Пуля от Ван Гога - Алексей Викторович Макеев

* * *

Вторым номером в списке допрашиваемых шел тот молодой мужчина с бородкой, похожей на небритость, Александр Аркадьевич Новиков.

– Алекс, – поправил он, – можно просто Алекс.

Высокий, атлетически сложенный. Пышная шевелюра, темно-каштановые волосы, красивые, богатые, зачесаны назад в стиле слик бэк. Кареглазый; в его постоянном прищуре читаются то веселость, то задор, то жажда деятельности, то азарт, то вопрос. Правильные черты лица, в котором преобладают прямые линии: прямой нос, прямые брови, будто бы две аккуратные ровные полосы пересеклись буквой «Т», а ниже – твердый прямой рот. Одет в пижамный костюм светло-серого цвета в белую полоску. Из украшений скромное обручальное кольцо и довольно простой стальной браслет, тоже на левой руке.

– Год рождения?

– Тысяча девятьсот девяносто четвертый.

– Род занятий?

– Блогер-предприниматель, веду канал о громких событиях в мировом искусстве. Можно сказать, моя профессия – вечный поиск сенсаций и уникальных историй.

– В чем заключается ваше сотрудничество с «Пост-Москвой»?

– Как и с любыми другими галереями и музеями: информационное сопровождение и анализ проектов, разработка и внедрение контент-стратегий для каждого проекта, точная настройка кампаний по таргетированной и контекстной рекламе, прочие прибамбасы в том же роде. Откровенно говоря, услуги таргетирования и контент-менеджмента приносят мне львиную долю доходов. Хотя лично я позиционирую себя как блогер, это повышает мне самооценку.

– Вы сказали «доходы». Это правда доходный бизнес?

– Вы налоговой не расскажете? Шучу! – Он задорно подмигнул. – Доходный, когда с хорошими клиентами и постоянными заказами. Мне повезло, удается держать офис в Сити, на Пресненской набережной.

«Повезло», – мысленно согласился Лев Иванович, а вслух как бы мимоходом заметил:

– По вашему виду я бы решил, что ваша карьера в спорте.

– Спасибо, конечно, – заулыбался Алекс. – Я кроссфитом занимаюсь, есть определенные достижения.

Кроссфит, ничего себе! Крепкий молодчик. Такой не побоится сесть на поезд с художником, чтобы, улучив момент, обыскать его купе. Не побоится и вступить в борьбу за револьвер. С другой стороны, в его лице не видно агрессивности или коварства. Человек он, судя по всему, бесхитростный и открытый, коммуникабелен, прост в общении, хотя при этом не склонен к фамильярности и панибратству.

– Семья? – Гуров обратил внимание на кольцо.

– Женат, растим дочку трех лет. Маму зовут Лидия, дочку Лилия. – Он неожиданно рассмеялся. – Мы с Лидой решили, что это здорово, если у нас дома будут Лидия и Лилия.

Лев Иванович краешком рта улыбнулся.

– Скажите, вы сотрудничали непосредственно с покойным Святским?

– Нет, ни разу, он же куратор. Я взаимодействовал только с Ольгой, менеджером проектов, а еще с Буяловым, директором «Пост-Москвы». Но лично с Олегом знаком, конечно, несколько раз пересекались. Сейчас скажу… – Алекс задумался на секунду-другую, после чего сообщил: – Последний раз мы общались неделю назад, накануне его отъезда в Воронеж… или не в Воронеж? А, вспомнил, в Калач-на-Дону! Сегодня мы, к сожалению, не смогли поговорить, только поздоровались с утра. Олег выглядел очень занятым, чем-то озабоченным, поэтому я не стал лезть к нему с разговорами, да и повода поболтать не было.

– Можете вспомнить, о чем говорили накануне его поездки в Калач-на-Дону?

– Обсуждали новую выставку, которая запланирована на следующий год. Работы вовсю ведутся уже сейчас, поскольку подготовка выставки занимает в среднем месяцев двенадцать – пятнадцать. И это еще мало, нам повезло, что «Пост-Москва» – маленькая галерея с узкой тематикой коллекций. В Третьяковке, например, каждая выставка готовится два-три года. В мероприятии задействована куча народа: дизайнеры, графики, осветители, кураторы. Пиар-кампания также сорвется без надлежащей подготовки и грамотного проведения. Приступать мне предстоит в ближайшие два месяца и управлять контентом до самого открытия.

Гурова это известие поразило. Он не считал себя человеком бескультурным, но как-то не задумывался о том, каких трудов стоит провести выставку. Со слов Алекса, это вам не просто взять да развесить картины по стенам. Сразу припомнился фрагмент из юмористической книги Джерома Клапки Джерома «Трое в лодке, не считая собаки», где описывалось, как дядюшка Поджер прибивает картину.

Одновременно полковник отметил, что Новиков обладает солидными познаниями по части функционирования музеев и галерей, причем, скорее всего, подобные вопросы его интересуют больше, чем манера письма живших сто лет назад мастеров. Каждому свое, и такие люди тоже нужны безграничному миру искусства.

– Еще не проработаны все вопросы, – рассказывал далее Алекс, – но в общих чертах могу сказать, что тематика будущей выставки – «Ван Гог на Монмартре». Она посвящена пребыванию художника в Париже в тысяча восемьсот восемьдесят седьмом году. Нам удалось договориться с музеем Креллер-Мюллер насчет нескольких картин. Выставка обещает получиться потрясающим событием, мы ошеломим столицу! – Новиков заговорил воодушевленно, жестикуляция его стала оживленнее. – В программе выставки запланированы творческая мастерская, квизы, интерактивный квест «Отличи Ван Гога от ИИ». Победители получат набор открыток с репродукциями и дизайнерский стикерпак бренда «Пост-Москва».

Гурову пришлось унять увлеченного собеседника, вернув допрос к убийству Святского.

– Вы бы назвали Олега Тимофеевича конфликтным человеком? Имел ли он врагов?

– Нет, что вы! – Алекс ни секунды не колебался. – По части живописи спорил с другими художниками, с исследователями, но это обычные дискуссии интеллигентных людей. А Святский был, надо сказать, рафинированным интеллигентом. Он не конфликтовал и врагов не нажил. Это убийство… кошмарное убийство… никак не связано с личными качествами Олега. Для меня несомненно то, что он застукал здесь вора или вандала и поэтому поплатился жизнью.

Ответ Гурова был лаконичен:

– Ценное мнение, спасибо, мы учтем. – И тотчас новый вопрос: – На какие ценности мог польститься вор?

Алекс широко развел руками.

– Их здесь немерено.

– Возможно, нечто такое, что легко вынести? Картины все-таки похищают по ночам, пока никто не видит, так как холсты большие. Утром же вор рассчитывал стащить нечто мелких размеров, вещицу, которую легко унести под одеждой.

Блогер-спортсмен пожал плечами, состроив на лице мину недоумения.

– С такими вопросами – к кураторам.

– Вам известно, зачем Святский ездил в Калач-на-Дону? – последовал новый вопрос.

– Нет. Поездка не была связана с подготовкой выставки, это какие-то его исследования. Вам лучше Ольгу спросить или директора. Его зовут Буялов Геннадий Святославович. Контакты у меня в телефоне, если что.

Гуров перешел к финальной части допроса, убежденный, что никто из коллег Святского не знает о старом музейном револьвере, привезенном Олегом Тимофеевичем из другого города. Или делает вид, будто не знает.

– Где вы находились и что видели в момент выстрела?

– Стоял в зале мастеров понт-авенской школы и ждал Ольгу с контрактом на подпись. Раздался выстрел, в соседнем зале кто-то упал. Я