Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

– Она рассказала, что ночью кто-то ходит по саду, но то могли быть просто любопытные из деревни, нет? Для тихой сельской местности вы довольно интересные соседи.

– Возможно. – Сьютейн повернулся к окну, глаза его, состоявшие, казалось, из одних зрачков, смотрели обиженно.

– Мы слишком близко к Лондону, – вдруг сказал он. – Удобно, конечно, но как-то отдает окраиной. И никто не понимает, что у нас много работы. – Он помолчал, а потом ожесточенно бросил: – Терпеть не могу! Должны же у людей быть мозги.

Мистер Кэмпион не отвечал. Ему казалось, что эту сторону дела он понимает. Он знал особенности жизни в деревне, где некая общественная роль отводится именно домам, словно душой обладает дом, а не его владелец. Он представил себе скучающее общество, где все знакомы друг с другом, по меньшей мере шапочно, и которое забурлило от волнения, узнав о появлении среди них национального героя, но испытало досаду и разочарование: знаменитость оказалась недоступной, да еще лишила их одного из немногих домов, куда можно было ходить с визитами.

Кэмпион посмотрел в сторону Линды, рядом с которой сидели дядя Уильям и Мерсер. Она подняла голову и, встретившись с ним взглядом, улыбнулась.

– Наверное, мне лучше… – опять повернувшись к хозяину дома, начал он, но Сьютейн его перебил:

– Останьтесь на день-другой. Мне будет гораздо спокойнее. Я хочу узнать одно: сколько во всем этом моего психоза, а сколько настоящих проблем. Господи, что такое?

Кэмпион, сидевший спиной к окну, оглянулся и увидел интересную картину.

По дорожке медленно, с достоинством, приличествующим возрасту, двигался большой «даймлер» года примерно 1912-го. Вел его пожилой шофер в зеленой униформе, а на подножке стоял юный лакей в такого же цвета ливрее. Следом шел «бьюик», тоже с водителем в униформе, а за «бьюиком» – таксомотор. Вдали виднелся еще один автомобиль.

Сьютейн вопросительно посмотрел на жену. Линда покачала головой. Кэмпиону показалось, что она всерьез испугана.

«Даймлер» остановился и выпустил своих пассажиров – нарядно одетую пожилую даму и стройную девушку.

На весь дом загремел дверной звонок, и дог, мирно спавший под столом, вскочил и залаял. Туфелька кое-как его успокоила, и в комнате воцарилась зловещая тишина, только из холла доносились голоса и звуки шагов.

На дорожке тем временем появлялись другие машины, и к голосам и топоту ног добавился еще один звук: совершенно вульгарный скрежет.

Туфелька растерянно хихикнула.

– Это рояль, – объяснила она. – Мы его поставили к дверям зала. А назад вернуть не успели. Ты, Джимми, сам велел Хьюзу не беспокоиться.

Сьютейн вскочил и оттолкнул стул. Он неожиданно и весьма театрально разгневался.

– Кто это, черт побери, такие?! И какого дьявола сюда явились?! Господи, да их целая толпа!

– Их кто-нибудь знает? Ну замечательно! – Бенни Конрад нервно рассмеялся. – Пойдемте тогда с ними обниматься.

– Замолчи! – Петри сердито хмурился, не отводя близко посаженных глаз от Сьютейна.

Сьютейн вцепился в спинку стула, – звезду сцены трясло.

Дверь позади него тихонько отворилась, и появился пожилой дворецкий, который руководил подачей блюд. Бедняга покраснел от волнения.

– Сэр, с визитом явилось очень много народу, – негромко объявил он. – Я усадил их в зале, а одна из горничных откроет дверь в гостиную. Желаете, чтобы я подал им чай?

– Даже не знаю… – Сьютейн беспомощно смотрел на дворецкого.

Линда встала.

– Несите чай и печенье. И конечно, молоко. Сколько там человек?

– Пока что около тридцати, мадам, но… – Старый слуга выразительно покосился на дорожку.

Подъехал очередной автомобиль, и из него вышла веселая молодая компания.

– Сделайте, что в ваших силах, – вздохнула Линда. – В кладовой есть ящик хереса, возможно, это как-то спасет положение. Хьюз, вы кого-нибудь из них знаете?

– Да, мадам. Приехала старшая миссис Корсэр из поместья Тауэрс, леди Джерри из Мелтона, мистер и миссис Бик, мисс Эрл. Все спрашивают вас, мадам. – В его голосе слышалось мягкое осуждение. – Я ими займусь. Вы выйдете?

Молодая женщина оглядела свое простое коричневое платье.

– Да, – кивнула она наконец. – Выйду. – И последовала за дворецким.

Кэмпиону пришло на ум сравнение с маленьким корабликом, спешащим в битву.

Хлоя встала.

– Нам всем нужно пойти и помочь Линде, – объявила она, смакуя ситуацию. – Джимми, кто эти люди? Ваша здешняя публика?

Сьютейн не обратил на нее внимания.

– Какая наглость! – взорвался он. – Явиться к человеку такой оравой, когда ему нужно работать!

Мистер Кэмпион кашлянул:

– Видимо, их пригласили. Целая толпа не завалится в дом ровно к четырем без всякого приглашения.

– Разрази меня гром, – пожал плечами дядя Уильям.

Бенни Конрад издал какой-то писк, а потом произнес:

– Чей-то мерзкий розыгрыш. Кто-то воткнул вам, Сьютейн, нож в спину. Что будете делать?

– Удеру, – быстро ответит Сьютейн. – Линде придется несладко, но у меня через двадцать минут деловая встреча.

– Послушай, старина… – Петри говорил спокойно, но очень настойчиво. – Я бы на твоем месте не стал. Плохая реклама, понимаешь ли. Свинская проделка, но ты должен обернуть ее себе на пользу. Тебе, да и Туфельке, нужно выйти к гостям. Иди и скажи им что-нибудь приятное. Только это и остается. Мы вас поддержим.

Сьютейн колебался.

– Настоящее насилие.

– Согласен, но куда деваться. – Петри был готов умолять. – Стоит кому-нибудь сообразить, что это розыгрыш, история попадет в газеты и все будут взахлеб читать. Давай иди.

Туфелька, с одобрением слушавшая Петри, взяла партнера за руку:

– Ну давай, пошли. Наш выход.

– Интересно, аплодисменты будут? – хихикнул Бенни.

Петри слегка его шлепнул, он покраснел и тоже замахнулся.

К Кэмпиону и дяде Уильяму подошел Мерсер.

– Все три рояля будут заняты? – спросил он.

На него смотрели с удивлением.

Мерсер нахмурился:

– Им же понадобятся все комнаты. Пойду тогда домой. Я живу сразу за парком.

Он открыл окно и выпрыгнул на дорожку – к большому удивлению очередного гостя, который чуть было не переехал его машиной. Мерсер шарахнулся и бросил на него злобный взгляд. Затем его невысокая широкоплечая фигура исчезла за деревьями.

Хлоя Пай рассматривала себя в маленьком зеркальце.

– Я ничего выгляжу? – спросила она у дяди Уильяма и, получив в ответ испуганный кивок, устремилась в зал.

В качестве светского приема мероприятие потерпело абсолютное поражение, на что, естественно, и рассчитывал его инициатор. В любом доме, если вдруг приходится делать что-то сверх его хозяйственных возможностей, возникают проблемы. Тринадцать бутылок амонтильядо и сорок чашек чая, среди которых и несколько кухонных кружек, – это вам не пять хлебов, которыми насытили пять тысяч человек.

Сдвинутая мебель мешала ходить, а пустые бутылки от пива – Носок с утра освежал им голову – никак не украшали рояль, куда их поставил какой-то заботливый гость, чтобы никто не споткнулся. Впрочем, по сравнению с настоящим