Современный российский детектив - Анна Майская

никогда не привлекал Верочку, а Макс, в свою очередь, никогда не был любителем тусовок, шикарных магазинов и СПА-салонов. Лучшим досугом он считал книгу, телевизор с кружкой пива или, в редких случаях, боулинг. Да и досуга-то этого было так мало, что и говорить о нем толком не приходилось.

…Он даже удивился, насколько ему стало легче, когда все выяснилось: он просто застал ее с любовником у них дома. Вера даже не пыталась оправдываться, а просто заявила, что уходит. Но «просто» уйти было не в характере Верочки. Расставались они «по-итальянски», как сказал Лешка, со скандалом, криками и кучей перебитой посуды. Она обвиняла его в том, что его никогда не бывает дома, что денег он зарабатывает с гулькин нос, что она выходила замуж за перспективного молодого человека с прекрасным будущим, за юриста с красным дипломом, а не за вечного опера, который сутками гоняется за жуликами и бандитами.

— И ты еще удивляешься тому, что у меня есть любовник?! Да, я не люблю тебя и никогда не любила! Это только тебе кажется, что у нас с тобой все хорошо! А с этим человеком у меня действительно будет настоящая семья, а не видимость! И ребенок мой никогда и ни в чем не будет нуждаться.

Макс слушал ее обвинения и понимал, что Вера, скорее всего, права. Он действительно совершенно не любит ее… И зачем нужна была эта поспешная свадьба? На тот момент казалось, что чувства не пройдут никогда и все будет просто замечательно. А сейчас не понимал лишь одного: почему она раньше не сказала ему об этом? Зачем было столько времени изменять, прятаться, юлить и врать? И ведь что удивительно, ему все равно, уйдет она или нет. Наверное, он и сам должен был сказать, что не любит ее, да как-то не было необходимости… Ему уже давно все стало безразлично. Они жили соседями, каждый сам по себе. Наверное, Вера всегда ждала от него чего-то другого. Ей всегда и всего было мало: мало денег, мало внимания. О его интересах и желаниях она даже никогда и не спрашивала. Ей это было неинтересно. Первую пару лет он пытался соответствовать ее запросам и требованиям, а потом, он даже сам не понял как, и ему стало неинтересно. По-настоящему сильным ударом оказалось лишь известие о том, что ребенок не его: он так ждал сына…

Обо всем об этом он рассказал только Инне. Их родители по сей день считали, что сын сам оставил беременную жену, и осуждали его за это.

…- Так что скажете, ребята? А? — спросила Инна, закончив свой рассказ.

Алексей задумчиво переставлял на кухонном столе баночки с перцем и солью:

— Да, похоже, что ты прав, Максимка, и район то же… — они переглянулись.

— А вы это о чем, собственно?

— Да ты понимаешь, Плюшка, какое дело… Месяцев шесть назад у нас уже было похожее дело. В мае этого года пропали две девочки, Лена и Света, восьми и двенадцати лет. Правда, обе они были из неблагополучных семей. Родители — алкаши со стажем. Они даже в милицию пришли не сразу. До сих пор уверены, что дети просто-напросто сбежали. А им и дела-то особого нет — одним ртом меньше. Об одной из них заявила соседка-почтальонша, у которой Света иногда подрабатывала, а о второй сообщила ее тетка, которая тоже не живет с ними. Эта тетка планировала в скором времени оформить опеку над девочкой, и к тому моменту уже собрала кое-какие документы. Но не успела — малышка пропала. По показаниям очевидцев, ее и ее подругу тоже уводил какой-то мужик с коляской. Ходили слухи, что было и еще одно исчезновение: четырнадцатилетняя девочка ушла из дома и не вернулась. Свидетели утверждают, что накануне она утверждала, что какой-то очень состоятельный мужчина предложил ей жить вместе. На утро она собрала свои нехитрые пожитки и сказала родителям, чтобы не ждали и не искали ее — она начинает новую, самостоятельную жизнь в другом городе. С тех пор никто ее ни разу не видел. Но по тому случаю заявления никто так и не подал. Говорили, что девица эта была не самого образцового поведения, ее, подвыпившую, частенько видели в компании взрослых мужчин. Поэтому то, что она пропала, никакого особого удивления не вызвало.

— Господи! — пробормотала Инна. Она встала, подошла к окну. Алексей видел, как передернулись в ознобе ее плечи, закутанные в старенькую вязаную кофточку. Тонкие пальцы смахнули наметенный на окно снег. — И что, вы их нашли?

— Нет. Хотя и искали-то, честно говоря, спустя рукава. Ведь они и в самом деле могли сбежать от такой жизни. Знаешь, сколько таких каждый божий день исчезает на просторах нашей Родины? Сели в поезд — и привет.

Некоторое время они молчали. Капли талого снега с мерным стуком падали на железный карниз.

— Ребята, надо что-то делать. Это дело нельзя оставлять просто так. Ведь и Лизка, и Катька Долгова видели его. Ежу понятно, что эта скотина постарается убрать свидетелей! Кстати сегодня я поговорила с Катериной, и она сказала, что вчера долго не могла уснуть, все вспоминала события последних дней и теперь она почти убеждена, что один такой мужчина с детской коляской очень часто проходил мимо ее дома и мимо школы. Она даже постаралась мне его описать, — снег таял в теплой ладошке, и на полу кухни образовалась лужица, куда уже успела сунуть свой нос неугомонная Дашка.

Лешка смотрел на Инну и удивлялся. Как же она изменилась! Она сильно похудела, а под большими серыми глазами залегли тени. Что-то происходит в ее жизни… Он перевел взгляд на пушистую Дашку, которая, фыркая, слизывала с лапок талую воду. Они даже как-то похожи, подумал он. Обе маленькие и какие-то до ужаса несчастные.

На прошлом Дне рождения Макса Инна была не одна, а в компании с каким-то красавцем, которого представила, как своего жениха. Алексей помнил, как почему-то ему было неприятно, что его маленькая, всегда такая жизнерадостная Плюшка вдруг стала чужой невестой. Красавец был напыщенным, с надменным взглядом, цедил слова медленно, сквозь зубы, и томно возводил глаза к потолку. Он равнодушно целовал Инну в щеку, а Алексей, глядя на эти ужимки передергивался от отвращения. Ему было непривычно больно думать, что эта девчонка навсегда может исчезнуть из его жизни, превратившись в жену этого «Луиса-Альберто». Тогда он даже не запомнил, как зовут Инниного жениха, и постарался побыстрее сбежать из гостей, несмотря на активные протесты его тогдашней девушки