Эдди Флинн - Стив Кавана

Я рассчитывал, что Делл убедит окружного прокурора вызвать эксперта по GSR. У меня не было шансов выиграть предварительное слушание, если я даже не смогу провести перекрёстный допрос. Но в тот момент я не мог придумать ни одного аргумента, который мог бы привести свидетелю. Он появится. Если Дэвид невиновен, рано или поздно необходимые доказательства придут ко мне.

Пока я ждал свой заказ, я открыл свой экземпляр досье Dell и начал листать документы. Первая пачка состояла из договоров о передаче акций, все заверенные сотрудниками Harland and Sinton. Я насчитал более сорока договоров, включая тот, который засвидетельствовала Кристина.

За этими бумагами лежал напечатанный список компаний. Я насчитал тридцать на каждой странице и восемнадцать на каждой. Ни одна из компаний мне не была знакома. Список был в алфавитном порядке, и я пролистал его, чтобы проверить название компании в договоре Кристины. Это была информация, которую они получили от Фарука. Команда Dell в Лэнгли, должно быть, отслеживала счета этих компаний. Так они и обнаружили новую систему прачечной.

Единственными другими документами были фотографии службы безопасности Харланда и Синтона. Я задержал взгляд на фотографии Гилла, которую видел раньше.

За этой фотографией ещё четыре фотографии. Служба безопасности фирмы. Групповые снимки пяти мужчин. Двое из них были в чёрных костюмах, белых рубашках, тёмных галстуках и с практичными корпоративными стрижками. Двое других были в штатском: рубашках на пуговицах, заправленных в джинсы.

Не было ни одной фотографии мужчины в черном пальто с татуировкой кричащего мужчины на шее.

После нескольких минут, проведенных в пути, мне наконец удалось переключиться на медсестру в центре отделения неотложной помощи. Попо уже выписали из операционной, но он всё ещё находился в критическом состоянии. Когда принесли блины, у меня не было аппетита, но я…Всё же откусил. Лестер Делл был прав в одном: блины были превосходны.

Я немного посидел, обдумывая ситуацию. В углу закусочной стояли два компьютера с мигающей надписью «ВСТАВЬТЕ МОНЕТУ» . Я взял свой кофе и подошел к одному из компьютерных терминалов. Рядом с моими коленями была прорезь, и я скормил ему пару долларов мелочи. Экран изменился, и появилась главная страница Google. Я набрал «Бернард Лангимер» и нажал «Поиск».

Сначала поиск выдал кучу результатов по какому-то другому человеку с немного другим именем. Я выбрал вариант поиска по точному написанию имени и получил шесть тысяч результатов — все на немецком языке. Чтобы сузить поиск, я ввёл «Дэвид Чайлд» вместе с «Бернард Лангимер» и нажал Enter.

Первой появилась статья из технического блога, показавшая положительные результаты для обоих названий. Статья была о дотком-компаниях, в частности, о том, почему некоторые платформы социальных сетей взлетели, а некоторые просто провалились. Я сам не следил за этим — у меня не было ни одной социальной сети, — но я знал, как это работает. Небольшой раздел статьи рассматривал платформу социальных сетей Wave и сравнивал ее с Reeler. Согласно статье, Wave была детищем Бернарда Лангимера. Она была запущена через две недели после Reeler, а год спустя закрылась. Автор считал, что Reeler удобнее для пользователя, менее сложна, чем Wave, и она появилась раньше. Все это способствовало провалу проекта Лангимера. Я пролистал еще полдюжины страниц, но все они были на немецком языке и связаны с древними генеалогическими древами.

В интернете не было никакой информации о каких-либо разногласиях между Лэнгимером и Дэвидом, и я не нашёл ничего, что указывало бы на то, что Лэнгимер может представлять угрозу для кого-либо. Я подумал, что Дэвид, вероятно, принял неверное решение, если решил, что Лэнгимер его подставил. Парень казался вполне обычным.

Я потратил минуту, чтобы зайти в почту. Ничего срочного. Вышел из системы, собрал файлы, оплатил чек и направился к двери.

Я услышал звонок своего мобильного и надеялся, что это Кристина. Определитель номера сообщил, что номер недоступен.

«Привет», — сказал я.

«Не могли бы вы рассказать, чем вы занимаетесь?» — спросил голос на другом конце провода. Мужчина, чуть за тридцать, возможно, с оттенком среднезападного акцента.

«Кто это?» — спросил я.

«Бернард Лангимер».

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДВА

Я оглядел закусочную. Никто не обращал на меня внимания. Я решил, что на улице безопаснее, поэтому вышел и направился обратно в центр города.

«Откуда ты взял этот номер?» — спросил я.

«Итак, вы меня расследуете », — сказал он, выплевывая фразу сквозь зубы.

«Я этого не говорил».

«О, вы искали. Не пытайтесь меня обмануть, мистер Флинн. Я знаю, что вы меня искали. Я хочу знать, почему».

Я не мог понять, как он так быстро меня выследил, всего лишь зайдя в интернет-кафе . Потом вспомнил, что проверял почту. Может, он и через неё меня нашёл. Разыгрывать этого парня не имело смысла, поэтому я свернул с этой темы и сразу перешёл к делу.

«Хочу встретиться», — сказал я.

На заднем плане я услышал женский голос. Кто-то крикнул Лэнгимеру: «Повесь трубку. Звонков не будет».

Я услышал скрежет в микрофоне и приглушённый мужской голос. Лангимер закрыл телефон рукой, чтобы сказать что-то, чего не хотел, чтобы я услышал. Возможно, это был голос его девушки, но слова были какие-то странные. Это застряло в моей памяти.

Когда он снова заговорил, голос его был ясен и не утратил гнева.

«И что мы будем обсуждать? Минимальную сумму денег на клиентском счёте вашей фирмы? Ваш овердрафт? Может быть, вашу любовь к детективам в мягкой обложке или тот факт, что вы всегда завтракаете в закусочной Теда? Я могу продолжать…»

«Вы быстры, мистер Лэнгимер. Очень быстры. Если бы вы быстрее запустили Wave, вы бы уже были богаты. Жаль, что Дэвид Чайлд вас опередил».

«Так, я вижу, речь идёт о Дэвиде. Я свяжусь с тобой», — сказал он и отключился.

Я в недоумении уставился на телефон. Бернард Лангимер стал невероятно интересным.

Старшая сестра Кристины, Кармель, забрала Эми из школы и присоединилась к ней в гостевом доме в Ред-Хуке. Эми была потрясена. Она была молчалива и не отпускала Кристину. Семь месяцев назад её похитила русская мафия, и, хотя она не пострадала физически, ущерб был нанесён. Её выздоровление было уверенным, но медленным, и всё это было для неё слишком. Кристина плакала в трубку. Я подавила желание поехать к ним, обнять их обеих. Мне нужно было, чего бы это ни стоило, увезти их к черту из Нью-Йорка – в безопасное место, куда-нибудь подальше, где их никто не будет