Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

Поворачиваюсь, чтобы уйти, но путь мне преграждает женщина с белоснежными кудрями, в цветастой ночнушке. На вид старше мужчины. В ужасе она смотрит на меня, а потом начинает кричать. Прерываю крик выстрелом в грудь, и она, словно тряпичная кукла, скатывается с лестницы. Спокойно перешагиваю через бесформенную груду и направляюсь к выходу. Где-то в доме, возможно на кухне, лает собака. В следующую секунду выхожу на улицу. На соседнем участке парень в обтягивающем спортивном костюме катит по подъездной дорожке мусорный бак. Заметив меня, он бледнеет и замирает с отвисшей челюстью. Наверное, я выгляжу устрашающе – с немытыми волосами, в помятой одежде, с ружьем в руках. Не обращая на него никакого внимания, сажусь в машину и бросаю дробовик на заднее сиденье.

Отъезжая, наблюдаю за «спортсменом» через зеркало заднего вида. Он прижимает к уху мобильный телефон и отчаянно жестикулирует. Мне почудилось или раздался еще один крик? Впрочем, могут кричать и чайки, которые сидят рядком на ограждении набережной и оценивающе разглядывают мир глазами-бусинками…

Только сейчас меня начинает безудержно трясти. Спокойствие уступает место возбуждению и осознанию того, что пути назад у меня нет. У нас нет.

И это только начало.

1. Джесс

«ВЕСТНИК БРИСТОЛЯ И СОМЕРСЕТА»

Вторник, 13 марта 2012 года

ДВОЙНОЕ УБИЙСТВО В МАЛЕНЬКОМ ПРИМОРСКОМ ГОРОДКЕ

Джессика Фокс

Два трупа обнаружены в пятницу в одном из домов на набережной в Тилби.

Ведется расследование.

В семь часов утра полиция была вызвана на Шеклтон-роуд. В доме детективы обнаружили тела двух людей. По предварительным данным, это местный бизнесмен Клайв Уилсон, пятидесяти восьми лет, и его мать Дейрдре Уилсон, семидесяти шести лет.

Третья пострадавшая – Хизер Андервуд, которая была найдена без сознания в автокемпинге, расположенном недалеко от места трагедии. Она выстрелила себе в грудь из ружья, но чудом осталась жива. В настоящий момент Хизер находится в больнице в критическом состоянии.

Старший инспектор Гари Рутгоу из полицейского отделения Эйвона и Сомерсета сообщил, что наряд прибыл по вызову сотрудников скорой помощи, которые первыми оказались на месте преступления. По словам Рутгоу, следствие ведется по нескольким направлениям; он обратился ко всем жителям Тилби с просьбой незамедлительно сообщать полиции любую информацию, которая может помочь расследованию.

Жильцы домов, расположенных на этой респектабельной улице, постояльцы бутик-отеля и резиденций для отдыха по соседству – все потрясены и опечалены ужасными событиями.

Сев поудобнее, я перечитала свою заметку. За час мне удалось написать всего лишь пять абзацев, а если через двадцать минут я не закончу, завтра статья не попадет на первую полосу. Тед, редактор новостного отдела, «порвет меня на лоскутки», как он любит в шутку выражаться.

Несколько секунд смотрю в окно. Отсюда видны крыши Бристоля, шпиль собора и здания, облепившие Колледж-Грин[250]. По морю цветных зонтиков, которые беспрерывно текут над тротуаром, я понимаю, что идет дождь. Вдоль Парк-стрит растянулась вереница машин. Двухъярусный автобус, словно запыхавшийся толстяк, с трудом поднимается на холм и там выпускает клубы белого дыма.

Утренний разговор со старшим детективом-инспектором Рутгоу никак не выходит у меня из головы, настолько я потрясена услышанным. Ужасно хочется курить, но, пока не закончу статью, расслабляться не стоит.

Украдкой смотрю на Джека, моего товарища по перекурам. Тот скособочился над компьютером: стучит по клавиатуре и одновременно говорит по телефону. Почувствовав мой взгляд, Джек поднимает голову и корчит страшную физиономию. Затем сладким голосом говорит в трубку: «Да, да, я все понимаю, мадам. Кто же знал, что выберут именно эту фотографию вашего кота… Согласен, весьма неуместно, учитывая его безвременную кончину… Не лучший ракурс Флаффи, конечно, но, нет, что вы, он не выглядит толстым!»

Не могу сдержать улыбку; заставляю себя отвернуться к компьютеру и снова перечитываю текст.

Неужели это моя Хизер?

Тилби – маленький городок. Я выросла в нем и всех знаю. Эта Хизер Андервуд, похоже, того же возраста, что и Хизер, с которой я ходила в школу. В течение двух лет мы были практически неразлучны и считались лучшими подругами, но после выпускного больше не виделись. Насколько я помню, в Тилби был только один кемпинг, и он принадлежал семье Пауэлл, в которой и росла моя Хизер. Да, сейчас фамилия может быть другая, однако совпадение слишком очевидное. Хотя все может быть. Хизер – довольно распространенное имя. Я отлистываю назад блокнот, пытаясь расшифровать сделанные впопыхах записи. Рутгоу подтвердил, что после убийства двух человек Хизер Андервуд вернулась в кемпинг, где она живет с мужем и маленьким сыном, и попыталась покончить с собой.

Моя Хизер всегда хотела уехать из Тилби. Неужели спустя столько времени она все еще живет по тому же адресу?

– Что, никак не закончишь, Джесс?

Тед буквально навис надо мной. В его дыхании чувствуется запах кофе и сигарет с легким ароматом ментола. Он проводит рукой по бороде такого же желтоватого цвета, что и волосы.

– Вот-вот собираюсь отправить.

– Хорошо. – Он впивается глазами в экран. – Ты ведь здесь ходила в школу?

– Да. – Не помню, чтобы рассказывала ему об этом; впрочем, школа в Тилби упоминается в моем резюме, а Тед – настоящая ищейка.

– Вы с ней примерно одного возраста, не так ли? Ты знала эту девушку?

Я перевожу дыхание.

– Вообще-то, не уверена. Я дружила с одной Хизер, но…

Хизер, которую я знала, на такое не способна. Она была милой, тихой и доброй; всегда заботилась о других. Как-то в местной лавке мы столкнулись с пожилой дамой, которая напрочь забыла свой адрес – деменция. Так вот, Хизер проводила ее. А как-то она утащила из дома теплые одеяла, чтобы отдать их бездомному, прятавшемуся от холода в подземном переходе. Она была вежливой и воспитанной, не забывала сказать «спасибо» водителю автобуса или продавцу в магазине. В отличие от меня: мне бы поскорее запихнуть в рот шоколадку прямо у кассы, выпрыгнуть из автобуса и умчаться по делам…

Однако у Хизер была и другая сторона. Помню, как во время нашей последней встречи ее зеленые глаза вдруг сверкнули, и она яростно стиснула кулаки. Это был единственный раз, когда я видела ее разгневанной. Как я испугалась от такой внезапной перемены: все равно что гладишь тихую, спокойную лошадь, и вдруг та начинает пятиться и отчаянно брыкаться… Но тогда наша дружба подходила к концу, все