Бёрлингтон-сквер, 23 - Дженни Кир

дома, небрежно облокотившись на ограду. Тогда этот тип одарил Клару сладострастным взглядом и отпустил замечание насчет ее красивых ног. Непринужденные манеры и озорное подмигивание давали понять, что мужчина прекрасно осведомлен, насколько он привлекателен. Причем его совершенно не смущало то обстоятельство, что он женат.

– Я Николас, а это моя супруга Джемайма, – сообщил он.

Дочерей сосед не представил, и Клара решила, что это к лучшему: она не любила детей и все равно бы не запомнила их имена. Жена Николаса продолжала внимательно изучать племянницу хозяйки, и под ее пристальным и пронзительным взглядом девушка поежилась, несмотря на жару. Казалось, будто Джемайма видит ее насквозь и понимает, что за блестящей оболочкой и бравадой скрывается самозванка. Возможно, соседка приняла ее за соперницу. Клара знала, что стоило ей войти в комнату, как она затмевала собой большинство женщин. На ее фоне Джемайма – со старомодной прической, в неказистом хлопковом платье – смотрелась довольно бледно.

– Клара Гудвин, – произнесла она, протягивая изящную руку, но ни один из супругов ее не пожал. – Обстоятельства вынудили меня временно поселиться у тети, но я надеюсь, что это ненадолго. Комнаты мистера Блэндфорда тесноваты и не слишком изысканны. У бедной тетушки Агги отвратительный вкус по части мебели, но выбирать не приходится.

– Он был хороший, – сказала вдруг самая высокая из девочек. Клара даже вздрогнула от неожиданности: она почти позабыла про детей, которые копошились на мостовой, как муравьи. – Его голова напоминала огромное яйцо, а жилетка никак не застегивалась и пуговицы все норовили отлететь, но он много пел и говорил смешные вещи.

Николас, стоявший позади дочери, выразительно щелкнул по шее и закатил глаза.

«Ах вот оно что, мистер Блэндфорд, оказывается, был выпивоха. Упоминала ли об этом тетя Агги?» Клара не помнила.

– Бабушка говорила, что крепкие напитки – это происки дьявола. Поэтому я знала, что он умрет. Ведь бабушка уверяла, что выпивка сводит в могилу раньше времени, – заявила девочка, решительно скрестив на груди тонкие ручки.

– Матильда! – впервые подала голос Джемайма. – Не смей так отзываться о мистере Блэндфорде. Бедняга погиб в результате несчастного случая.

– Лично мне Блэндфорд нравился, – заметил Николас. – Он не жалел ни времени, ни денег, чтобы помочь соседям. Всегда готов был прийти на выручку в трудный час. Друзья ведь должны быть рядом, правда, мисс Гудвин? – Он одарил Клару улыбкой, в которой сквозил интерес. – Чтобы подставить плечо?

– Разумеется, – промурлыкала девушка.

– Надо накормить эту троицу, Ник, – напомнила мужу Джемайма, метнув на соседку сердитый взгляд, и направилась к калитке.

– Было очень приятно познакомиться. Уверен, мы еще встретимся, – проговорил Николас, сопровождая семью к крутой лестнице, ведущей в подвал.

Когда они начали спускаться, Клара затянулась сигаретой, надеясь, что выглядит соблазнительно, и лениво выпустила дым сквозь изящно очерченные губы. Девушка смотрела в сторону, словно бы супружеская чета ее вовсе не занимала.

«Забавно, до чего же стремительно может перемениться жизнь», – думала она, вспоминая восхитительное зрелище, только что промелькнувшее перед ее усталыми, полными разочарования глазами. Еще каких-нибудь пять минут назад она испытывала отчаяние и ощущала себя совершенно одинокой, а теперь ее тело, охваченное новым влечением, аж подрагивало от искр и вспышек. Клара вздохнула. Разумеется, сердцу не прикажешь, однако же надо признать: у нее имелась скверная привычка влюбляться в тех, кто был несвободен.

– Вы знаете, где меня… то есть нас… найти, если вам вдруг что-то понадобится. Что бы это ни было, – сказал Николас, который спускался по лестнице последним.

Девушка кивнула, почувствовав азарт. Ее тело вновь пробудилось – произошло то, чего Джеку никак не удавалось добиться. Возможно, стоило втереться в доверие к молодой семье и посмотреть, к чему это приведет. Жизнь в доме тетушки Агги перестала казаться Кларе такой уж невыносимой.

***

Докурив сигарету, Клара спрыгнула со ступенек и направилась к саду на Бёрлингтон-сквер. Приведя свой режим сна в соответствие с ритмом остального человечества, она могла насладиться прелестью этого зеленого уголка при свете дня. Невзирая на неприятные запахи, порой доносившиеся с Темзы, и отсутствие величественной панорамы, девушка чувствовала себя лучше оттого, что вышла на воздух и соприкоснулась с природой.

Она проскользнула в калитку и пошла по гравийной дорожке. На скамье в центре сада сидела какая-то молодая женщина. Заметив приближение Клары, она подвинулась.

– Места всем хватит, – промолвила незнакомка, и Клара нехотя примостилась на самый краешек.

Женщина подняла глаза, затем нервно опустила взгляд на колени и снова посмотрела на блистательную соседку. Клара, привыкшая к восхищению окружающих, решила проявить любезность:

– Какой чудесный день.

– Да, но, по правде говоря, мне бы не следовало здесь находиться. Я живу дальше, однако несколько недель назад приходила сюда на собеседование и просто влюбилась в этот район.

– На собеседование по работе? – невольно заинтересовалась Клара.

– Нет, я работаю в «Пембертоне». Я искала жилье в доме номер двадцать три.

– Та самая леди, что продает перчатки? – Клара не удержалась от улыбки, сопоставив факты. – А я про вас слышала.

– Да, это я. Вы очень любезны. Будем знакомы, меня зовут Мерси.

Явно недоумевая, откуда эта ослепительная красавица узнала о ней, женщина нерешительно протянула руку. Клара пожала ее, заметив:

– Возможно, вы измените свое мнение обо мне, если я сообщу, что именно из-за меня тетушка Агги не сдала вам комнаты.

– Ах, так вы ее племянница. После той встречи мисс Хамфрис отправила мне любезное письмо. Я все прекрасно понимаю. К тому же пансион миссис Джонсон гораздо лучше моего прежнего жилья, так что я не жалуюсь.

– Вы произвели на тетушку сильное впечатление. А что касается меня… Полагаю, она уже не раз пожалела о своем выборе. Боюсь, я бываю невыносимой.

Они помолчали, обменявшись улыбками.

– Красивая сумка, – заметила Клара, взглянув на крокодиловую сумочку, стоявшую у ног Мерси.

– Не слишком модная, но ее подарила мне мама, и потому я не могу с ней расстаться.

Клара увидела в собеседнице еще одну сентиментальную натуру и поняла, что та отлично поладила бы с тетей Агги. Она готова была спорить на последнюю сигарету, что эта женщина всегда готова помочь другим, соблюдает комендантский час и не ввалится в дом в пять утра, перебудив всех жильцов.

– Я уже сто лет не заходила в «Пембертон». Великолепный магазин. Даже не представляю, как можно целый день простоять на ногах, обслуживая привередливых и неблагодарных клиентов вроде меня. Но это, должно быть, ужасно захватывающе.

– Я привыкла трудиться. Выросла на ферме и доила коров еще до того, как научилась читать. Сельское хозяйство – это не работа, а образ жизни.

– А что привело вас в город?

Клара