила она его. – Это тот самый медиахолдинг, который чуть не взорвали, верно?

– Да.

– О чем была книга?

– Насколько я помню, она там преуменьшала проблему климатических изменений и пропагандировала уголь, нефть и газ как безопасные источники энергии. Кажется, если я правильно понимаю… – он прокручивал экран на телефоне, – это не единственная публикация издательства на данную тему.

Сабина кусала нижнюю губу.

– Погуглите имя банкира, который работал в Немецком банке развития, в связи с проектами по охране окружающей среды и климата.

Снейдер принялся печатать в телефоне.

– Вы угадали… – сказал он через некоторое время. – Этот человек выступал против финансирования возобновляемых источников энергии и вместо этого одобрял кредиты на сотни миллионов на развитие угольных технологий.

Сабина задумалась.

– А у кого застрахован тот ганноверский нефтяной концерн, замешанный в скандале с фиктивным экологизмом?

Снейдер застучал по экрану телефона.

– В филиале международного страхового гиганта «Медеен и Ллойд» в Штутгарте.

– А где застрахован нефтяной концерн, чье офисное здание сегодня взлетело на воздух?

– «Медеен и Ллойд», – сказал Снейдер спустя некоторое время. – Которые сами сегодня стали мишенью теракта. – Он продолжал просматривать телефон. – Кстати, эта страховая компания также участвует в капитале крупного банка, который глубоко завязан в нефтяном бизнесе.

– И, возможно, он следующий, кто взлетит на воздух, – хмыкнула Сабина.

Снейдер кивнул:

– Постепенно все нити сходятся в один красный узел.

У Сабины побежали мурашки по спине. Это новое молодое поколение РАФ боролось вовсе не с фашистским полицейским государством, как стояло в их памфлете, а конкретно с реакционным правоконсервативным течением, которое своими взглядами и действиями безжалостно эксплуатировало и уничтожало планету.

– Эти люди из джетсета и высшего общества со своими лимузинами, виллами, яхтами и частными самолетами, которые за последние пять лет были ограблены членами РАФ, – размышлял Снейдер, – с точки зрения террористов своим расточительным образом жизни несут значительную долю ответственности за изменение климата.

Похоже, он пришел к тому же выводу, что и она.

– А похищенное имущество сразу же поступает в фонды движения, – добавила Сабина. – Значит, все-таки существует конкретный план.

Снейдер кивнул.

– РАФ больше не та исключительно политически мотивированная коммунистическая террористическая группировка 70-х, это современная левая РАФ 2020-х годов с глобальными целями…

– Которая при этом идет по трупам безжалостнее, чем когда-либо, – добавила Сабина.

Снейдер снова кивнул. Затем он позвонил Марку, который к тому времени разместился с Мийю в офисе отдела киберпреступности БКА в Меккенхайме. Когда Марк снял трубку, Снейдер даже не дал ему вставить слово, а сразу сообщил о возможном предстоящем нападении на крупный банк. Затем быстро продолжил:

– Как только РАФ опубликует заявление о причастности, я хочу немедленно быть проинформирован.

– Тебе не придется долго ждать… – Голос Марка был полон отчаяния. – РАФ только что заявила о себе.

– Чего они хотят?

– Пока не могу сказать. Сообщу, как только узнаю больше.

Снейдер опустил телефон.

– Теперь началось настоящее дерьмо.

Глава 95

В свете фар Сабина увидела первое указательное табло, предупреждавшее о пограничном пункте в Киферсфельдене через пять километров. Уже вскоре началась пробка. Сабина так резко затормозила, что автомобиль заскользил по мокрой дороге. На первой полосе стояли грузовики, на второй – легковые машины. Очевидно, что из-за недавних терактов действовали масштабные полицейские проверки. А в худшем случае граница могла быть полностью перекрыта.

Разговаривая с Дромайером по телефону, Снейдер показал на коридор для экстренных служб. Не раздумывая, Сабина вывела машину на узкую свободную полосу и, не снижая скорости, объехала стоящие грузовики и медленно движущиеся автомобили.

Некоторые водители сигналили, но Сабина, не обращая внимания, включила аварийку и продолжила путь. Через пять километров они достигли немецкого пограничного поста. Грузовики перенаправлялись на специальную стоянку для досмотра. Сабина бесцеремонно пересекла полосу и втиснулась перед автомобилем, приближавшимся к шлагбауму. Трое немецких пограничников в дождевиках и с автоматами направились к машине.

Сабина подъехала к крытому шлагбауму и опустила стекло.

– Похоже, мюнхенские господа очень спешат, – спокойно заметил один из полицейских.

– Во-первых, я женщина, – сказала Сабина относительно дружелюбным тоном, – а во-вторых, вовсе не обязательно, что мы из Мюнхена, только потому, что у нас мюнхенские номера. – Она указала на логотип Sixt на приборной панели.

– И откуда же к нам такая торопливая дама? Прямо с Хоккенхаймринга?[49] – спросил полицейский, в то время как один из его коллег посветил фонариком на номерной знак и проверил его по рации.

Прежде чем Сабина успела что-либо ответить, Снейдер закончил телефонный разговор, наклонился к ней и заглянул в ее окно.

– У нас нет времени на любезности и светские беседы! – резко сказал он и показал служебное удостоверение. – Федеральное ведомство уголовной полиции, Висбаден. Мы при исполнении и должны срочно попасть в Австрию. И нет – мы не можем сказать вам, о чем идет речь, как бы вежливо вы ни спрашивали. Так что – опустите оружие, отойдите в сторону и поднимите шлагбаум!

Однако мужчина не сдвинулся с места, а шлагбаум оставался опущенным. Сабина тоже показала свое удостоверение. Пограничник осветил фонариком сначала документ, затем ее лицо, после чего скользнул лучом по пуленепробиваемому жилету и надетой поверх плечевой кобуре с «глоком». Не дожидаясь просьбы, Сабина предъявила и разрешение БКА на ношение служебного оружия при пересечении государственных границ во время расследований.

– Спасибо, мне нужно еще взглянуть на ваш…

Сабина уже нажала кнопку, и крышка багажника со щелчком распахнулась.

– Черт возьми, поторапливайтесь! – прорычал Снейдер, наблюдая в зеркало заднего вида, как коллеги пограничника неторопливо обошли машину, а затем посветили фонариками на заднее сиденье и в багажник. Они даже осмотрели днище автомобиля с помощью зеркала.

Тут один из пограничников постучал в окно со стороны Снейдера. Дождавшись, пока стекло опустится, он отвел в сторону автомат, посветил Снейдеру в лицо, а затем – на его пиджак, из-под которого выпирала плечевая кобура.

– У вас есть разрешение на ношение