Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

что бы сделала, окажись здесь кто-нибудь. Я не продумала свой план настолько далеко, когда начала осматривать комнаты. Слава богу, я никого не обнаруживаю.

Я кладу ключи и пистолет на кухонный стол и смотрю на дверь. Стул, которым я подперла дверную ручку перед уходом, так и стоит на месте. Я слышу, как хрустят по усыпанной ракушечником подъездной дорожке шины, потом кто-то окликает меня по имени.

Трэвис сидит в своем пикапе, опустив окна. Я подхожу к пассажирской дверце. У него такой вид, словно он всю ночь провел на ногах. Волосы торчат во все стороны, одежда измята. Он смотрит на меня полными горечи глазами.

– Дойл пропал.

– Что?

Трэвис склоняет голову набок.

– Я полагал, ты именно поэтому написала мне.

– Нет, Трэвис. Не поэтому. Я написала тебе, потому что у меня только что состоялся весьма интересный разговор с Ритой Мид, и…

Трэвис фыркает. Я продолжаю:

– И она упомянула кое о чем, что заставило меня задуматься.

– И о чем же?

– Эмили тайно бегала с кем-нибудь на свидания?

– Что? Каким образом?

Я поднимаю палец вверх.

– Сейчас вернусь.

Я бегу на кухню и хватаю со стойки альбом для рисования, принадлежавший Мейбри. Листаю страницы, пока не нахожу отдельно лежащий набросок, который Лив Арсено разорвала пополам. Потом бегом возвращаюсь к Трэвису.

Я, слегка запыхавшись, протягиваю ему рисунок.

– Это рисовала Мейбри. На второй половине изображена Эмили.

У Трэвиса от удивления отвисает челюсть.

– Что за хрень?

Он хватает рисунок и подносит ближе к глазам. Его горло вздрагивает, когда он сглатывает.

– Ты знаешь, кто этот парнишка?

Челюсть Трэвиса больше не отвисает. Она настолько напряжена, что я вижу выступившие на ней желваки. Он поднимает глаза, и я угадываю ответ еще до того, как он его произносит. Это выражение на лице парнишки… Я видела его прошлой ночью у байу. На лице Рэймонда Сен-Клера.

– Это Рэймонд, – тихо выговариваю я.

Трэвис кивает и сует рисунок обратно мне в руки.

– Да. Я всегда подозревал.

Затем мне приходит в голову еще одна мысль, и набросок трепещет у меня в пальцах.

– Рита также упомянула… возможно, есть доказательства того, что по крайней мере некоторым жертвам вводили наркотики.

– Боже! Хорошо же вы с ней поболтали. – Он растирает ладонями лицо.

– Это правда?

Он кивает.

У меня по спине бегут мурашки. Вспоминается прошлая ночь у байу. «Многие люди подвергаются опасности и даже не подозревают об этом. Только что они беспечно веселились, а спустя минуту оказались уже неспособны ничего сделать, только умереть».

– А Рэймонд был парамедиком, прежде чем стал полицейским.

– Откуда ты это знаешь?

– Он упомянул об этом, когда мы встретились на штрафстоянке.

Трэвис поднимает брови.

– Что ты делала на штрафстоянке?

Я торопливо отвечаю:

– Это неважно. Но, послушай, вчера вечером я была возле байу…

– Одна? Уилла, на твоем месте я бы сейчас не стал так делать.

– Я была не одна. Там был Рэймонд, и он сказал мне…

Трэвис перебивает меня:

– Что значит «там был Рэймонд»? Рэймонд сейчас в Новом Орлеане. Сказал, что должен проверить одну зацепку.

Меня пробирает холод.

– Вчера ночью Рэймонд не был в Новом Орлеане.

Рэймонд, который работает в том же шерифском управлении, которое, возможно, несколько лет назад подделало отчет. Отчет, который имеет отношение к этому делу. «Тот, кто нам нужен, слишком умен, чтобы попасться».

Но что насчет песка? Я видела песчаные кучи из окна спальни Эмили в тот день, когда заезжала домой к семейству Арсено. Возможно, его видел кто-то еще. Может быть, Дойла и нельзя назвать умным, но он достаточно умен, чтобы понять: этот песок может привести следствие к нему.

– Трэвис, – начинаю я. – А что, если это он? Рэймонд?

Трэвис недоверчиво качает головой.

– Ни за что. Ни за что, черт возьми.

– Ты сказал мне, что, когда это кто-то из своих, ты просто знаешь это, вот и всё. А что, если ты не знал?

– Я бы знал.

Я смотрю на набросок.

– Насколько ты уверен, что Эмили умерла по естественной причине?

– Что? – Он снова мотает головой, затем замирает и резко выдыхает. – Подожди минутку. Просто подожди минутку… – Он поднимает палец, призывая меня к молчанию, сидит так несколько секунд, потом говорит: – Я когда-то часто видел Рэймонда в лесу за нашим домом. Иногда я прогонял его. Я думал, он приходил туда, чтобы дразнить меня, но…

– Но ты его не интересовал, – заключаю я.

Трэвис снова сжимает челюсти.

– Его интересовала Эмили.

– Трэвис… – Я оглядываюсь. – Сегодня утром мне показалось, что кто-то был в доме. Ходил на цыпочках.

Он выходит из машины, не позволяя мне больше сказать ни слова. Я поднимаюсь вслед за ним на крыльцо и вхожу в прихожую.

– Трэвис, я…

– Оставайся за порогом.

Я жду на крыльце, притопывая ногой, но не могу стоять на месте. Я нагоняю Трэвиса, когда он спускается по лестнице, чтобы осмотреть комнаты на первом этаже. Все помещения пусты.

Вернувшись к входной двери, он говорит:

– Все это выходит из-под контроля. – Он проводит рукой по волосам, возвращается к своей машине и запрыгивает за руль.

Я провожаю его до водительской дверцы.

– Не знаю уж, что, черт возьми, происходит, но когда я найду Рэймонда… – Не договорив фразу, он резко включает передачу.

– Мне кажется, это плохая идея. Пусть с этим разбирается следствие.

– Это может затронуть мою семью. Я разберусь сам.

– Именно потому, что здесь может быть замешана твоя семья, ты не должен этим заниматься.

Он смотрит на меня холодным взглядом.

– Если увидишь его, позвони мне. И не приближайся к нему.

Затем он выезжает с подъездной дорожки, не дав мне сказать больше ни слова.

Глава 22

Я ухожу обратно в прихожую и запираю входную дверь. Выжидаю минуту, чтобы перевести дыхание. Мне слишком сильно действует на нервы пребывание здесь, в этом доме, в этом городе. В голове у меня все путается. Я сосредоточилась на Дойле до такой степени, что упустила из виду все остальные улики. Я упомянула о Дойле не только в разговоре с Трэвисом, но и с Ритой, и со следователем – настолько я была уверена… Я зажмуриваюсь и растираю лицо ладонями. О господи, что я делаю? Я настолько запуталась во всем этом, что потеряла возможность ясно видеть ситуацию. Мне казалось, будто я все вычислила правильно. А прошлой ночью… В горле у меня встает комок. Я была наедине с Рэймондом, который якобы случайно обнаружил меня на дамбе. Который солгал Трэвису о том, что собирается в Новый Орлеан.

Остановит ли стул,