Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

[9] Чеса — традиционный корейский обряд жертвоприношения предкам, проводимый в годовщину смерти или в особые праздничные дни. Во время обряда на специальный стол выставляются блюда и алкоголь: считается, что духи предков принимают угощение. Чеса символизирует почитание предков, сохранение родовых связей и иерархии. Традиционно ритуал проводится мужчинами рода, что отражает конфуцианскую патриархальную структуру корейской семьи.

Рекомендации для дальнейших исследований

Двое погибли еще до того, как начался пожар. Ли Ючжин, сорок два года, мать школьницы, подвергшейся буллингу со стороны сверстников. Пришла в ресторан «У Винсента», откликнувшись на просьбу другой родительницы поговорить, дабы прийти к соглашению. Вторая жертва — Пак Ёнчжу, двадцать девять лет, сотрудница центра психологической помощи в Намуне. Пришла пообедать с матерью в выходной день. Убийца один и тот же. Как только дело придали огласке, на дочь убийцы посыпались гневные комментарии в интернете. Арин спешно уехала туда, где о ней никто не слышал. Все подозрения в буллинге пали на девочку, хотя та лишь наблюдала за действием со стороны. Школьные годы остальных малолетних преступников прошли блестяще, как поверхность гладкой оберточной бумаги.

Двух пожилых женщин, инициировавших пожар, отпустили, признав их действия необходимой самообороной. Общественность сплотилась в единодушной поддержке несчастной матери, потерявшей дочь в результате инцидента. Немалую роль сыграло и то, что единственным человеком, погибшим непосредственно из-за пожара, была Сана — женщина, напавшая с ножом как минимум на двух жертв. Другие выжившие — пожилой мужчина и две женщины, назвавшиеся коллегами, — только успели надышаться дымом и были спасены вовремя подоспевшими пожарными. К мужчине, Сучхану, то и дело поступали просьбы об интервью от разных СМИ. Несколько местных мелких политических партий пригласили его в свои ряды. Мингён и Сонми часто звали на совместные интервью. Поначалу обе вели себя крайне скованно, но постепенно расслабились.

Трое погибших, пятеро выживших. О посетителях ресторана «У Винсента» все говорили только в этих цифрах. Не учитывался лишь один участник события — Пинсын. Он был заключен под стражу по обвинениям в шантаже и запугивании. Никто из жертв не погиб и не был ранен по его вине, поэтому приговор оказался мягче, чем ожидалось.

Люди возмущались. Считали, что Пинсын не имеет права притворяться душевнобольным. Окружающие безжалостно загоняли его в тупик, искренне веря, что сами на его месте никогда не окажутся. Никого не волновало, что на самом деле ни один из заложников не пострадал по его вине. Так или иначе, именно он подготовил почву для развернувшейся трагедии. К тому же парень был сумасшедшим, он утверждал, что слышал в своей голове какие-то голоса. Его определенно необходимо было изолировать от общества для всеобщего блага.

Сам Пинсын чувствовал себя спокойнее, находясь за решеткой. Как знать, возможно, для некоторых людей жизнь намного страшнее смерти. Услышав такое заявление, многие возмутятся: что за бред, он ведь выиграл в лотерею целое состояние?! Однако для Пинсына сложности жизни не были сопряжены с деньгами.

Для него вся проблема заключалась в слоях, уровнях и кругозоре. Как прекрасен и удобен был бы этот мир, если бы все выражали свои чувства честно и открыто. Только будучи запертым в тюрьме, Пинсын сумел наконец понять, что его всегда тяготило сильнее всего. Казалось, другие насквозь видят запрятанные под многими слоями чужие чувства и намерения, а еще отлично умеют скрывать свои.

Кроме того, проблема состояла в упаковке и недостатке образования. Пинсына никто не учил упаковывать подарки. Никто не удосужился рассказать ему, что на день рождения нужно дарить подарок; что дабы сделать его привлекательным или усилить предвкушение, нужно спрятать его суть; и то, что подобное поведение «рекомендуется». Что честность, напротив, зачастую принимают за отсутствие социальных навыков. Тому, что другие считали прописной истиной, Пинсына не научили ни родители, ни учителя, ни система.

Мелкие пробелы копились один за другим и в итоге образовали в нем огромную пустоту. Постепенно Пинсын все больше отдалялся от общества. В довершение ко всему его слабохарактерность и непривлекательная внешность создали эффект синергии, и Пинсын навечно остался за бортом. Потенциала для выхода за рамки у него не было и подавно. Так он и жил, не зная, как завернуть себя в приличную обертку или как развернуть чужие, чтобы заглянуть в их скрытую сущность.

Окружающие снова и снова отталкивали его, без всякой на то причины называя зловещим и неприятным типом, но Пинсын и подумать не мог, что внутри все остальные такие же, как он. Они лишь умело скрывают истинное нутро под слоями блестящей обертки.

Общественность горячо спорила о том, на самом ли деле Пинсын страдает от множественного расстройства личности, как бывает в кино, или он просто притворяется. Мнения специалистов разделились: камнем преткновения стал выигрыш в лотерею. Существовала ли Мими с самого начала или появилась позднее? Заявление Пинсына о том, что это Мими сообщила ему выигрышный номер, разумеется, проигнорировали. В итоге всё посчитали невероятным стечением обстоятельств — госпожа Удача чудесным образом решила улыбнуться психопату-затворнику. По какой-то причине сведения о том, откуда взялся пистолет, скрываются под грифом «секретно». В прессе ходили слухи только о некоем «самодельном огнестрельном оружии».

Люди быстро обо всем забыли. Ну, кроме тех, кто пострадал из-за падения цен на недвижимость в районе Сохён. Хотя нет, кое-что еще долго волновало умы общественности. Например, что остаток лотерейного выигрыша все еще принадлежал его обладателю. Разговоры ходили всякие, но в конце концов свелось к принципу «Так не доставайся же ты никому».

Однако Пинсын, ко всеобщему удивлению, сделал такой выбор, с которым никто не смог поспорить. *

— Я верю тому, что вы сказали.

Пинсын молча уставился на девочку. Она продолжала:

— Знаете, почему?

— Почему?

— Потому что я тоже часто думаю об этом. Мы ничего не знаем друг о друге, заблуждаемся и совершаем ошибки из-за того, что никто не устраивает экспериментов на людях. Вот если бы такие эксперименты проводились, не было бы причин для вранья, недопонимания, грусти или обиды. Все стало бы ясно из выводов. — Девочка немного помолчала. — Знаете, я... я всегда считала, что приношу себя в жертву ради всего человечества.

— В жертву?

— Ну, когда надо мной издевались в школе. Я просто ставила на них эксперименты. Все перепробовала. Делала все, чтобы разозлить их сильнее. А потом, наоборот, проверяла, перестанут ли они злиться, если я буду делать все, что они велят. Но это не подействовало. Подопытные врали. Все было непонятно, никакой логики. Вот проверять, где меньше болит от ударов, было куда легче. Все очень логично, только надо набраться опыта — и сразу становится ясно. Индуктивный метод. Если бы мама не заявила о школьном буллинге, я бы успела собрать больше данных. Моя ошибка: не предусмотрела, что она способна так поступить. Анализ данных о матери я завершила давно, еще в начальной школе, не учла, что она может измениться. — Рюкзак девочки висел на одном плече. Как у человека, который готов сбежать в любую минуту. — Но тут как раз появились вы и начали говорить о том, что вам поручили провести эксперимент. Какая-то Мими и незнакомый мужик. Я чуть с ума не сошла! Это же значит,