Взаперти - Юсси Адлер-Ольсен

не дошли, так как сейчас пытаемся отследить, кто именно закупал всё то снаряжение, что мы обнаружили в «Мерседесе». Но, честно говоря, вряд ли из самого телефона получится выжать много информации. Мы предполагаем, что этот спутниковый аппарат использовался исключительно в криминальных целях, а потому был настроен так, чтобы сохранять данные только на сим-карте. А поскольку это предоплаченная симка-пустышка без контракта, владелец, скорее всего, меняет её регулярно, да и историю вызовов стирает подчистую после каждого звонка.

— Ладно, я сама на него взгляну, — решила Бенте. — А к остальным вещам вернемся уже завтра утром. Наверняка хоть на чем-то из этого барахла мы да найдем зацепку.

Она указала на двух сотрудников, стоявших в глубине кабинета:

— Ваша очередь дежурить на этих выходных, верно?

Они согласно кивнули.

— Тогда до завтра, хорошей вам ночи. А я побуду здесь еще немного.

Когда оперативники разошлись, Бенте заперла дверь изнутри и подсела к столам, на которых были разложены все изъятые вещдоки. Она взяла в руки залитый кровью паспорт на имя Гюстафа Мюлдера, открыла его, брезгливо всмотрелась в фотокарточку и покачала головой.

«Ну и кретин», — подумала она.

Её взгляд методично сканировал многочисленные предметы, пока не остановился на спутниковых телефонах и квитанции за аренду частного самолета. Информация на этом чеке была скуднее некуда: значились лишь время вылета, пункт назначения и итоговая стоимость. Никаких имен пассажиров, никаких номеров счетов или кредитных карт, с которых проводилась оплата. «Умно, значит, расплатились наличкой», — констатировала она про себя. Сами же билеты, должно быть, остались у выжившего подельника, поскольку ни на трупе, ни в салоне серого «Мерседеса», улетевшего в кювет в нескольких километрах отсюда, их не нашли.

Кроме того, дорожный патруль обнаружил изрешеченную пулями темно-синюю «Вольво», принадлежащую Кеннету Фишеру, который прямо сейчас находился в отделении реанимации Ригсхоспиталета. Из чего логически напрашивался единственный вывод: Карл Мёрк во время своего побега угнал этот автомобиль на общественной парковке неподалеку от тюрьмы Слагельсе.

Но где сам Карл прячется прямо сейчас? Всё еще ошивается где-то в районе, где бросили «Мерседес»? Очевидно одно — он определенно нашел крышу над головой, раз имеет возможность сидеть в тепле и транслировать свои видеообращения.

И еще этот Кеннет Фишер... Бенте смутно помнила его как бывшего военного, проходившего по одному из старых дел Отдела Q. Его расстреляли прямо в собственной машине на парковке у тюрьмы, но что он вообще там делал? Судя по ноутбуку, который лежал у него на коленях, он вел плотную, непрерывную слежку за зданием изолятора и пожарной станцией. Какова была его цель?

Бенте приоткрыла окно, закурила сигарету и уставилась на тлеющий огонек, пытаясь собрать этот хаотичный пазл воедино. Чертов бардак, и распутывать его стало в разы сложнее после того, как она потеряла связь с Эдди Янсеном. Теперь всё это дерьмо мертвым грузом повисло исключительно на ней.

Этот вояка Кеннет мог быть частью заговора, если у него из-за какого-нибудь застарелого ПТСР имелся зуб на Карла. С другой стороны, он мог выполнять роль дозорного, который должен был информировать Мёрка или предупреждать его о любых подозрительных шорохах возле его камеры. Действовал ли он в одиночку или за ним кто-то стоял? Вот это ей жизненно необходимо было выяснить. Возможно, завтра врачи в Ригсхоспиталете смилостивятся и разрешат ей допросить раненого, если тот вообще будет в состоянии говорить.

А если нет, то, возможно, Карл сам когда-нибудь ответит ей на эти вопросы. Но где же он?

Бенте открыла свой ноутбук и запустила видеозапись Карла, вглядываясь в экран пару минут. Задний план был абсолютно нейтральным — судя по всему, обычная стена в жилой комнате. Однако в самом верху кадра можно было едва-едва разглядеть край старинной лепнины, обрамляющей потолок. Бенте прекрасно знала этот тип лепных карнизов: это был классический архитектурный стиль, характерный для роскошных господских квартир и особняков примерно тысяча девятьсот сотого года постройки или чуть позже. Но в какой именно части города находилась комната с таким потолком?

Гордон ранее доложил, что какой-то неизвестный передал две сумки таксисту. С этим водителем полиция уже успела связаться, поскольку Гордон проявил редкое присутствие духа и успел записать регистрационный номер машины. Таксист-марокканец полностью подтвердил эту историю. Он божился, что в обычных обстоятельствах никогда не берет в салон вещи без пассажира, но незнакомец назвал ему имя сотрудника полиции — Гордона Тейлора из Следственного отдела на Тегльхольм Алле, 1, поэтому водитель решил, что просто не имеет права отказать.

«Идиот», — мысленно выругалась Бенте Хансен. В этих сумках вполне могли находиться мощные взрывные устройства. И вдвойне идиот потому, что внешность человека, передавшего груз, он помнил крайне смутно. Единственное, в чем водитель был уверен — это точно был не Карл Мёрк, чье фото ему продемонстрировали. Зато он железно помнил, что его перехватили на Йернбане Алле в Ванлёсе, поскольку он весь день мотался именно по этой улице.

Бенте сделала последнюю затяжку и швырнула окурок в окно. Карл Мёрк находился в непосредственной близости от серого «Мерседеса», так что снова вопрос: не он ли сидел за рулем и подчистую выгреб из машины все те вещи, которые сейчас лежали перед ней на столе? Но кому он их передал? Дал команду привезти их в Отдел Q? Скорее всего. Неужели он наивно полагает, что если сдаст все эти улики полиции, это как-то очистит его имя и докажет невиновность? Или это вообще был не он?

Бенте чувствовала, что окончательно запутывается, а это чувство она искренне ненавидела. Буквально с самого детства ей было жизненно необходимо быть в чем-то уверенной на все сто процентов и идти напролом до победного конца.

Она взяла со стола спутниковый телефон, взвесив его на ладони. Насколько она знала, такой Iridium 9575 Extreme стоил целое состояние, а весил всего каких-то 247 граммов. Так почему эти недоумки-киллеры не прихватили его с собой, ведь он такой компактный? Ну и придурки.

Она вскрыла корпус телефона и не без труда вытащила сим-карту, после чего спрятала её в карман. Затем она потянулась через стол с оружием и схватила пистолет Heckler & Koch — он был точь-в-точь как их табельные пистолеты. Что бы ни случилось дальше, она должна быть готова дать отпор

* * *

— Я думаю, тебе нужно остаться здесь еще на пару дней, Карл, — твердо сказал Асад. — Прямо сейчас вокруг твоей персоны поднялся слишком сильный фуро, чтобы ты мог так неосмотрительно рисковать и