Бегство в пустоту - Александр Чернов

По извилистой дороге мы подъехали к центральной – А-113.

– Нам направо, – сказала девушка и, очевидно, не очень уверенная в том, что я хорошо разбираюсь, где лево, а где право, для верности ткнула пальцем, длинный ноготок которого был художественно раскрашен, в правую сторону.

– Что за парень этот Семен Игнатьев? – спросил я у своей пассажирки, пропустив промчавшуюся мимо машину и сворачивая следом за ней направо.

Ксения пошевелилась, удобнее устраиваясь в кресле, и откинула голову на подголовник.

– Обыкновенный парень, – сказала она, сделав замысловатое движение губами, по-видимому, означавшее «ничего особенного». – Ему тридцать пять лет, на год моложе Ильи. Женат, детей пока нет. Илья с ним с детства дружит. Учились в одной школе здесь неподалеку, в Сафоново. Правда, в разных классах, Семен на класс меньше. Потом Илья женился, переехал жить в Москву, а Семен так и остался жить здесь в Подмосковье. И дружба как-то сошла на нет. Когда Илья развелся и вернулся в отчий дом, дружеские отношения как-то восстановились. Они ездили несколько раз на рыбалку, по грибы, ну, и выпивали, разумеется. Как же без этого мужикам-то, – усмехнулась девушка. – У Семена свой дом, машина, работает он, насколько я знаю, интернетчиком. Ну-у, – девушка потрясла руками, словно это движение могло помочь ей подобрать нужное слово. – Короче, проводит клиентам в дома интернет… О, нам направо! – снова последовал тычок пальцем в правую сторону. Почти приехали. Я же говорила, что нам ехать недалеко.

Действительно, расстояние, что мы проехали с Ксенией на машине, можно было преодолеть за двадцать минут пешком.

Мы въехали в деревеньку. Поскольку это была деревенька, а не СНТ или коттеджный поселок, то здесь не было ни КПП, ни шлагбаумов, ни огораживающего территорию деревеньки забора.

Следуя указаниям Ксении, я проехал по раздолбанной дороге пару улиц и остановился, опять-таки следуя указаниям девушки, на пересечении улиц Широкая и Центральной. О том, что эти улицы именно так называются, говорил указатель, вбитый на перекрестке. Улица Широкая ни черта не была широкой, но и не очень узкой, метров десять-двенадцать от одного до другого забора, расположенных по обеим сторонам от дороги. Деревенька была старенькая, небогатая, и если дома и не были халупами, то уж избами были точно. Заборы здесь самые обычные – бюджетные, невысокие, деревянные, построенные еще при Царе Горохе. Хотя встречались и из евроштакетника, профлиста, и даже на ленточном фундаменте. Однако таковых было очень и очень мало. О том, что деревенька старенькая, свидетельствовала и буйная растительность, произраставшая за заборами, в виде высоких деревьев, пышно разросшихся плодовых кустарников и другой флоры.

Мы покинули машину, прошли мимо двух домов и остановились у третьего, огороженного невысоким деревянным забором из штакетника. За забором стоял одноэтажный сруб, крашенный коричневой краской. Невдалеке за деревьями сада просматривалась банька.

– Кажется, здесь живет Семен, – неуверенно проговорила Ксения, останавливаясь у калитки, по обеим сторонам от которой располагались лавочки. – Я всего-то была у Игнатьева один раз и то очень давно. Но все же, думаю, что мы пришли именно туда, куда следует.

Звонка видно не было, и Ксения крикнула:

– Хозяева! – Вернее, не крикнула, а пискнула, поскольку голос у девушки был негромкий.

Сомневаюсь, что ее голос достиг ушей хозяев, ибо через открытое настежь окно дома слышно было, как в глубине избы звучала музыка, перекричать которую Ксении вряд ли удалось. И действительно, на ее зов никто не откликнулся. Но у меня-то голос громкий. Отработанный перекрикивать стоящий на тренировках в спортивном зале гам. Иной раз так крикну, что пацаны уши зажимают. Я и гаркнул:

– Хозяева-а!!!

Ксения аж присела, до того громко позвать у меня получилось.

– Вам парадом командовать можно, – хмыкнула девушка.

– Да это я так, вполсилы, – изрек я насмешливо, поигрывая ключом-брелком от машины. – С утра еще не распелся.

Мои усилия по привлечению внимания хозяев дома к прибывшим визитерам не пропали даром. Музыка, правда, тише не стала, но дверь открылась, и на крыльцо под двускатным козырьком и со скамеечкой у перил вышла девица. Ей было лет тридцать. Высокая, белобрысая, с двумя короткими дурацкими косичками, свисающими по бокам головы. Кроме того, она была конопатая, курносая, с бескровными губами и заостренным подбородком. Кожа у нее была бледной, как у поганки. Несколько оживляли ее лишенное красок лицо подкрашенные тушью, наверняка белесые от природы ресницы и черные, будто намалеванные сажей, брови. На ней был красный в мелкий зеленый цветочек сарафан, довольно короткий, открывавший мосластые ноги. Обута она была в небесного цвета пушистые тапочки. На лице девицы застыло удивленно-вопросительное выражение, она явно недоумевала по поводу того, что за гости пришли. С таковым выражением лица она и спустилась по ступенькам крыльца и приблизилась к калитке.

Девица нам была нужна, поскольку требовалось, чтобы она ответила на несколько интересующих нас с Ксенией вопросов, и потому мы синхронно закивали, заулыбались и приветливо в один голос сказали:

– Здравствуйте!

Я замолчал, а Ксения продолжила:

– Вы Аня? Жена Семена?

Удивленно-вопросительное выражение не сходило с лица девицы.

– Здравствуйте, – сказала она, взявшись за калитку, которая доходила ей до груди. – Я Аня. А вы кто?

Леденева приятно улыбнулась.

– А я Ксения, сестра Ильи Леденева.

Наконец-то выражение лица хозяйки дома изменилось. Лицо посуровело и стало отрешенным.

– Я не думаю, что в этом доме вам будут рады, – сказала Анна, почти не разжимая губ.

– Кхм, – поперхнулась Ксения и изумленно воззрилась на свою визави. – Это почему же?

Девица неожиданно возбудилась. Флегматичности, которая присутствовала в ней до сего момента, – как не бывало.

– А потому, – сказала она зло, – что ваш брат пришел два дня назад в половине десятого к нам домой будучи в изрядном подпитии. Он попросил у нас машину, но Семен ему ее не дал, учитывая состояние, в котором пребывал Илья. Ваш брат пробыл у нас полчаса, потом ушел, незаметно прихватив ключ от нашей машины, которую мы не успели загнать во двор, а оставили на улице возле ворот. Короче, Илья угнал нашу машину, а поскольку был пьян, как и следовало ожидать, совершил аварию, разбив нашу машину и чужую. С места аварии он сбежал в неизвестном направлении. Приехавшие на место происшествия гаишники пробили по базе данных, кому принадлежит тачка, и приехали к нам домой. В общем, Семена обвиняют в совершении аварии и ему грозит суд. Кроме того, мы должны восстановить не только наш автомобиль, а еще и ту машину, которую разбил