Элитный утопленник - Николай Иванович Леонов

— Очень удобный подъезд к туристическому комплексу можно сделать, — заметил Крячко. — А что, кстати, сейчас творится в доме Синей Бороды? Почему не идет стройка?

— Затихла она, как все случилось.

— А когда? Вчера, сразу после убийства? Или за некоторое время до него?

— Черт его знает, — чуть подумав, ответил Кувалдин. — Кто за этим следил-то, кроме Михаила? Нам все это время было не до того. Может, и до этой беды стройка остановилась, но точно сказать не могу. Я когда собак вчера вечером выгуливал, увидел, что на территории никто ничего не делал.

— А охрана там была?

— И этого не знаю, но, полагаю, должна была быть.

Они спустились по ступенькам к пологому берегу, обрамлявшему зеркальную гладь воды. Пляж был покрыт мелкой галькой с аккуратными камушками обтекаемой формы, а ближе к реке начинался песок неестественно белого цвета. Клязьма в этом месте имела ширину метров в двести. С противоположной стороны виднелся высокий берег, весь заросший лесом. Только в одной месте, присмотревшись, можно заметить площадку, свободную от деревьев.

— Как можно попасть на тот берег? — спросил Гуров.

— Если не вплавь, то только в объезд на машине и через лес идти. Но так никто не делает. Он с той стороны сильно заросший.

Лев Иванович выстраивал в голове картину преступления, совершенного тут.

«Течение здесь не быстрое. Сейчас, в такую жару, вода практически стоит на месте, а погода не менялась уже как минимум две недели. Тело Балидского находилось на дне, ближе к тому берегу. То есть сброшено оно было оттуда. Предварительно преступник сильно ударил жертву чем-то тяжелым по голове, о чем свидетельствует характерная рана. Да и сумедэксперты это подтвердили. Дезориентированный, а может, и полностью бессознательный Михаил Федорович слетел с обрыва и упал в реку. Там труп и пролежал до того момента, пока его не нашел бойкий юный пловец».

— Часто ли там бывают местные жители? — продолжил расспросы Гуров.

— В основном переправляются только порыбачить, те, у кого есть лодки. Из детей самые смелые, типа Темки, переплывают. Но, честно говоря, таких у нас тут немного. Да чего там, он один такой был.

— Почему был? — с беспокойством осведомился Лев Иванович.

— Нет, не беспокойтесь, с ним все в порядке. После происшествия испугался, конечно, парень. Родители его забрали в город, сказали, что в лагерь отправят, там присмотра за ним будет больше.

«Согласно заключению экспертизы, смерть наступила поздно вечером, а уже на следующий день, в одиннадцать тело было обнаружено. Это позволяет предположить, что со времени трагического происшествия никто из местных жителей на противоположном берегу побывать не успел», — рассудил сыщик.

— Нам нужно попасть на ту сторону, — проговорил Гуров и начал снимать с себя футболку. — Легче всего сделать это вплавь, не искать лодку. Заодно и освежимся. Это нам нисколько не помешает.

— Я вам там буду нужен? — спросил Кувалдин, готовый плыть вместе с сыщиками.

— Нет. Подождите здесь, если не трудно, — ответил Гуров и догнал Крячко, который уже успел раздеться до трусов и направлялся к воде.

С задором переглянувшись, друзья побежали к кромке реки, по-мальчишечьи высоко поднимая ноги. Они оказались по пояс в воде и синхронно нырнули в приятную голубую прохладу.

Дно было ровным, песчаным. В одном месте дерево, растущее на берегу, выкинуло в воду извилистый корень.

Гуров лег на спину, раскинул руки и немного полежал, ощущая абсолютную инертность воды и подтверждая свою догадку о том, что течение не могло принести тело Балидского. Значит, преступление было совершено именно на том пятачке, свободном от леса, который он заприметил находясь на берегу.

Лев Иванович поплыл туда.

Станислав уже прохаживался по высокому берегу в ожидании товарища. Гуров быстро очутился на ровной земляной площадке.

— Есть что-то интересное? — спросил Гуров скорее для проформы, понимая, что Стас без него не проводил осмотра, чтобы ненароком не уничтожить важные улики. — Ух ты, а здесь довольно-таки симпатично.

Верхушки деревьев создавали наверху подобие плотного свода, который препятствовал прохождению сюда солнечных лучей. Сейчас вовсю жарило послеобеденное солнце, от которого сыщикам пришлось буквально плавиться на том берегу. А здесь в густой тени, было вполне свежо и прохладно.

Видно было, что эта площадка активно использовалась рыбаками, которые переправлялись сюда на лодках. Они согревались тут, разводя костерок. Хворост разной толщины был аккуратно сложен в кучку возле пепелища. Люди пили чай или что покрепче за самодельным столиком. Вместе с двумя лавочками он стоял в глубине поляны, не очень красивый, но крепкий и функциональный.

Единственное дерево на площадке произрастало почти на склоне и было чуть наклонено к воде. К одной из толстых веток этого вяза была привязана веревка, заканчивающаяся внушительным узлом. Это была та самая тарзанка, с которой в воду сиганул пацан, обнаруживший страшную находку.

Гуров взялся за веревку, как следует раскачался. Под ним проплыла спокойная голубая гладь воды.

Он спрыгнул на берег, подошел к Станиславу, методично изучающему землю под столом, и спросил:

— Что тут?

— Посмотри сам.

Земля под столом была довольно влажной. В нескольких местах возле одной лавочки отпечатались выемки от пальцев ног. Кто-то сидел здесь, скинув обувь. С другой стороны тоже наличествовали следы, но уже предположительно от кроссовок.

Гуров медленно, стараясь ничего не затоптать, прошел от стола с лавками к кромке отвесного берега. Следы кроссовок здесь были еле заметными. Они перемежались с такими же легкими отпечатками обуви с грубой подошвой, как у армейских берцев.

Лев Иванович осматривал землю очень внимательно, пытаясь восстановить картину, которая разыгралась здесь вчера. Два человека сидели за столом. Один из них был босым, другой в кроссовках. Потом этот второй обулся, и они пошли к берегу. Видимо, дальше и разыгралась трагедия.

— Взгляни, что я нашел, — услышал он над головой голос Станислава.

В руке Крячко была металлическая бензиновая зажигалка. Чтобы сохранить в неприкосновенности отпечатки, вероятно, присутствующие на ней, Стас взял ее с помощью небольшого лопуха.

Гуров с осторожностью принял находку из рук друга, развернул