Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

По крошечной гостиной немедленно распространился кислый запах. Немного растерявшись, Фан Му протянул девочке стакан воды, а потом взялся убирать вонючую рвоту. Протирая стол, он почувствовал, как внутри нарастает раздражение. И, не сдержавшись, проворчал:

– Куда так торопиться, а? Никто не отнимает твою еду!

Девочка сидела неподвижно, сжимая в руке стакан и таращась на стол. Казалось, с каждым словом упрека она становится все меньше.

На ней был один из свитеров Фан Му; она в нем практически тонула. Фан Му быстро справился с собой, но не знал, что сказать, чтобы исправить ситуацию. Поэтому он просто сел на место. Несколько секунд они оба смотрели на стол в тягостном молчании. Кислый запах начал рассеиваться, но тут Фан Му уловил еще один, не менее неприятный. Запах шел от девочки. Со вздохом Фан Му поднялся и прошел в ванную. Проверил, в каком состоянии ванна, которой давным-давно не пользовались, и решил, что вполне сгодится. Отвернув кран, он наполнил ванну горячей водой и позвал девочку. Указывая пальцем на ванну, начал распоряжаться:

– Прими ванну… Это для волос… Возьми вот это полотенце… губка там. Вымойся как следует. И… – Он достал тюбик с мазью, которую выписала Ян Минь, и, слегка смущенный, продолжил: – Когда закончишь, помажь этим… – Он изобразил, что надо делать с мазью. – Ты поняла?

Девочка не отвечала. Пустым взглядом она уставилась на пар, поднимавшийся над горячей водой.

Снова вздохнув, Фан Му развернулся и вышел. В гостиной заварил себе чашку чая и прикурил сигарету. Потом присел на диван, покуривая и попивая чай. После каждого глотка он замирал на секунду, прислушиваясь к тому, что происходит в ванной. Поначалу там было тихо. Прошло не меньше десяти минут, прежде чем раздался первый слабый всплеск. Судя по звуку, девочка осторожно проверяла воду. Потом плеск стал громче. Вероятно, она поняла, что в ванной безопасно, и теперь резвилась в воде. На усталом лице Фан Му проступила слабая улыбка. Казалось, тяжелый груз свалился у него с души. Однако этот момент быстро прошел. Хватило одного взгляда на таблетки, которые дала ему Ян Минь, чтобы груз вернулся снова.

Она была не первой их жертвой и определенно не последней. Никто не знал, сколько девочек продали из бань Байцинь. И если он не положит этому конец, их станет еще больше. Син Чжисен в тюрьме, Дин Сучен погиб. Чжен Линь и его люди пытались подтолкнуть расследование, и в результате их отстранили. Опять он оказался один на поле боя… Улыбка Фан Му стала горькой.

Ну и пусть. Кажется, он всегда был одиночкой.

Дверь ванной распахнулась. Босые ноги прошлепали по полу, и на пороге возникла девочка с полотенцем на волосах. Спортивный костюм, который он купил, был ей великоват, и все равно с чисто вымытыми волосами, падающими на плечи, она ничем не отличалась от любой другой школьницы в стране, которая собирается ложиться спать. Девочка заметила, что он на нее смотрит, и покраснела. Фан Му заметил, что ее глаза заблестели.

Он взял пузырек с таблетками и жестом показал ей выпить одну. Девочка подчинилась. Присев с ним рядом, она положила тюбик с мазью на стол. Фан Му с облегчением заметил, что тюбик распечатан и количество мази в нем уменьшилось.

Она быстро проглотила таблетку и стала вытирать полотенцем волосы. После нескольких секунд молчания Фан Му снова попытался спросить:

– Как твое имя?

Девочка продолжала тереть волосы полотенцем. Казалось, она даже не слышала его.

– Из какого ты города? – спросил Фан Му, но ответа не получил.

– Кто привез тебя в бани Байцинь? – сделал он третью попытку.

Как только профайлер произнес эти слова, девочка вздрогнула всем телом, а дыхание ее стало быстрым и прерывистым. Краска сбежала с ее лица, а глаза снова стали безжизненными.

Фан Му тихонько вздохнул, потом встал и прошел в ванную. Достав из шкафчика фен для волос, он позвал девочку. Она немедленно подчинилась, но на ее лице читалась тревога. Девочка встала возле ванны и медленно подняла на него взгляд. Увидев собственное отражение в зеркале, она сразу же уронила голову.

Фан Му взял прядь ее волос и начал осторожно сушить феном. Девочка словно оледенела. Все ее тело застыло, а по шее побежали мурашки. В страхе она инстинктивно отстранилась от Фан Му.

Он вспомнил, о чем ему рассказала Ян Минь. Во время гинекологического осмотра девочка внезапно начала отбиваться. Понадобилось трое врачей, чтобы ее удержать, но больше всего их напугал, по словам Ян Минь, крик отчаянного ужаса, который издала пациентка.

Попытку незнакомого мужчины подойти ближе и просушить ей волосы вряд ли можно было назвать заботой – скорее, для девочки это была пытка. Сначала Фан Му не понимал, что делает, но, когда девочка задрожала всем телом, он выпустил ее волосы. Она тут же бросилась бежать. Молодой человек не успел сообразить, что происходит, как в спальне щелкнул замок.

* * *

Наступила ночь. Фан Му крутился с боку на бок, лежа без сна на диване в гостиной. Диван был старый и скрипучий, но бессонница мучила его не из-за этого. Фан Му беспокоило будущее. Он не представлял, что делать дальше. Самопожертвование Дин Сучена привело к тому, что личное расследование Фан Му зашло в тупик. За что ему теперь хвататься? Время Син Чжисена стремительно истекало.

Пожалуй, еще можно было надеяться на прорыв в отеле «Бэй-Сити». Но противник не дремлет и прекрасно знает, что полиция за ним следит. Шансы обнаружить прямые улики против Цзин Сю или Чжин Йонгу крайне малы. Они упустили время. Тело женщины, скорее всего, уже не отыскать.

Фан Му был вынужден признаться себе, что Син Чжисену теперь поможет только чудо. И все равно он не собирался сдаваться. Только не после того, как увидел Син На. Может, он и не спасет Син Чжисена, но добьется того, чтобы эти чудовища понесли наказание за свои преступления.

В слабом свете наступающего утра Фан Му начал задремывать. Ему казалось, что он лежит на диване уже много часов – не спит и не бодрствует. Внезапно что-то пробудило его от забытья – он увидел на полу полоску света. Фан Му сел и понял, что дверца холодильника открыта. Перед ним сидела худенькая фигурка и что-то жевала.

Конечно, девочка ужинала, но потом исторгла все, что съела, а с учетом ее аппетита