Голоса в комнате эхо - Влада Ольховская

– Наказания назначаются не так, они…

Матвей знал, что нужно сказать, и это даже не было ложью или данью вежливости, и все равно правильные слова так и не прозвучали. Он запнулся, и отвернуться от иронии момента уже не получалось.

Пострадавший ничего не знал о прошлом Матвея, да и должным пониманием психологии он не обладал. Но он безошибочно уловил слабину так, как умеют только люди, прошедшие через свой личный ад. Он горько улыбнулся, демонстрируя отсутствие значительной части зубов.

– Видите? Иногда просто делаешь то, что должен.

– Или меняешь себя.

– Сами-то вы в это верите? И смогли бы сделать, если бы понадобилось?

Ответа у Матвея не было, да и ни один из них в этом не нуждался.

Форсов ни разу не пытался поговорить с ним по душам, но Матвей такого и не ожидал. Это не значит, что наставник одобрял его решение, он просто оставлял выбор за ним. Вот и теперь, когда стало ясно, что Матвею больше не нужно торчать здесь и мелькать на судах, он прислал три новых задания – в ФБР его очень хорошо помнили и с удовольствием пользовались услугами его ученика.

Матвей планировал взять еще хотя бы одно, раньше это казалось хорошим решением. Да и теперь следовало бы придерживаться плана, а не поддаваться эмоциям… Но поступить правильно он так и не смог.

Вместо того, чтобы отправить номер нужного задания своему куратору, он зашел на сайт авиакомпании и открыл расписание ближайших рейсов.

Глава 2

Раньше, когда Таиса только начинала работать на Форсова, ей почему-то казалось, что большинство заданий, где жертвы – женщины, будет доставаться ей. Доверительные отношения, солидарность, помощь в момент уязвимости – разве это не должно было возникнуть?

А получилось как раз наоборот: из всех учеников Форсова она куда чаще вызывала недоверие сразу же, при знакомстве, и как раз у женщин больше, чем у мужчин. Гарик, узнав об этом, торжественно объявил:

– Добро пожаловать в мир женщин-хирургов, пилотов и водителей! Об их профессионализме тоже по полу судят. Ты это, если претендуешь на компетентность, хотя бы потрудись приходить с немытыми волосами и в свитере с катышками, плюс килограммов двадцать набери и очки нацепи. А то ходишь вся такая…

Продолжать речь он не стал, но очертил возле собственной груди округлости, которые имели мало общего и с Таисой, и с адекватностью. Хотя даже это было не так плохо, как тот факт, что Гарик сразу же доверительным шепотом сообщил:

– Я тебе польстил – пожалуйста!

Удрал он прежде, чем Таиса успела избить его свернутым журналом по практической психологии. Она же просто смирились с тем, что Гарик не повзрослеет, а ей не победить стереотипы.

Но бывали и обратные ситуации, когда жертв пугали как раз Гарик и Матвей. Правда, не так быстро, как Таиса, а все-таки после общения, но женщины просили «кого-нибудь другого». Причины назывались разные, чаще всего – приглаженные смущенной вежливостью, но даже так их можно было разделить на две большие группы. Гарик представлялся женщинам слишком милым, а потому несерьезным, Матвей же был недостаточно милым, потому пугающим. Таиса тоже восторга не вызывала, но ее приходилось принять как меньшее зло. Она бы с удовольствием вообще не лезла в эти дела, однако Форсов изначально не брался за мелочи, людям действительно требовалась помощь, и их капризы приходилось терпеть.

Проблемой для Таисы стало даже не это, чего-то подобного она от работы профайлера как раз ожидала. Нет, куда хуже оказалось то, что женщины, которым она помогла, начали распространять ее контакты по сарафанному радио – как привычно делились телефонами хороших парикмахеров и маникюрш. А поскольку далеко не все четко понимали, чем занимаются профайлеры, на Таису посыпались предложения найти способ отомстить мужу, который, несомненно, скотина, или наказать подружку, которая слишком выпендривается в соцсетях.

Таиса попробовала прийти за помощью к наставнику, намекнуть ему, что, может, общение стоит проводить через Веру – как в случае с самим Форсовым, он-то никому личный номер не предоставляет. Старший профайлер в ответ задался предсказуемым вопросом: а ему-то это зачем? Зачем отвлекать жену от солений, которые ему очень даже нравятся, на обеспечение спокойствия Таисы, которое ему по большей части безразлично?

Таиса попыталась надавить на коммерческую жилку и намекнуть, что так она и задания будет выбирать самостоятельно, а не через наставника, как обычно. Но Форсов добил ее непробиваемым аргументом: «Да делай ты что хочешь!»

Пришлось привыкнуть к тому, что ей периодически приходится объяснять, что такое личные границы, а то и вовсе блокировать номера. Но с телефоном этот трюк еще работает, а вот с теми, кто умудряется явиться лично, дела обстоят сложнее. Таиса получила очередное напоминание об этом, когда обнаружила на пороге своей квартиры молодую женщину.

На вид гостье было лет тридцать, не больше. Она сразу привлекала внимание, потому что была одета дорого, чуть экстравагантно – и в высшей степени нелепо. Ирония заключалась в том, что выбор одежды и аксессуаров тут оказался ни при чем. Образ она явно подсмотрела на каком-нибудь модном сайте, составлял эту колоритную мешанину стилист с мировым именем и ни в чем не прогадал. Его творение превратилось в пук тряпок по двум простым причинам.

Во-первых, для съемок таких образов обычно приглашали обладательниц фигуры, неуловимо напоминающей черенок от швабры, и модели даже под пятью слоями одежды сохраняли иллюзию хрупкости. Гостье же природа выделила плотно сбитое тело и рост чуть ниже среднего.

Во-вторых, и это главное, для таких нарядов требуется абсолютная уверенность в себе. И тогда даже фигура отходит на второй план, люди подсознательно считывают внутреннюю силу по осанке, взгляду, движениям, перестают хихикать, задумываются: может, так и надо? Так – лучше, чем банальность, перед ними необычный человек, которого нужно уважать…

У гостьи всего этого не было, где-то в глубине души она и сама не сомневалась, что выглядит странно, но брала себя за шкирку и бросала в мир высокой моды. Так что для предварительного психологического профиля Таисе даже общаться с ней не требовалось, и так ведь ясно: ведомая, неуверенная в себе, с детскими травмами за плечами, ныне получившая доступ к большим деньгам, но вряд ли своими усилиями, потому что уверенность это ей так и не принесло. Такие люди легко поддаются страху, однако напугана гостья не была. Она нервничала и злилась, первое было связано с необходимостью приставать к