Сожженные тела на станции Саошулин - Юнь Хуянь

– Ты нашел его? – поинтересовался Чжоу Липин.

– Нашел.

– Кто это?

– Как ты думаешь, кто это может быть?

– Я не могу догадаться… Может быть, его враг или просто прохожий, который увидел, как Син Цишэн выбрасывал труп, вступил с ним в схватку, случайно убил его, а потом в панике сбросил тело в шахту и устроил пожар…

– Нет, человек, который перехватил преступление Син Цишэна, не мог быть его врагом. Во-первых, зачем бы он просил помощи у врага в таком бесчеловечном деле? Во-вторых, какое невероятное совпадение – не предупредив врага, именно в момент выброса тела натолкнуться на него, прогуливающегося в темную ветреную ночь по Саошулин… Версия о прохожем и вовсе не выдерживает критики. Осмотр места происшествия показал, что перед смертью Син Цишэн не пытался ни убежать, ни сопротивляться и, словно цыпленок перед тигром, покорно ждал своей участи. Это говорит о том, что убийца был кем-то, кого Син Цишэн знал и не боялся, кто уже был вовлечен в сложное переплетение причин, приведших к этому преступлению. Это было умышленное убийство, а не случайность – отношения между убийцей и Син Цишэном были по сути отношениями судьи и подсудимого. В тот вечер убийца выступил и как судья, и как исполнитель смертного приговора. Да, именно здесь, у этой вентиляционной шахты, той ночью состоялся суд. Человек, случайно увидевший, как Син Цишэн бросает маленькие обнаженные тела в эту черную дыру, в праведном гневе собственноручно казнил его! Убийцей мог быть только человек, отверженный обществом, бунтарь своего времени, преступник в глазах полиции, враг народа в глазах общества, тот, кто взял на себя всю вину, чтобы защитить любимую девушку, тот, чье чувство справедливости не сломили даже восемь лет тюрьмы!

На мгновение в глазах Чжоу Липина вспыхнул красный огонь, напоминающий о ране, но тут же погас.

– Чжан Чуньян, Син Цишэн, – презрительно фыркнул Хуянь Юнь. – Да, эти подонки были жестокими и бессердечными, и их опыт безнаказанных злодеяний заставил их поверить, что достаточно быть беспощадным, чтобы делать в этом мире что вздумается. И они как любители решили бросить вызов профессионалу. Хотя я никогда не верил в чушь про «преступление как искусство», но признаю, что преступление – это техника. Профессиональные преступники – это игроки, рискующие головой, балансирующие на грани жизни и смерти, где одна ошибка означает полный проигрыш. Пройдя через множество жизненных ситуаций, в которых им приходилось сражаться, они стали машинами выживания. А эти двое кто такие? Подпевала и извращенец, которые возомнили, что могут свалить свои преступления через примитивные уловки на освобожденного заключенного, который чуть не получил смертный приговор, отсидел восемь лет и общался там с разного рода преступниками. Это как если бы два идиота, начитавшись уся, решили бросить вызов Тайсону – они собственноручно отправили себя на виселицу!

Внезапно налетел порыв ветра, словно вырвавшись из вентиляционного отверстия, из темных недр, влажный и зловещий, леденящий до костей, но он также рассеял ночной туман, сделав Чжоу Липина, стоящего напротив, более различимым, даже можно было заметить, как дрожит его выступающий, как лопата, подбородок.

Хуянь Юнь вытянул руку, указывая за пределы питомника:

– В тот вечер на перекрестке у Саошулин по требованию Син Цишэна ты вышел из машины и смотрел, как он сел за руль и въехал в этот переулок. Интуитивно чувствуя, что Син Цишэн задумал что-то нехорошее и что его просьба подменить его за рулем неспроста, ты последовал за ним. Когда ты тихо вошел в питомник и увидел, как Син Цишэн надевает перчатки, снимает защитную решетку вентиляционной шахты, вытаскивает из багажника тела Чжао У, Ли Ин и Дун Синьлань и бросает их вниз, ты не смог сдержать ярость и выступил вперед! Син Цишэн увидел на твоем лице такую жажду убийства, какой никогда не видел прежде; он был в ужасе, зная, что пришел его смертный час. У него не хватило смелости бросить вызов тебе, «серийному убийце», он мог только умолять о пощаде. Он рассказал тебе обо всем: о причинах смерти детей, о плане подставить тебя, даже об инсценировке смерти Чжан Чуньяна… умоляя сохранить ему жизнь, но ты…

– Подожди, – поднял руку Чжоу Липин. – Хуянь Юнь, мы встречаемся впервые, и я не ожидал, что ты представляешь меня таким великим героем. Спасибо, но я просто обычный водитель, не имеющий никакого отношения к «Делу Саошулин»… После всего сказанного тобой я понял, что ты считаешь, будто я убил Син Цишэна. Как это возможно? У меня есть алиби.

– Да, алиби, алиби… – повторил несколько раз Хуянь Юнь, вдруг подняв голову и взглянув на искривленную ветвь большого вяза над головой, и замолчал.

В питомнике повисла мертвая тишина, Чжоу Липин стоял неподвижно, не произнося ни слова. Внезапно в Институте автоматизации проектирования общественного транспорта погас свет, и его фигуру мгновенно поглотила тьма. Хуянь Юнь прищурился, всматриваясь некоторое время, прежде чем различить, что тот все еще стоит на месте.

Он тихо вздохнул:

– Чжоу Липин, может, ты и не поверишь, но «Дело Саошулин» – одно из самых озадачивающих дел, с которыми я сталкивался. Оно непростое, запутанное, в него вовлечено много людей, отношения между участниками многогранны и очень сложны, подозрений и загадок бесчисленное количество… Из всех них самая трудная – как тебе удалось убить Син Цишэна в питомнике в десять тридцать вечера, а затем в десять пятьдесят оказаться в морге «Больницы любящих сердец» и поместить живого Чжан Чуньяна в холодильную камеру. Пока не раскрыто это, все обвинения против тебя несостоятельны.

По губам Чжоу Липина скользнула холодная усмешка, в темноте Хуянь Юнь не мог ее видеть, но чувствовал.

– Не улыбайся, правда, я пытался решить эту загадку логически, но как ни старался, как ни напрягал мозг, не мог. Я думал, это невозможно, ведь еще не было преступника, способного создать загадку, которую я не мог бы распутать. И когда я уже исчерпал все варианты, меня вдруг осенило. Да, ты действительно уступаешь мне в логике, но есть одна вещь, которую ты понимаешь гораздо глубже и основательнее, чем я, Ли Чжиюн, Чжан Чуньян, Син Цишэн и все следователи вместе взятые – это темная сторона человеческой природы. – Хуянь Юнь сделал паузу и продолжил: – Другими словами, твой успешный трюк основан не на логике, а на человеческой природе.

4

Улыбка пропала с лица Чжоу Липина.

– Как я говорил раньше, это дело оставалось нераскрытым не из-за широкого круга подозреваемых или сложности расследования. Наоборот, именно потому, что полиция сосредоточила все силы на поиске улик против тебя, они упустили