Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

провел расследование в Баньер-де-Бигорр, и оно привело их прямо в частный лицей Богоматери Всех Скорбящих. Луиза вспомнила высказывания Шабана и атмосферу подозрительности, воцарившуюся в лицее из-за давления со стороны жандармов. Кто-то воспользовался этим, чтобы свести счеты с учителем физкультуры?

— Майор Шаброль, вы можете нам сказать, кто именно указал пальцем на господина Шабана?

При упоминании этого имени по лицу жандарма прошла тень. Каждому следователю знакомо это тягостное чувство, когда однажды он заподозрил невиновного и опорочил его репутацию.

— Один из учеников, приятель девочки, — ответил он, — но я не помню его имени. Надо перечитать протоколы допросов. Этот молодой человек сообщил нам, что у него есть серьезные причины подозревать Шабана в сексуальной связи с Кларой. Тогда мы допросили и других учеников конкретно по этому вопросу. Многие сказали, что ничего не знают о романе, однако подтвердили, что хотя бы однажды замечали двусмысленное поведение Клары.

Луиза кивнула.

— Ясно, спасибо. Не могли бы вы рассказать нам, как произошло возвращение этой девочки?

Жандарм напрягся и сказал с видимым разочарованием:

— Знаете, буду с вами откровенен: я едва сдержался, чтобы не влепить ей пощечину. Я редко сталкивался с таким бесстыдством. Ей не только было наплевать на хаос, который ее исчезновение вызвало в лицее, более того — она как будто хвасталась этим. Как будто она совершила подвиг.

— Подвиг?

— Да, мне тогда пришло на ум это слово. Прямо сейчас вижу, как она сидит передо мной с ухмылочкой и выражением лица «Вот как здорово я вас всех надула!». Это было возмутительно. Мы целую неделю с ног падали от усталости, ее отец пережил настоящий ужас, молодой преподаватель был опорочен, а ей на все это глубоко наплевать.

— Какое объяснение она вам дала?

— Никакого! Во всяком случае, никакого разумного. Она только повторяла, что сбежала «просто так… чтобы понять».

— Понять что?

— Понять, каково это, сбежать — если я правильно понял.

Женщины обменялись озадаченными взглядами, и Леа уточнила:

— Она вам сказала, где скрывалась всю эту неделю?

— По ее словам, «то здесь, то там», — объяснил Шаброль. — Знаете, я думал об этом. И полагаю, что девочка просто осталась в поезде. Наверное, она пряталась в туалете или в похожих местах, чтобы не попасться на глаза товарищам. Где она сошла, знает только она! Конечная станция поезда — Тулуза. Может, она поехала туда, потому что там у нее имелось пристанище? Во всяком случае, спустя неделю она снова, как по волшебству, появилась в лицее.

Это была совершенно непонятная история.

— Ну, а в июне? — спросила Луиза, борясь с настойчивым ощущением, что плывет по течению.

— Как вы понимаете, мы не стали поднимать на ноги экстренные службы спасения, — насмешливо заметил Шаброль. — Эта девчонка показала нам и свою находчивость, и свое нахальство. При обыске в интернате выяснилось, что ее рюкзак и бо́льшая часть вещей из шкафа исчезли, так же как и казенный велосипед.

— Какой велосипед?

— Вы же видели, где находится лицей? От него в одну сторону шесть километров до Андая, а в другую — семь километров до Сокоа. Поэтому, кроме маршрутных автобусов, которые учреждение предоставляет по средам вечером, имеется еще парк велосипедов, чтобы молодые люди могли передвигаться по окрестностям.

— Понятно. И что дальше?

— Велосипед нашли — он был аккуратно пристегнут к шлагбауму прямо перед андайским вокзалом. Конечно, мы объявили ее в розыск, но были уверены, что она скоро объявится, как после первого побега.

— Только этого не произошло.

— Увы, — согласился Шаброль. — И сегодня я знаю не больше, чем двадцать лет назад. — Случилось ли с ней что-то, или она окончательно удрала, поняв, каково это — сбежать?

— И с тех пор о ней ничего не было слышно?

— Нет. Клара Жубер так и осталась в числе несовершеннолетних, исчезнувших в 2002 году.

– 29 –

В тесной комнатке казармы

Чернильная темнота поглотила небо и очертания казармы Марака. Сидя у эркерного окна офицерской столовой, где жандармы заканчивали ужинать, Луиза смотрела невидящим взглядом на бледные ореолы света вокруг нескольких уличных фонарей, тщетно боровшихся с темнотой. Она вполуха слушала Леа, излагавшую Келлеру результаты их поездки в Баньер-де-Бигорр, размышляя о том, что расследование подбросило тучу новых вопросов, на которые нет ответов. Только услышав свое имя, она наконец переключила внимание на коллег.

— Луиза выдвинула гипотезу о ревнивом школьнике: тот, кто бросил Шабана на съедение жандармам, тот и разбил его машину.

— Но тот, кто разбил его машину, также написал «НЧС», — заметил Жюльен. — Значит, на сегодняшний день он — наш подозреваемый.

— Точно, — подтвердила Баденко. — И после просмотра протоколов баньерских жандармов у нас есть имя: Тибо Брока. Он рассказал жандармам, что у Клары была связь с учителем.

— Хорошо, но зачем этому Брока нападать теперь на Дюкуинг и Айеда?

— Вот это нам и нужно установить! — вмешалась Луиза. — Они дружили между собой?

— Давид Шаффер был очень близким другом Айеда, но Дюкуинг он не помнит, — ответил Келлер.

— Что касается медэксперта, то она утверждает, что не общалась с Айедом, — продолжила Баденко, явно разочарованная.

— Тогда, возможно, Брока — тот, кто знает их всех? — рискнула предположить Луиза.

— Возможно, да…

— В любом случае есть только один способ это выяснить: допросить этого субъекта. Что его связывало с Кларой? Есть ли какая-то связь между ним и Дюкуинг? Между ним и Айедом? Чем он занимается? Где живет? Достаточно ли у нас оснований его подозревать, учитывая имеющиеся показания свидетелей?

— Ты имеешь в виду показания доставщика пиццы о машине цвета «голубой металлик»?

— Да. И экспертизу отпечатков шин.

— Я могу встретиться с этим парнем, — предложил Келлер.

— Отлично, — согласилась Леа. — Поинтересуйся его биографией, выясни, чем он теперь занимается, а мы с Луизой займемся его жизнью в Богоматери Всех Скорбящих, почитаем его личное дело!

— И вытащим на свет дело Клары Жубер, — добавила Луиза.

Трое следователей смотрели друг на друга и многозначительно молчали. Предстоящие дни обещали быть напряженными. И Луиза с досадой подумала, что ей придется провести еще много ночей в тесной комнатке казармы.

***

Улыбаясь, Луиза положила телефон на подушку. Долгая беседа с Фаридом пошла ей на пользу. На сорок