Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

были ошеломлены, потом почувствовали отвращение, но, несмотря на все это, мы по-прежнему любили друг друга. Такие чувства нельзя выключить в один миг. Мои родители боялись, что мы останемся вместе, несмотря на то что теперь мы знали правду. Думаю, мама понимала, что я не готова так просто отказаться от Бена. Мы сильно поссорились, и родители сказали мне, что я должна покинуть университет немедленно. Бен плакал, а потом пришел в ярость, набросился на них, назвал лжецами, сказал, что они пытаются разлучить нас.

После всего, что произошло сегодня, я могу представить себе ярость Бена.

Беатриса снова сглатывает, вытирает глаза и продолжает:

– В общем, родители буквально затащили меня в машину. По-моему, они не знали, что делать, их просто покоробило от всего этого. Бен сообщил мне потом, что вернулся домой и рассказал обо всем Мораг, и она подтвердила то, что мы уже знали. Он наконец убедился, что мои родители не лгут, и больше не желал видеть меня, испытывая все более сильное отвращение к тому, что мы сделали. Не пойми меня неправильно, мне тоже было противно. Но мне трудно было забыть его, мы были так крепко связаны. Поэтому я отправилась путешествовать, пыталась жить дальше и забыть о прошлом. Я знала, что не смогу его вернуть. Да и как я могла? У меня все шло хорошо, я устроилась работать в ювелирную мастерскую, потом мой отец умер, оставив мне трастовый фонд, и я переехала в Бат. Купила дом, начала его обустраивать, встретила Еву, которая сказала, что будет убираться у меня… И я занималась своими делами… пока около шести лет назад неожиданно не получила письмо от Бена. И моя жизнь снова перевернулась с ног на голову, – вздыхает она, вспоминая. – Я была в полном раздрае, не знала, что делать. Его письмо всколыхнуло все старые чувства, которые, как мне казалось, я похоронила. В общем, мы встретились за чашечкой кофе, отлично пообщались. Он хотел, чтобы мы снова были вместе, на этот раз как брат и сестра. Как близнецы. Я тоже этого хотела, поверь мне, Аби. Я никогда не думала, что снова влюблюсь в него… – Она всхлипывает. – Мне так жаль…

– Ох, Беатриса. – Мы сидим в тишине, и нам больше нечего сказать друг другу.

Я вспоминаю слова Пола о том, что Беном движет исключительно жажда денег. Пол видел, как Бен читал некролог приемного отца Беатрисы. Бен знал, насколько богат был ее отец. Он знал, что тот оставил ей много денег. Была ли это настоящая причина, по которой он снова вышел на связь? Похоже, он был воспитан совсем иначе, чем Беатриса. Теперь у него есть все самое лучшее, и он не намерен от этого отказываться. Но я не могу заставить себя высказать свои подозрения Беатрисе; она хочет верить, что он любит ее, что у них крепкая близнецовая связь.

Она горестно закрывает глаза.

– Потом появилась ты, Аби. И все пошло наперекосяк. – Когда она снова поднимает веки, из-под них катятся слезы.

– Кто-нибудь еще знает? Пэм? Кэсс?

Она качает головой.

– Я никогда никому не рассказывала. Мне было слишком стыдно. Бен тоже не хотел говорить об этом, – отвечает она. – Его покоробило то, что произошло между нами в университете. Я знала, что у него вспыльчивый характер, знала, что он может лгать и даже иногда манипулировать. Но то, что он сделал, причинил зло мне… и тебе… – Она стонет, по ее щеке катится слеза.

Я отодвигаю стул и подхожу к ней. Она падает в мои объятия, и я прижимаю ее к себе, пока ее тело сотрясается от рыданий.

На следующее утро я просыпаюсь рано – после нескольких часов беспокойного сна, полного кошмаров, в которых Бен преследует нас. Я заворачиваюсь в одеяло и иду в свободную спальню, надеясь увидеть Беатрису крепко спящей, но кровать аккуратно заправлена, а комната пуста. Как будто ее здесь никогда не было.

Она вернулась к нему.

Все это время я думала, что она контролирует его, но я ошибалась. Это он дергал за ниточки их отношений. Она никогда не оставит его.

Ох, Беатриса.

Солнечные лучи пытаются достичь земли, но им мешает наползающая черная туча. Тротуары пахнут свежестью, умытые вчерашней грозой. Я стою на пороге и звоню в старомодный латунный дверной звонок. Отец сидит в машине и наблюдает за домом, словно полицейский в засаде. Я не призналась ему в том, что произошло здесь прошлой ночью; папа первым обратился бы к властям, если бы знал. Я лишь сказала ему, что мне нужно забрать свои вещи, потому что я съезжаю. Я благодарна папе за его успокаивающее присутствие, но сердце колотится о грудную клетку, пока я стою, в ужасе ожидая, что ко мне выйдет Бен. Я больше не хочу попадаться ему на глаза.

Я вздыхаю с облегчением, когда на пороге со стыдливым выражением на лице появляется Беатриса. Она бледна, но прекрасна в одном из своих многочисленных чайных платьев. Она открывает дверь шире, когда понимает, что это я.

– Би, поверить не могу, что ты вернулась к нему, – шиплю я. Мне хочется плакать от понимания, что она простила его и будет прощать дальше. Вечно.

Она прикусывает губу, и я вижу, что она едва сдерживает слезы.

– Он сожалеет, Аби. Он хочет извиниться.

За ее спиной я вижу Бена, стоящего в прихожей, и мои ладони начинают потеть. Он подходит к нам, обнимает Беатрису за талию.

Его волосы вымыты, аккуратно расчесаны, он гладко выбрит. Он улыбается, и мне кажется, что перед нами совсем другой человек – не тот, кто прошлой ночью нагнал на нас такого ужаса.

– Пожалуйста, заходи, Аби. Бен не причинит тебе вреда.

– Так я в это и поверила! – огрызаюсь я. – Ты забыла вчерашний день, Би?

Несмотря на мою браваду, ноги у меня дрожат, и я не решаюсь переступить порог. Я не смотрю на Бена. Бен наклоняется вперед через плечо Би:

– Аби, пожалуйста, прости меня. Я не знаю, что на меня вчера нашло. Я не хотел причинить тебе боль. Я бы не сделал тебе ничего плохого, ты должна поверить в это. Ты должна…

Я смотрю на него. Он улыбается и смотрит щенячьими глазами. Но теперь я вижу его притворство. Я разглядела монстра, скрывающегося под этой маской.

– Не надо, – говорю я, поднимая руку, – мне это неинтересно. Я пришла сюда только для того, чтобы проверить, все ли в порядке с Би, и забрать свои вещи. Мой папа сидит