Порочный. Скандальный роман - Айрин Лакс

Смакую, разношу по своему рту ее вкус, вкус вина, фруктов… Она вкусная как фруктовый коктейль, и мне нравится разбирать ее вкус, наслаждаюсь им.

Одна губка, вторая, снова целую, втягиваю, всасываю… Из ее ротика вырывается глухой, глубокий стон!

Отрываюсь на миг.

— Я кое-что услышал, — сверяюсь с часами на руке. — Кажется, пора проверить. Покажи мне свои трусики.

— И что ты хочешь там увидеть?

— Мокрую ластовицу, естественно. А потом мы продолжим, и ты примешь от меня самый глубокий, горячий и искренний поцелуй с подарком.

— А бантик?

— Что?

— Бантик на подарке будет завязан? У самого… основания?

На болт намекает? Выдумщица.

— Если бантик на болте станет пропуском в райскую куночку, так уж и быть… найду.

Снова целую, на этот раз мой язык движется более плавно и чувственно. Аврора ерзает и сжимает свои ноги позади меня, вжимается сильнее, дрожит. Кажется, можно не проверять.

Можно просто стянуть с нее шмотки, завалить спиной на стол и забросить эти ножки на свои плечи, трахая.

Готова. Она, твою мать, очень готова…

Целует меня в ответ. Чувство, будто плавно пикирую вниз. Вместе с ней.

Даже проверяю ладонью наличие стола под упругой попкой.

— Показывай, — хрипло требую у ее ротика. — Показывай свои мокрые трусики. Уговор есть уговор…

Наблюдаю, как медленно она опускает подрагивающие пальцы на туго затянутый узел шнурка.

Моя выдержка тает, я просто хватаю пальцами ее за промежность, щипнув через два слоя ткани.

— Ра-а-ахман… — выгибается дугой. — А-а-ах, хватит! Хватит!

— Не хватит. Не хватит. Дай войти… Подвигаться! — требую. — Дай…

Продолжаю сминать куночку, выжимая из нее жаркие соки. Одежда не помеха, трение только усиливается от моих действий.

Аврора сжимает бедра, но только вынуждает себя реагировать еще острее.

И в момент, когда я готов был послать на хрен все споры и просто… просто отшпилить красотку, от которой у меня все пламенеет, мне позвонили.

Вернее, позвонила.

Дочь.

На ней — особый рингтон!

Телефон вибрирует в заднем кармане, плюс громко звенит.

Требовательно.

— Не отвечай, ммм… — забывшись, отвечает Аврора.

Закатывает глаза от удовольствия.

— Никого нет… дома… — стонет.

— Тише будь. Это дочь моя! — отвечаю довольно резко.

Аврора мгновенно застывает, потом съеживается и… спрыгивает со стола, убегая вверх по лестнице.

Спешит так, что даже хромота почти незаметна. Кричит сверху:

— Минута прошла. Мои трусики будут мокрыми, только если я их постираю!

— Стоять! — рявкаю.

— Догони! — предлагает, топая вверх по лестнице.

Желание против долга борются во мне…

Желание отыграться на дразнящей меня проказнице и долг… как отца… не самого лучшего в мире отца… Но очень старающегося им быть. А вдруг что случилось у Амиры? Вот и звонит…

Глава 13

Аврора

Бегу так быстро, как только могу, как позволяет та самая «испорченная нога».

Бегу, прыгая через ступеньку, внутри буйно плещется восторг, чуть-чуть страха и много-много азарта.

Трепет в груди, предвкушение на кончике языка и порочная вязкость между ножек…

Пряные поцелуи горят на моих губах.

Опытные, умелые, глубокие. Пздц какие умелые.

У меня были попытки завязать отношения с парнями, чаще всего партнерами по танцам. И хоть внешне у меня никаких претензий не было, парни-картинки, сильные, проработанные, харизматичные — без этого в танцах никуда. Но… Как только они открывали свои рты, из них вываливался только мусор, не интересы, а сплошные фантики — рисануться, показать себя, собрать побольше девчонок на свой…

Редко с кем заходила дальше торопливого петтинга. Полноценно так ни с кем и не решилась переспать, что просто смешно, учитывая мой возраст и обстоятельства плюс условия, в которых живу.

Пробегаю один пролет, останавливаюсь.

Переводя дыхание, прислушиваюсь.

Но… Ни топота ног, ни шумных, порочных угроз, приводящих меня в жаркий, возмутительный восторг.

Вместо этого голос отца Амиры звучит серьезно.

— Слушаю, Амира, — потом взволнованнее. — Что стряслось? Не рыдай. Прямо скажи. Давай, дочка, успокойся. Слышишь?

В его голосе звенит беспокойство.

Ведь звонит его плачущая дочь. Единственная дочь…

Разумеется, он ответит и выберет поговорить с дочкой, а не преследовать девку с улицы, у которой в трусах случился потоп только от поцелуев и потрахивающего трения.

Разочарование захлестывает.

— Ты дура, Рори! — говорю самой себе.

Пора выбрать спальню.

Надеюсь, меня не выпрут пинком под задницу, а позволят… остаться на эту ночь. Слишком поздно искать варианты. И денег нет совсем.

Я почти на нуле. Оставшиеся сраные копейки придется экономить изо всех сил.

Бросаю свой рюкзак в первой же безликой, гостевой спальне.

Нужно переодеться. Благо, мне хватило времени зацепить с собой чистое белье!

Закрываюсь в небольшой ванной, тут душ, раковина, унитаз. Кому-то покажется тесным, для меня — простой райский рай…

Еще и душ отменный.

Да, заберусь под душ и будь что будет… Не выгонит же он меня с мокрыми волосами на улицу! Увеличу шансы остаться… и не поддаться.

Хотя после звонка Амиры вряд ли Рахман… Рахман, мать его, Исаевич, снова бросится меня целовать и трогать. А как он целует, о-о-о…

Пока вода льется сверху, позволяю себе немного утонуть в ощущениях. Они вызываются по щелчку, потому что случились несколько минут назад, и я еще не остыла. Я полна жара и волнения.

Стоит лишь немного прикрыть глаза и отпустить воображение, как я мгновенно переношусь туда, где я сижу на столе, а он стоит между моих ножек и целует. Горячо целует, гладит, двигает бедрами… Я чувствую его эрекцию. Я слышу его грязные словечки, которые заводят.

Пздц… заводят.

Мне снова становится горячо, дышать трудно.

Желание набрасывается с новой силой.

— Ммм… — прижимаюсь лбом к мокрому кафелю.

Тело горит, пульсирует, требует.

Опускаю пальцы между ног, надавив кончиками пальцев на пульсирующую плоть.

— Чччерт… — колени простреливает.

Представляю, что это он меня трогает, простонав на всю душевую кабинку.

— Да-а-а… — шепчу, поглаживая себя все быстрее. — Да…

Боже, как я его хочу, тело требует. Не уверена, что смогу и буду готова принять великана, но как же сильно волнует сама мысль, что он может прижаться толстой головкой и подразнить, надавить, войти хотя бы немного!

Новая волна захлестывает, едва не сбивая с ног.

Собственных пальцев, ласкающих клитор, кажется мало.

Сняв лейку душа, придавливаю ее между ног, двигая бедрами, скольжу по ней разгоряченной плотью. Журчащий напор воды подстегивает еще больше.

До пика — совсем немного, сладкий миг наступает через несколько секунд и лишает меня сил. Возможность стоять на ногах стекает вместе с моим удовольствием в сливное отверстие.

Потом я умываюсь