Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

обратила внимание на молодую пару, которая, казалось, пришла на свидание. Они мало говорили друг с другом, зато жадно ловили каждое слово, сказанное о покойном. Когда кто-то вспоминал о долгах антиквара, они обменивались странными понимающими взглядами.

Слухи росли, росли, как теплое и пухлое дрожжевое тесто. Джейн чувствовала себя гадко, подпитывая пиршество пересудов, но останавливаться было нельзя. Каждая жалоба, каждое недоброе слово могли помочь ей отыскать правду. Самым ярким действом стало появление четы Эмберли. Марта, бывшая одноклассница Джейн, вошла с деланно печальным видом, но живыми, бойкими глазами, она держала поднос, полный горячих круассанов и воздушных бисквитов. Ее муж, Альберт, красный и вспотевший, уныло следовал за ней.

– Джейн, дорогая! – воскликнула Марта, ставя поднос на прилавок. – Мы принесли тебе угощение. Мы же должны поддерживать друг друга в такие трудные времена! Ужас, что случилось! Прямо здесь!

Ее голос напоминал звон колокольчика, но мисс Баррет уловила фальшивую нотку. Альберт же, напротив, молчал, его взгляд блуждал по комнате, избегая рокового столика у окна. Джейн заметила, что его левая рука была обмотана бинтом.

– Спасибо, Марта, – вежливо улыбнулась Джейн. – Мистер Хауэлл был вашим постоянным клиентом, не так ли? Кстати, Альберт, что с рукой?

Мужчина вздрогнул и сунул руку в карман.

– Пустяки… Печь задел.

Марта ответила слишком быстро, перебивая его:

– Да, вечно он неаккуратен! Все время спешит! – ее смех прозвучал наигранно. – А насчет Хауэлла… Клиентом? Скорее, палачом!

Джейн вспомнила, как видела мельком строгие, почти музейные интерьеры дома Хауэлла, подчеркивающие характер старика.

– В прошлый раз, – не выдержав, прошипел Альберт, – я зашел к нему с заказом. Ждал оплаты, присел на этот дурацкий стул в гостиной, пока он считал мелочь. Ты бы видела его лицо! Будто я алтарь осквернил! Закричал, вытолкал меня за дверь и денег не отдал. Сказал, что за порчу антиквариата я ему теперь должен!

– Он ценил вещи больше, чем людей, – вздохнула Марта, драматически прикладывая руку к сердцу. – Ни с кем не считался. Многие не могли с ним расплатиться, а он упрямо увеличивал проценты. Наш долг… – она замолчала, поймав предостерегающий взгляд мужа. – В общем, он был сложным человеком.

Когда они ушли, Джейн внимательно посмотрела на поднос с выпечкой. Среди идеальных круассанов лежал один кривой, с вмятинами от пальцев. В этих вмятинах виднелись мельчайшие частицы чего-то темного, похожего на сажу. Она аккуратно взяла его салфеткой и спрятала под прилавком. «Вечно спешит… – прошептала она про себя. – Если он не печь задел, а, к примеру, залез в чужой дом?»

Она подошла к столику, где сидел одинокий посетитель, и, поправив вазу с цветами, мягко спросила:

– Простите, вам известно, кто еще прилично задолжал мистеру Хауэллу?

Мужчина хмыкнул, отпивая чай.

– Да половина улицы Старых Лип с ним так и не расплатилась! Он был тихим ростовщиком, знаете ли. Но проценты брал похлеще банкиров, и все боялись его гнева и языка. Он мог запросто разрушить репутацию одним жестким словом. Спросите лучше, кто ему не должен.

К концу дня, когда основной поток посетителей спал, в чайную зашел молчаливый рыбак. Старина Бен редко появлялся в городе, предпочитал одиночество у моря. Он сел за столик, заказал чай и, пока Джейн наливала, тихо заговорил, не глядя на нее.

– Он забрал у меня лодку под предлогом старинного долга моего прадеда. Бумагу подсунул, я и расписался не глядя, – Бен поднял на Джейн свои потускневшие от возраста глаза. – Но не это главное. В ночь перед его смертью я видел, как некто пробирался к его дому через чащу, со стороны старой тропы.

Джейн замерла.

– И кто это был?

– Не разглядел. Он был высокий и нес с собой какой-то длинный узкий ящик, – Бен отхлебнул чаю, – и еще у него была странная походка: он шел враскачку, как будто одна нога короче другой.

Следующий поток посетителей принес новые истории. Вспомнили, как Хауэлл обвинил местного ювелира в подмене камней дорогой броши. У кого-то он отнял участок земли под предлогом старинной долговой расписки. Портрет вырисовывался однозначный: антиквар был тираном, искусно управлявшим окружающими с помощью денег и шантажа.

К концу дня чайная опустела, остались только крошки на столах и тяжелое эхо чужих обид. Джейн сидела за прилавком, перечитывая свои заметки. Перед ней был целый город подозреваемых. Каждый со своим мотивом – с горькой обидой на покойного.

Она отложила блокнот и посмотрела на запертую дверцу шкафа, где недавно лежала коробка от старинной книги Хауэлла. Десятки людей желали смерти антиквару, и все же кто из них перешел к действиям? У кого был не только мотив, но и знания и хладнокровие, чтобы устроить этот идеальный спектакль с отравлением?

Она снова взяла в руки блокнот. Высокий мужчина, хромая походка, длинный ящик, обожженная рука, частички сажи – все эти детали, не складываясь в единую картину, кружились в голове, как листья в вихре. Но Джейн чувствовала: ответ где-то рядом. Нужно лишь найти ту самую деталь, которая свяжет все вместе.

Внезапный стук заставил ее вздрогнуть. У стеклянной двери, прижимая к груди кожаный портфель и нервно оглядываясь по сторонам, стоял молодой почтальон, мистер Артур Гримм. Его обычно безупречная форма была помята, а лицо выражало панику. У Джейн похолодело внутри. Он явно знал что-то очень важное.

Она поспешила ко входу, повернула ключ. Едва дверь открылась, почтальон прошептал, задыхаясь:

– Мисс Баррет, я должен сказать вам кое-что о той посылке.

Она впустила молодого человека, и он, не снимая пальто, схватил ее за руку ледяными пальцами.

– Я не сказал тогда, – его шепот был полон отчаяния, – я не просто отдал ему ту посылку, я подменил ее по приказу. Но я не знал, что внутри яд! Клянусь!

Джейн онемела, глядя на его искаженное ужасом лицо.

– Чей приказ? Чей? – выдохнула она.

Глава 5. Тайна засушенной сакуры

Воздух в чайной сгустился, наполнился резким запахом пота Артура Гримма и ароматом дорогой туалетной воды. Джейн заметила, что воротник его идеальной формы был перекошен, а на лакированном козырьке фуражки виднелась свежая царапина. Он не просто бежал, а скрывался, пробираясь через кусты.

– Мисс Барретт… мне нельзя это рассказывать, – выпалил он, его широко распахнутые глаза блуждали по комнате, избегая встречи с ее взглядом.

– Успокойтесь, мистер Гримм, – мягко сказала Джейн, а внутри у нее все сжалось от дурного предчувствия.

Она указала на ближайший столик.

– Присядьте, я приготовлю вам ромашковый чай с медом. Он отлично успокаивает нервы.

– Нет, нет, благодарю, – почтальон мотнул головой, но опустился