"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

– Не извиняйся, – говорит Райан. – Я заглянул просто так. Хотел удостовериться, что они не связали тебя или не натворили чего-то еще. – Он смеется.

Я выдавливаю улыбку, но мне все еще неудобно из-за того, что я допустила такой шум в классе, что его было слышно даже за закрытой дверью. И что только подумал мой студент-практикант? Нет, мне следовало утихомирить детей и навести порядок. В конце концов поддержание дисциплины – моя обязанность. Бросаю взгляд на телефон – не пропустила ли сообщение. Это, конечно, не ускользает от внимания Райна.

– У тебя действительно все в порядке?

– Да, конечно. Просто мне нужно бежать… увидеть Лили. Ты не против?

– Вовсе нет.

Райан отступает, чтобы я могла пройти, и я протискиваюсь мимо него в дверь. У меня нет четвертого урока. Я говорю студенту, что скоро вернусь, и иду в математический класс к Лили.

Сейчас перемена, а на переменах дети всегда толпятся в коридоре, так что пройти трудно даже учителю. Старшеклассники еще и ростом со взрослого, и мои метр семьдесят большого преимущества не дают, так что, если не обращать внимания на то, как я одета, отличить меня от учеников непросто. В общем, толпа передо мной не расступается.

Добравшись до места, заглядываю в открытую дверь. В отличие от меня у Лили сейчас будет урок. До звонка еще пара минут, и класс заполнен не больше чем на треть. Дети гуляют по коридору, болтают с друзьями, и на урок никто не спешит.

Лили за своим столом разговаривает с Колином Майнером, мальчиком, который учится и у нее, и у меня. Она миниатюрная, и Колин рядом с ней выглядит совсем уж великаном. Еще она невероятно красивая. Сегодня на ней клетчатые легинсы, надеть которые может позволить себе только кто-то вроде нее. Еще на ней свитер с высоким воротом, свободный, но не мешковатый. С такой фигурой можно носить все. Свитер чуть прикрывает бедра, длинные темные волосы волнами стелются по спине. Косметикой Лили почти не пользуется – она ей просто не нужна. Я не раз слышала, как девочки восхищаются Лили, то есть миссис Скотт, называют ее красивой и милой. Подростки ее любят, и это большое достижение, ведь на подростков, как известно, трудно произвести впечатление, особенно если ты – учитель математики. Не секрет, что почти никто не любит математику. Впрочем, и английский тоже не пользуется большой симпатией – тинейджеры вообще любят только свои телефоны и друзей, но английский, по крайней мере, большинству дается легче, чем алгебра.

Увидев меня в дверях, Лили улыбается, кивает и машет рукой. В ее глазах я вижу беспокойство и вопрос. Ей интересно, что я здесь делаю. Наши классы находятся на одном этаже, но довольно далеко друг от друга, а поскольку перемены короткие, к Лили в течение дня я заглядываю нечасто.

– Нина, привет. – Она идет ко мне, а Колин Майнер возвращается на свое место.

– Привет. – Вблизи Лили выглядит далеко не так идеально, как издалека. Она выглядит уставшей, хотя мне ли об этом говорить. Под глазами мешки, и сережка только одна – серебряное колечко с жемчужинкой; эти сережки она носит каждый день.

– Можно тебя на секундочку? – спрашиваю я.

– Ну конечно, только дай мне минутку.

Звенит звонок, последние школьники бегут к своим местам. Лили дает им задание, и мы вместе выходим в коридор. Она прикрывает, но не закрывает дверь, чтобы присматривать за классом.

– Что случилось?

– У тебя одной сережки нет, – говорю я.

Она машинально вскидывает руку, касается пальцами мочки уха.

– Ох… – Выражение ее лица меняется. Похоже, потеря сережки очень ее расстроила. – Спасибо. – Она хмурится, снимает единственную сережку, зажимает в кулаке и складывает руки на груди. – Все в порядке?

– Нет. Не думаю. – Я чувствую, как к глазам подступают слезы. Вообще-то я не плакса, но усталость, бессонная ночь и молчание Джейка – убойная комбинация.

– Нина. – Лили смотрит на меня сочувственно. Плач – вещь заразительная; она сама моргает, как будто едва сдерживает слезы, тянется к моей руке, пожимает. Я пожимаю ее в ответ. – В чем дело? Что случилось?

С Лили я всегда откровенна. Мы с ней знаем друг дружку уже несколько лет, и мы не просто коллеги, а настоящие подруги и делимся практически всем. Лили никогда никого не осуждает. Ее брак с Кристианом тоже не идеальный, потому что идеальных не бывает. Как и все, они иногда ссорятся. Каждая пара проходит через трудные времена.

– Мы с Джейком позавчера поругались по глупости. По глупости, но крепко. Я сказала кое-что, чего не следовало говорить. И он тоже сказал немало такого… обидного. Мы и раньше, случалось, ссорились, но в этот раз вышло намного хуже.

– Почему? – спрашивает она, хотя ее ждет целый класс.

– Потому что, – говорю я и на мгновение запинаюсь, потому что признаться в этом стыдно, а еще потому, что сказанное вслух становится реальностью. – …потому что он не ночевал дома.

Глаза у нее делаются большие, рот приоткрывается, она роняет мою руку, потому что обе ее безвольно повисают. Уже в следующий момент она замечает эту свою непроизвольную реакцию и пытается сыграть назад, потому что не хочет огорчать меня еще больше.

– Боже мой, Нина, мне так жаль. – Она моргает и, пряча удивление за сочувственной улыбкой, снова берет меня за руку.

– Плохо, да? – спрашиваю я. – То, что он не пришел домой. Кристиан когда-нибудь не приходил?

Лили качает головой – нет, хотя я надеялась на другое. Люди ссорятся. Ругаются. Обижают и обижаются. Не бывает так, чтобы уже на следующий день после ссоры оба притворялись, будто все в порядке. Всему нужно время. Если бы Джейк пришел домой, мы, наверное, снова бы поругались, потому что эмоции еще не остыли. И что бы в этом было хорошего?

– Нет, – говорит Лили. – Извини. Хотела бы я сказать да. Он всегда приходил домой. Но это ведь только Кристиан. Он всегда уступает первым, когда мы ссоримся. Я даже не уверена, что он искренен, когда извиняется и говорит, что ему жаль. Просто он терпеть не может конфликты и готов на все, чтобы их избежать.

Так мило. И так похоже на Кристиана. Он действительно хороший парень. Но из-за этого я чувствую себя еще хуже во всей этой ситуации с Джейком. Лучше бы Лили просто солгала, сказала да, чтобы мне было легче. В любом случае я бы не знала, так это на