Психология убийства - Марина Серова

— А у Валерии стабильная работа и соответствующий заработок? — поинтересовалась я.

— Раньше Лера работала воспитательницей в детском саду, но потом сменила работу и стала менеджером в одной из компаний, — ответил мужчина. — Да, благодаря Валерии они живут… ну, довольно сносно.

— Владимир Борисович, вы сказали, что делали попытки помочь Константину. Но может быть, ваш друг чувствовал себя зависимым от вас и поэтому не захотел принять помощь? — предположила я.

— Возможно, — ответил Четвертушкин, подумав. — Но я просто хотел, чтобы Костя стал успешным. В принципе, он мог поменять профессию, почему обязательно нужно было зациклиться на одном? Вот я получил образование физика, но потом понял, что мне интересна психология. Я получил второе высшее образование и теперь занимаюсь тем, что мне больше нравится. Но Костя… не знаю, может быть, он обиделся на меня за то, что я пытался вытащить его из такого, не побоюсь этого слова, прозябания. Мы с ним спорили до хрипоты, даже один раз серьезно поругались и довольно долгое время не разговаривали, но потом помирились.

— А как вы думаете, Константин мог так же, как и с вами, поругаться с Екатериной Федоровной? — спросила я.

— Вы что же думаете, что это он Катю? — Владимир с изумлением посмотрел на меня. — Да ну нет, ерунда какая. Костя, конечно, немного чокнутый, как и все люди искусства. Но на убийство он не способен, это точно, — с уверенностью заявил Четвертушкин. — К тому же Катя, не в пример мне, всегда поддерживала его, хвалила его работы. Она даже купила у него несколько скульптур и несколько раз устраивала выставки его работ в своей художественной галерее.

— Но если у вашего друга были хорошие отношения с Екатериной Федоровной, то, может быть, ему было что-то известно о ее проблемах? Ну или о том, что могло привести к такой трагедии. Возможно, что Константину было известно об окружении вашей супруги, вообще о ее жизни. Мне необходимо поговорить с ним, Владимир Борисович, — твердо сказала я.

— Ну если разговор с Костей поможет в вашем расследовании, то тогда конечно, — согласился Четвертушкин. — Правда, я не знаю, как Костя может отреагировать. Иногда он ведет себя непредсказуемо, — добавил мужчина.

— Об этом не беспокойтесь, я знаю правила безопасности, — полушутя ответила я. — От вас потребуется только адрес Константина. И еще адрес подруги Екатерины Федоровны — Регины Колесниковой. Можете написать на том же листке, на котором вы уже написали координаты вашего клиента.

Я протянула Четвертушкину лист бумаги. Он дописал координаты Регины и Константина. Вскоре я уже покидала коттедж психолога. Я решила побеседовать с ближайшими соседями Четвертушкиных. Пока шла по дороге в соседний коттедж, я размышляла над тем, что только что услышала от Владимира Четвертушкина применительно к своему расследованию.

У меня в голове возникла новая мысль: мне следует досконально разобраться с семьей друга Четвертушкина — с Константином Коробейниковым и его гражданской женой Валерией. По словам Владимира Четвертушкина, Константин — нелюдимый, угрюмый и сварливый человек. Его поведение вызывает ряд вопросов. Не мог ли этот непризнанный скульптор, которого интересовало только его искусство, из зависти к успешному Владимиру совершить убийство его жены?

Вполне возможно, что, как все люди искусства, Константин Коробейников обладал неуравновешенным характером. Владимир сказал, что они не раз ссорились, даже серьезно разругались однажды. Да так разругались, что даже какое-то время не общались. Так вот, если Константин испытывал к Владимиру негативные чувства, то, как знать, это могло подтолкнуть его к крайним мерам. Убийство Екатерины, чтобы сделать больно Владимиру, кажется ненормальным поступком. Но разве действия Константина Коробейникова можно назвать нормальными? Его постоянные жалобы на жизнь, неудачи и зависть к тем, кто добился успеха, могли привести его к мысли отомстить за все свои жизненные неурядицы. А единственный способ отомстить, по мнению некоторых, — причинить боль тому, кто виновен в их неудачах.

По словам Владимира Четвертушкина, Константин часто говорил о своих мечтах стать известным скульптором, но вместо этого так и остался в тени, зарабатывая на жизнь случайными подработками. Возможно, что Константин Коробейников чувствовал себя униженным и обиженным, видя, как Владимир и Екатерина построили успешную жизнь, в то время как он остался на обочине этой самой жизни. Это могло вызвать у Константина чувство безысходности и злобы. Кстати, нужно выяснить, не обращался ли Константин в психоневрологический диспансер?

В общем, мне необходимо понять, что могло быть движущей силой Константина Коробейникова, угрюмого и замкнутого человека. Наверняка кроме зависти он чувствовал себя и глубоко несчастным. Возможно, что в один из моментов Константин просто не справился с собственными эмоциями и… случилось то, что случилось. Но в этом еще необходимо было разобраться.

За этими размышлениями я не заметила, как подошла к соседнему коттеджу. Я нажала кнопку на воротах. В переговорном устройстве раздался женский голос:

— Кто?

— Я частный детектив. Мне необходимо поговорить с Маргаритой Александровной Пустельниковой, — отчеканила я.

— Сейчас я узнаю у хозяйки, — ответила женщина, очевидно, горничная.

Спустя пару минут ворота открылись, пропуская меня внутрь.

По дорожке из гравия я прошла к двухэтажному коттеджу, у входа в который меня уже ждала молодая блондинистая женщина в стильном платье, подчеркивающем все изгибы ее точеной фигуры. Она выглядела так, словно только что вернулась с модного показа.

— Здравствуйте, Маргарита Александровна. Меня зовут Татьяна Александровна Иванова. Я частный детектив. Извините, что беспокою вас, но мне необходимо поговорить с вами о Екатерине Федоровне. Это важно, поскольку я провожу расследование ее гибели, — сказала я.

— Конечно, горничная мне сообщила о вашем визите, проходите, пожалуйста, — пригласила Маргарита.

В уютной и богато обставленной гостиной мы с Маргаритой Пустельниковой расположились на антикварного вида диване с гнутыми ножками.

— Что вы предпочитаете, Татьяна Александровна? — спросила хозяйка. — Чай? Кофе? Сок?

— Пожалуй, минеральную воду без газа, — ответила я, решив, что приготовление чая или кофе займет время.

— Альбина, принесите минеральную воду без газа, — громко сказала Маргарита.

Из бокового входа почти сразу же появилась девушка в униформе горничной. В руках она несла поднос, на котором стояла бутылка воды и высокий тонкий стакан.

— Пожалуйста, — сказала девушка и поставила поднос на журнальный столик, расположенный перед диваном.

Горничная налила воду из бутылки в стакан.

Взяв предложенный стакан, я сделала несколько глотков. Теперь, когда законы гостеприимства были соблюдены, можно было приступать к разговору.

— Итак, Маргарита Александровна, судя по всему, вы были последней, кто видел живой Екатерину Федоровну, вашу соседку, — начала я.

— Да… Катя… такая трагедия. Как это все ужасно… я до сих пор не могу прийти в себя.

— Однако мне придется задать вам несколько вопросов