Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Мистер Кэмпион задумчиво смотрел на нее, и она продолжила:

– Не упрямьтесь. Если что-то пойдет не по плану, нам всем конец.

Мистер Кэмпион вынул из кармана пиджака револьвер и протянул ей:

– Пока он у вас, вам не грозит ничего серьезного. Но будьте осторожны.

Аманда не стала тратить время на пререкания и взяла оружие.

– Возвращайтесь в лес, – сказала она. – Когда услышу сигнал, выведу их.

Она осторожно поднялась на ноги, опустила револьвер в карман жакета и направилась к дому. Потом вдруг вернулась и неромантично чмокнула мистера Кэмпиона в нос.

– Это вроде чаевых на случай, если больше не увидимся, – пошутила девушка и смело зашагала по дорожке к дому.

Неестественный свет превратил ее рыжие волосы в пламя.

Глава 20

Встреча с Астаротом

Когда на столике вдребезги разлетелся декантер, атмосфера в гостиной доктора Гэлли, и без того уже тяжелая, стала невыносимой. Тетя Хэтт завизжала, Гаффи вскочил, а Хал, над чьей головой пролетела пуля, бросился к окну.

Однако реакция хозяина была настолько удивительной в сравнении с самим происшествием, что гости забыли о собственной тревоге. Доктор воздел руку и громко воскликнул:

– Он нанес удар! Он показывает нам свою волю!

Коротышка с горящими глазами не дал объяснения этим загадочным сентенциям. Увидев, что оказался в центре внимания, он заговорил голосом, ничуть не похожим на его обычное бормотание. Гэлли изменился до неузнаваемости. Он выпрямился и расправил плечи, глаза зажглись огнем. Казалось, человечек обрел силу гиганта.

– Поскольку он решил действовать без моей помощи, отдадим дело в его руки, – сказал доктор. – Пожалуйста, не шевелитесь.

Тетя Хэтт хотела что-то сказать, но Гэлли сделал предостерегающий жест. С полнейшей растерянностью на добром лице она сидела и смотрела на него.

Гаффи кашлянул. Все, что происходило, было недоступно его пониманию. Возвращение Кэмпиона истощило его способность удивляться, да вдобавок атмосфера в гостиной, напоминающая дым ладана, но куда как менее приятная, давила на психику. Голова кружилась, и отчего-то тянуло в сон.

И в этот момент произошло третье событие – появление Аманды. Девушка с невозмутимым видом вошла в комнату, держа правую руку в кармане жакета. Она улыбнулась доктору, тотчас повернувшемуся к ней.

– Вы опоздали, – сказал он сурово. – Знаете же, это час Кассиэля, и он скоро истечет. Сядьте там.

Он указал на стул справа от эркера. По пути Аманда задела складки шторы, и в комнате прибавилось ароматного дыма.

– Без четверти семь! – взвыл доктор. – Без четверти семь, а мы еще даже не начали!

Он передвинул столик к стене и стал сворачивать ковер. Поскольку его поведение сделалось откровенно диким только после того, как разбился декантер, а тетя Хэтт, Гаффи и Мэри были тугодумами, они смотрели на выходки хозяина, ошеломленные настолько, что потеряли способность двигаться.

Доктор отшвырнул свернутый ковер к дверям, и все увидели доски пола. Дубовые, они потемнели от времени, и на их тусклой поверхности был начертан мелом рисунок. Квадрат со стороной девять футов разделила пополам линия, образовав два прямоугольника. В них были нарисованы кресты и треугольники, окружающие кольцо, которое касалось изнутри сторон квадрата. В этом кругу был другой, меньшего диаметра и концентричный, а в нем еще один квадрат. В пространстве между кругами было трижды написано имя Кассиэль, а на всех четырех сторонах внутреннего квадрата большими печатными буквами – Астарот.

Сразу значение этого рисунка не понял никто, кроме Аманды, но тетя Хэтт встала со своего места.

– Доктор, здесь душно, – сказала она. – Я выйду в сад.

Гэлли подскочил к ней и рявкнул:

– Сидеть!

Почему тетя Хэтт послушно села, она так и не смогла потом объяснить, но в тот момент любопытство в ее смешанных чувствах, пожалуй, преобладало.

Доктор склонился над спинкой дивана и извлек из-за нее длинный черный халат, в который тотчас облачился. А затем, ступая осторожно, чтобы не задеть меловой рисунок, занял место в центре внутреннего квадрата.

– Теперь я объясню, – произнес он.

Снаружи разразилась гроза, и шум ветра вместе со стуком дождя по листьям сделали сцену еще более фантастичной и проникновенной.

Оглушительный раскат над головами перекрыл на мгновение голос старика, и даже флегматичный Гаффи содрогнулся. Бывают события настолько неожиданные и необъяснимые, что притупляют все чувства и человек какое-то время не способен реагировать на них рационально. Когда гром стих, в маленькой гостиной воцарилась мертвая тишина – пятеро гостей сидели, тяжело дыша и таращась на фигуру в черной одежде.

– Есть много наук, – начал доктор Гэлли, – которые оказались забыты. Были времена, когда люди добровольно отдавали жизнь в поиске силы, о которой даже не мечтают нынешние бездари-псевдоученые. Сорок лет назад я дал себе клятву, что сравняюсь с такими людьми и, возможно, даже превзойду их в их собственной игре.

– Долгие годы, – продолжал он страстно, – я стремился с помощью чудесных книг, доставшихся мне вместе с этим домом, стать мастером оккультных наук, утраченных глупым человечеством.

– Я учился усердно, – вещал он, глядя на гостей сверкающими глазами, – и бессчетное множество раз доказывал себе, что выбрал верный путь. Я мог бы вам рассказать о превосходных лекарствах, которыми пользовал добрых местных жителей с помощью волшебных сил воздушной стихии. По этой причине некоторые селяне почитают меня, как в прошлом не столь уж отдаленном их предки почитали великого целителя Джона Ди, служившего придворным магом у королевы Елизаветы.

– Но, – говорил он в нарастающем раже, излучая такую мощную нервную энергию, что слушатели не смогли бы сдвинуться с места, даже если бы попытались, – хоть я и добивался значительного успеха в малых предприятиях, всякий раз убеждаясь в собственной правоте, результаты больших дел неизменно разочаровывали. Сначала я полагал, что мои книги лгут или что врачебное образование сделало меня слишком примитивным, слишком материалистичным, чтобы достигнуть целей. Но семь ночей назад я победил. Он наконец пришел! Астарот собственной персоной!

– Подождите! – простер он руки. – Подождите! Вы должны дослушать до конца. Вы должны увидеть, к какому триумфу привели меня мои изыскания. Семь ночей назад, в час Метатрона, я находился в этой комнате один, стоял в центре круга и просил Астарота явиться. Перед тем я постился три дня. Эта комната была усыпана кориандром, белладонной и пасленом, и я исполнил все необходимые ритуалы, о которых не могу вам рассказать. Я повторил призыв, и Астарот пришел.

Но не в своем естественном виде, а в обличье человека. Когда