Эхо падающей звезды - Татьяна Богатова

как соседи однажды пожаловались, что, включив газ, чтобы разогреть обед, Любовь Евсеевна допустила его утечку. Алёнка просто отказалась от дополнительных рабочих часов в неделю, чтобы возвращаться домой пораньше или позже уходить на работу, если та предстояла во вторую половину дня. Не делилась Алёна и усугубляющимися в последний год проблемами с гигиеной пожилой женщины.

Утешало только одно, что у Любовь Евсеевны был здоровый крепкий ночной сон. Она никогда не отдыхала днём, находя себе занятие для ума, в основном, слушала радио или немного читала, до тех пор, пока не начинали уставать глаза. Телевизора в квартире не было. Старый давно сломался, а новый Любовь Евсеевна не считала нужным приобретать. Алёнка тоже обходилась без телепередач. Необходимость почти каждое утро приезжать на работу к семи утра и бытовые хлопоты дома совершенно не оставляли девушке времени для телевизора. Компьютер или ноутбук оставались для Алёны недостижимой мечтой. Безусловно, Любовь Евсеевна могла бы оплатить эту покупку. Но девушке даже в голову не приходило попросить её об этом. К тому же, подключив интернет, пришлось бы ежемесячно платить за него. Даже если бы это взяла на себя Алёна, то объяснить хозяйке его необходимость было практически невозможно.

В выходные Алёне удавалось немного почитать. Хотя Любовь Евсеевна гнала «молодую девицу» прогуляться по улице Липовой: вдоль нарядного парка с красивыми клумбами, ухоженными деревьями и затейливыми фонтанами. Но Алёнка крайне редко пользовалась любезным предложением своей хозяйки. Во-первых, гулять одной оказалось довольно скучно, а во-вторых, девушке действительно хотелось отдохнуть. В субботу Алёнка обычно совершала покупки на рынке, чтобы запастись на неделю продуктами. Так что большей частью она предпочитала прогулкам чтение. Тем более, библиотека у Любови Евсеевны оказалась богатейшая, с преобладанием русской классической прозы и поэзии. Когда же она принималась рассуждать о каком-либо особенно любимом ею произведении или рассказывала о том, каким знала раньше город, Алёнка, забывая о чтении, слушала хозяйку буквально открыв рот.

Любовь Евсеевна отходила ко сну ровно в десять часов и никогда не донимала Алёну ночными просьбами и разговорами, ограничиваясь традиционным измерением давления перед сном. Умерла она именно во сне, спустя четыре года после того, как у неё поселилась Алёна.

Глава 7

К числу женщин, с которыми Валера Лавров встречался наиболее редко, относились замужние. Одной из них была Женя, та самая парикмахер-универсал, которая когда-то сделала причёску Алёне и до сих пор стригла самого Валеру.

Девушкой она являлась исключительно практичной. Несмотря на то что Лавров ей нравился до умопомрачения, Евгения дальновидно чувствовала, что жениться в ближайшие несколько лет он не собирается. В её планы абсолютно не входило оставаться одинокой, терпеливо ожидая, когда этот легкомысленный красавчик созреет для брака, и созреет ли вообще. Поэтому хорошенькая стройная брюнетка Женя, придирчиво перелистав колоду возможных претендентов на её руку и сердце, быстренько вышла замуж за парня немного постарше себя, и не прогадала. У её мужа, на двоих с компаньоном, был в собственности «КамАЗ». Деньги, заработанные мужем, самой Женей и пособие на второго ребёнка, которого она не замедлила родить через два года после первого, позволили супругам приобрести комфортабельное жильё в новом районе без помощи кредита. Однокомнатную квартиру, доставшуюся ей от бабушки, Евгения сдавала посуточно: либо командировочным, либо тем, кто хотел провести праздник в отдельном жилье. Изредка мужу приходилось доставлять грузы на довольно большие расстояния. По времени это занимало несколько суток. И вот тогда Женя звонила Валере. Под предлогом того, что ей необходимо как следует вычистить сдаваемую квартиру, Женька оставляла детей со своей матерью и уединялась с Лавровым.

Валерка всегда с готовностью откликался на приглашения давней возлюбленной. Вот и сегодня, спустя два дня после страстной ночи с Жанной, Валерка, сам сгорая от нетерпения, устремился после работы к Женьке. Прожив шесть лет в браке и родив двоих детей, ровесница Лаврова Женя почти не изменилась внешне, с той поры, как десять лет назад Валерка впервые стал её клиентом. Довольно высокого для женщины роста — сто семьдесят, стройная, но из разряда всё при ней, с выпуклой, подтянутой силовыми тренировками попой, крепкой небольшой грудью, длинными ногами, миниатюрными ступнями и ладонями, Женя гордилась своей привлекательностью. Чёрные с едва заметным каштановым отливом густые волосы длиной до середины спины она чаще всего убирала в пышный хвост, слегка приподнимая его над затылком.

Одним из традиционных блюд за ужином во время их встреч являлись заказанные в ближайшем кафетерии роллы. Ни Валера, ни Женя, не являясь их большими любителями, употребляли исключительно для разнообразия. Заехав по пути в кафе, чья продукция нравилась им с Евгенией больше других, Валера, как обычно, прибыл к ней с угощением, чтобы потом уже не отвлекаться на ожидание доставки. Во время свиданий с Валерой Женьке всякий раз хотелось послать к чёрту свою размеренную семейную жизнь и, упросив Лаврова, а если понадобится, даже вымолив на коленях либо, в зависимости от обстоятельств, схитрив, вынудить его к совместному проживанию с ней. Некоторое время спустя к женщине вновь возвращалось её обычное здравомыслие, которое обуславливалось не тем, что Лавров не лучший кандидат в спутники жизни, а пониманием того, что ей никогда не склонить его стать им, до тех пор, пока он сам этого не пожелает.

Спустя несколько часов, когда между амурными играми образовался длительный перерыв, они полулежали рядом, прислонившись к высокой спинке нарядной кровати. Валерка слегка отрешённо, но, не выказывая ни малейшего желания отойти ко сну, задумчиво пропускал сквозь пальцы роскошные волосы Женьки, примостившейся головой у него на груди.

— Валера, — тихо спросила она, — а ты бы женился на мне?

— Лет через десять непременно женился бы, — без усмешки, убеждённо ответил Лавров.

— Что ты хочешь сказать? — приподняв голову, заинтересованно повернулась к нему Женя. — Неужели мне стоило подождать до тридцати, то есть до нынешнего года?

— Почему ты так решила? — опешил Валера.

— Потому что в этом году как раз исполняется десять лет со дня нашего знакомства.

— Нет, — рассмеялся Лавров, — я имел в виду, что женился бы через десять лет, когда нам обоим стукнет по сорок.

— Ну, ты даёшь! — удивилась Женька. — Нашёл тоже возраст.

— А что такого? — продолжал улыбаться Лавров, обнимая её и пристраивая Женькину голову на своём плече. — Возраст самый что ни на есть подходящий. К тому времени мне, естественно, захочется так называемой тихой гавани…

— И зачем ты мне сдался, со своей тихой гаванью? — прыснула Женя.

— Под тихой гаванью я подразумеваю жизнь с одной-единственной партнёршей, то есть с тобой.

— Очень