Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

Стать Ван Юньпином

Критериев счастья много – толстый кошелек, крепкое здоровье, спокойная жизнь. Но если определять счастье как ожидание нового существа, то Ли По и Тянь Сяожу были счастливы по всем меркам. Сейчас они полулежали на больничной койке, плечом к плечу, у каждого по одному наушнику в ухе. В MP3-плеере играла песня «Великая красавица»[197]:

Что может тронуть до глубины?

Лишь ты, лишь ты,

Любовь моя, лишь ты…

Они тихо подпевали, сплетя пальцы. Тянь Сяожу гладила волосы Ли По, ее лицо излучало умиротворение. А его свободная ладонь нежно скользила по ее округлившемуся животу, будто там скрывалась редчайшая драгоценность.

– Ой, она снова толкается! – Ли По внезапно поднял голову, взволнованно шепча Тянь Сяожу.

Та поспешно приложила палец к губам:

– Тише! Разбудишь всех вокруг.

Ли По виновато усмехнулся, оглядел палату с посапывающими беременными, затем скорчил жене смешную рожицу. Тянь Сяожу легонько щелкнула его по носу, но, пытаясь приподняться, вскрикнула и схватилась за поясницу.

– Никаких движений! – Ли По бережно уложил ее, поправил одеяло и вдруг рассмеялся.

– Чему обрадовался?

– Дочка, кажется, решила не ждать назначенного срока…

Тянь Сяожу тоже засмеялась:

– Откуда ты знаешь, что девочка?

– Врач сказал.

– Не факт. Говорят, если на УЗИ что-то неясно, всегда говорят «девочка». Если угадают – родители рады, если ошиблись – приятный сюрприз.

– Будет девочка, – упрямо настаивал Ли По. – Красавица, как ее мама.

Тянь Сяожу покраснела:

– А я бы хотела мальчика[198].

– Не важно. – Он засунул руку под одеяло. – Спи, я помассирую тебе ноги. Отеки сильные.

Под ритмичные движения мужа Тянь Сяожу начала погружаться в характерную для беременных дремоту. Сознание уже уплывало, когда внезапно его пальцы сжались с неожиданной силой. Она вздрогнула и открыла глаза – на лице Ли По застыло странное выражение, смесь ярости и озабоченности.

– Что случилось?

– Э-э… – Он очнулся. – Ничего.

– Тогда почему ты так злобно смотришь? О чем думал?

Ли По задумался на несколько секунд, затем рассмеялся.

– Просто замечтался, – смущенно признался он. – Представил, как наша дочь получит двойку в школе и учительница будет бить ее по рукам линейкой[199]. Вообразил ее слезы – и так разозлился, что готов был тут же побежать в школу и устроить разборки…

– Ну ты даешь! – Тянь Сяожу покачала головой; слова мужа одновременно тронули ее и развеселили. – Как далеко заглянул…

– Но я серьезно. – Ли По выпрямился. – Никто не посмеет обижать ни тебя, ни нашу дочь.

Тянь Сяожу сладко закрыла глаза. Этот простоватый, но добросовестный мужчина был ее самой надежной опорой на свете.

Ли По продолжал массаж, пока ее дыхание не стало ровным. Выключив ночник, он остался сидеть в темноте, наблюдая за спящей женой.

Вот малышка на лужайке тянет к нему ручки: «Папа!»

Дверь распахивается – Ли По и Тянь Сяожу поспешно натягивают одеяло. На пороге стоит сонная девочка с игрушечным кроликом, протирающая глаза:

– Мама, папа… я хочу к вам…

Звучит свадебный марш. Их повзрослевшая дочь в белом платье ведет под руку жениха к поседевшим родителям…

Погруженный в грезы мужчина улыбнулся.

С того самого дня, как Тянь Сяожу сообщила о беременности, Ли По не мог остановить этот поток образов. Он представлял первые шаги ребенка, хаос и радость родительства, тот достаток, который сможет обеспечить. Эти мысли заряжали его энергией. Он больше не был просто Ли По или мужем Тянь Сяожу. Теперь у него будет титул куда значительнее – Отец.

В темноте он сладко щурился. Будущее, пахнущее молочными смесями и детским шампунем, казалось таким близким…

* * *

В родильном отделении сегодня рожали двое. У одной – целая процессия родственников, шумно заполонивших коридор. На их фоне Тянь Сяожу с единственным сопровождающим – Ли По – выглядела одинокой. В этом городе у них не было родни, кроме друг друга.

Ли По с тоской поглядывал на горы дорогих упаковок с питательными смесями в руках у «конкурирующей» семьи. Тянь Сяожу, заметив его настроение, нежно гладила его руку.

Перед тем как ее увезли в операционную, она с усилием приподнялась на каталке:

– Подожди меня тут. Скоро вернусь… с нашим сокровищем.

* * *

Все в коридоре метались, как муравьи на раскаленной сковороде. Ли По ходил кругами, приникал к двери, пытаясь уловить среди приглушенных стонов голос жены.

Через полчаса дверь распахнулась – толпа ринулась к выходящему человеку. Но это была лишь миниатюрная медсестра.

– Доктор…

– Как моя жена…

– Уже родила?..

Медсестра нетерпеливо махнула рукой:

– Не знаю, ждите!

И исчезла за дверью.

Через несколько минут коридор заполонили люди в белых халатах.

– Наверное, что-то случилось… – зашептались в толпе.

В воздухе повисло напряжение. Медперсонал сновал туда-сюда, но никто не объяснял, что происходит. Наконец из родзала вышел врач в маске:

– Родственники Тянь Сяожу?

Ли По протиснулся вперед:

– Я.

– Проходите.

Операционная встретила его резкими запахами. Перед ним выстроились несколько врачей – безликих, как стерильные стены.

– Ваша жена умерла. Ребенка тоже не спасли.

Голос врача был таким же бесцветным, как его халат.

Ли По замер. Его взгляд скользил по лицам, будто ища опровержения.

– Умерла? – наконец выдавил он.

– Да.

В голове Ли По загудело, будто рой разъяренных пчел ворвался в его череп. Он видел, как подрагивают белые маски врачей, но не слышал ни слова. Только когда ему сунули в пальцы ручку и заставили подписать какие-то бумаги, до него наконец дошло: Тянь Сяожу не вернется.

– Где моя жена?! Где моя дочь?! – Он рванулся вперед, вырвавшись из рук медперсонала, и схватил ближайшего врача за халат.

Тот отстранился, но ответил твердо:

– Подпишите сначала документы. Тогда увидите ее.

Ли По посмотрел на ручку в своей дрожащей руке – и швырнул ее на пол, будто это было орудие убийства.

– Я ничего не подпишу! Это вы… – он трясущимся пальцем тыкал в белые халаты, – вы убили ее! Вы!

Затем он закричал так, что стены задрожали:

– Убийцы! Врачи-убийцы!

Несколько человек в белых халатах бросились к нему, но Ли По вырвался, распахнул дверь и выбежал в коридор.

– Убийцы! Убийцы!

Его крик, полный ужаса и отчаяния, эхом разнесся по больничным этажам.

Он выскочил на улицу, ослепленный утренним солнцем, и побежал, не разбирая дороги. В голове стучало: «Найти полицию. Наказать убийц».

* * *

Слушая сбивчивый рассказ мужчины со взъерошенными от ярости волосами, офицер Сун сначала схватился за фуражку, готовый поднять тревогу.