Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

раздобыла себе место в родительском комитете и устроила допрос родителям одноклассников дочери на предмет того, с кем она дружит. Информации, которая ее бы удовлетворила, она не получила — и это было естественно. У Ёнчжу не было друзей. Она не могла завести их, потому что ей было страшно, потому что она боялась, что снова повторится ситуация из прошлого. И как мать могла не знать об этом?

В тот день Чоннан заявилась в столовую, утверждая, что ее назначили следить за питанием детей. Она пригласила двух девочек, которые обедали вместе с Ёнчжу, к ним домой. Подав им поднос с закусками, Чоннан усадила всех троих на диван, включила видео для взрослых и ласковым голосом принялась комментировать происходящее на экране: «Вот это слишком преувеличенно, а тут и вовсе обманывают, так не бывает. Вы должны быть мне благодарны за то, что я вам такое рассказываю. Где вы еще получите половое образование? Вы мне еще спасибо скажете». Чоннан поглаживала бедра застывших от неловкости школьниц с телами взрослых девушек и продолжала приговаривать: «Никто вас этому не научит, никто, кроме меня. Случись что, остальные будут говорить, что вы сами во всем виноваты».

С тех пор те две девочки стали неразлучными лучшими подругами. Тройка друзей с поразительной легкостью превратилась в пару, а Ёнчжу до самого выпуска ела школьные обеды в одиночестве. *

Кроссовки Ёнчжу были велики ей примерно на один размер, а под пальцами слегка шелестели тоненькие бумажки. Во время обеденного перерыва на работе она тайком покупала лотерейные билеты и прятала их под стельками. Другого выхода не было: Чоннан ежедневно проверяла содержимое ее сумки и кошелька. Если бы мать узнала ее секрет, сразу бы впала в бешенство. Устроила бы истерику, обвинила дочь в том, что она скупает лотерейные билеты, чтобы выиграть и сбежать от нее.

— А, кстати, я же звонила твоему начальнику.

Не успела Ёнчжу открыть рот, как Чоннан невозмутимо продолжила:

— Слышала, в последнее время модно ездить в другие страны, пожить там месяц-другой. Я тоже хочу. Ты же знаешь, у меня не было возможности побывать за границей, потому что я растила тебя.

— Но зачем ты звонила начальнику?

— Так ведь ты тоже должна поехать, — как ни в чем не бывало ответила Чоннан. — Вот я и спросила, может ли он дать тебе отпуск на месяц.

Ёнчжу с ужасом посмотрела на мать. Не прошло и года, как она нашла эту работу. Это был маленький центр психологических консультаций, в котором трудилось всего трое сотрудников, и она еще не успела заслужить доверие коллег. Какой может быть отпуск, да еще и на целый месяц?!

— А он говорит, нельзя. Даже без содержания. Не понимаю, чего так упрямиться.

— И что?

— Ну и я сказала, что ты увольняешься, — безмятежно заявила Чоннан.

Потрясенная Ёнчжу потеряла дар речи. Слова застряли в горле, будто рот заткнули салфеткой. Чоннан протянула руку и нежно поправила челку дочери.

— Сколько раз тебе повторять, у меня хватает денег. Думаешь, меня беспокоит, что ты не зарабатываешь? Конечно, ты должна работать, деньги всегда нужны, но пока что все в порядке. Ты еще молодая, тебе надо посмотреть мир. Поедешь вместе с мамой. Я все оплачу. Говорят, там очень хорошо, отдохнем душой и телом...

Ёнчжу ни разу не была ни в школьных поездках и походах, ни на вечеринках с ночевкой в университете. Ни разу. Она всегда оставалась в школе, допоздна засиживаясь за уроками, а затем сразу шла домой, где ее ждала мать.

Чоннан подцепила ногтем мясо, застрявшее в зубах.

— Я уже все забронировала. Едем в сентябре. Представляешь, я даже отель сама нашла! Думала, глаза выпадут, пока в интернете сидела. Ты бы знала, сколько я видео на «Ютьюбе» пересмотрела. В общем, я выбрала кондо, в нем есть бассейн и тренажерный зал, можешь себе представить? А в округе полно хороших ресторанчиков. Есть даже с мишленовской...

Тут Ёнчжу перебила мать. Прекрасно зная, какой ответ последует. Прекрасно понимая, какой человек Чоннан.

— Что? Ты все забронировала?

— Только билеты на самолет и проживание. Между прочим, у тебя очень экономная мать. Ни воны зря не потратила. Забронировала все без возможности возврата. Потому что так дешевле.

Ёнчжу родилась и всю жизнь прожила в Намуне. Вариантов сбежать из опостылевшего города и от Чоннан было не так много. В старшей школе она училась так усердно, что у нее постоянно шла кровь носом, но небеса словно насмехались над ней — в университет в Сеуле девушку не взяли. Ехать в другие провинции она побоялась. Для Ёнчжу, которая ни разу в жизни не ездила ни на поезде, ни на рейсовом автобусе, поехать в чужой город было все равно что рвануть на другую планету. Отправиться за приключениями в неизведанные земли? На это смелости у нее не хватало.

— Где еще встретишь такую мать, как я? В наше время молодежи приходится так тяжело, что каждый второй перестает надеяться на будущее. Число самоубийств растет, а рождаемость на нуле. А вот я своей дочурке ни в чем не отказывала, правда ведь? Поддерживала тебя во всем, разрешала заниматься чем хочешь. Я же мать, все матери так поступают.

Чоннан часто повторяла это выражение: «Я же мать». Ёнчжу медленно прожевала и проглотила эти слова. Держи себя в руках, не волнуйся. Медленно, очень медленно вдохни и проигнорируй это. В то же время Ёнчжу прокрутила в голове сказанное вчера ее парнем: «Милая, ты просто слишком сильно боишься свою маму. Она ведь ведет себя так, потому что тебя любит. К тому же она уже женщина в возрасте. Ты победишь. Что она может тебе сделать? До сих пор она ведь не причиняла тебе физического вреда, верно? Да, она иногда говорит резкие вещи, но это же всего лишь слова».

В голове у Ёнчжу прояснилось.

— Я не смогу поехать.

Чоннан замерла. Рука с зажатой в ней вилкой застыла на полпути ко рту. Ёнчжу сглотнула.

— Что?

— Мне кажется, я не смогу поехать.

— Что за глупости? Я же объяснила, билеты невозвратные. Ты все равно безработная, с чего это ты не можешь? Мать едет, а ты нет? Я одна, что ли, ехать должна? Как ты себе это представляешь? Хочешь отправить старую женщину одну в страну, когда она даже языка местного не знает? А если со мной что-то случится, что будешь делать, а?

К лицу Ёнчжу прилил жар. Спину, подмышки и голени охватил зуд. Такие симптомы, похожие на аллергию, появлялись каждый раз, когда ее что-то пугало. Настолько сильные, что было просто невыносимо терпеть. Интересно, знала ли об этом Чоннан? Ёнчжу со всей силы сжала в руке вилку, надеясь, что это поможет умерить зуд. Как эффект плацебо.

— Дело в том, что к тому времени я уже не буду жить с тобой, мам.

Прежде чем Чоннан успела открыть рот, Ёнчжу быстро моргнула и продолжила:

— Я выхожу замуж.

В этот момент раздался звук выстрела.

6 июля 2024 года, суббота/

обед/столик № 3

Эти двое больше походят на родственниц, чем мать