Мы сотрем ваше прошлое - Анита Гамильтон

Едва Люси заглушила мотор, в нос ей даже через закрытые окна просочился резкий запах мазута, гнилого дерева и едва уловимый, но слишком хорошо знакомый металлический аромат свежей крови.

Она посмотрела на Блэйза, который подошел открыть ей дверь.

— Пожалуйста, скажите, что это кетчуп.

Глава 10. Техасская резня

Paramore — Misery Business

Блэйз вышел из Кадиллака, осмотрелся и сделал ей знак рукой. В глубине ангара, прямо у входа, уже угадывался силуэт самого Генри Сноу. Вид у миллионера был мрачнее тучи.

Люси глубоко вздохнула, настраиваясь на рабочий лад, и вышла из фургона. Подхватив свой верный розовый чемоданчик с реагентами, фонариком и перчатками, она уверенным шагом направилась к приоткрытым воротам ангара, мимо замершего на стреме амбала.

Генри ждал ее прямо у границы света и тени. На нем был идеально отглаженный серый костюм. Он молча кивнул Люси.

— Сразу предупреждаю, лав, — его низкий голос эхом разнесся под высокими сводами. — Ситуация нестандартная. Мои парни перехватили здесь группу, которая пыталась вскрыть один из наших транзитных грузов. Пришлось действовать жестко. Очень жестко.

— Мистер Сноу, я в этом бизнесе не первый год, — сказала Люси, шагая по битому стеклу. — Меня трудно удивить дырками в стенах и…

Она осеклась на полуслове, когда они обогнули выстроенную баррикадой стену из прогнивших деревянных ящиков. Ноги Люси приросли к бетонному полу, а пальцы так сильно сжали ручку чемодана, что побелели суставы.

Перед ней открылась центральная площадка склада, и это был самый настоящий лютый фарш.

Люси остановилась.

На бетоне лежали тела. Она машинально начала считать и сбилась после десятого. Один мужчина лежал лицом вниз, неестественно вывернув руку под спину. Другой привалился к металлической стойке, оставив за собой широкий темный след. Еще двоих Люси сначала вообще приняла за одну груду черной тактической экипировки.

Кровь была повсюду. Она собралась в швах между бетонными плитами, забрызгала ржавые балки и мелкими темными каплями дошла до погрузочных цепей под потолком. Под ногами среди гильз и битого стекла валялись обрывки ткани, перчатка и что-то небольшое, мясистое, на что Люси решила пока не смотреть.

Запах стоял тяжелый: железо, порох, сырой бетон и то сладковатое мясное тепло, которое она слишком хорошо знала по старым заказам.

Но такого количества крови она еще не видела.

— Генри…

Он даже не повернул головы.

— Да?

— Вы, кажется, слегка недооценили слово «уборка».

Генри повернулся к замершей Люси. На его лице не дрогнул ни один мускул.

— У Вас пять часов до того, как этот сектор начнут патрулировать портовые службы, — ледяным тоном произнес он, глядя на ее бледное лицо. — Справитесь, Люси? Или мне искать других людей?

Она сделала глубокий вдох через нос, чувствуя, как запах крови заполняет легкие, и резко выдохнула. Секундный шок прошел. На смену ему пришел холодный, чисто профессиональный расчет. Лю опустила взгляд на свои белоснежные кроссовки, едва не наступившие в расползающуюся по бетону багровую лужу, и сделала шаг назад.

Люси снова подняла взгляд на Генри. Бледность с ее лица еще не сошла, но в глазах уже горел упрямый, злой огонек.

— Других людей? — Люси усмехнулась, поправляя молнию своего розового комбинезона. — Ищите, Генри. Ищите. Вот только любой другой клинер, едва переступив этот порог, либо упадет в обморок, либо побежит сдавать вас ФБР, чтобы заработать программу защиты свидетелей. А те, кто согласятся, провозятся здесь до следующего вторника.

Она поставила свой чемоданчик на относительно чистый ящик и скрестила руки на груди, уверенно глядя снизу вверх на британца.

— То, что Вы здесь устроили, — это не просто «небольшая разборка». Это гуманитарная катастрофа локального масштаба. Здесь работы на целую роту химической защиты. Кровь уже ушла в поры бетона. Там, где она впиталась глубоко, верхний слой придется снимать. Все мягкое, что пропиталось насквозь, отправится на утилизацию.

Генри Сноу прищурился.

— Ближе к делу, Люси, — оборвал он. — Время идет. Ваша цена?

— Семьдесят тысяч, — отчеканила Люси. — Наличными. И тридцать из них — прямо сейчас, авансом, потому что мне нужно покрыть экстренный вызов парней и закупку спецхимии без моего любимого запаха лаванды.

Блэйз, стоявший чуть поодаль у ворот, едва заметно поперхнулся воздухом. Сумма была астрономической даже по меркам криминального Нью-Йорка.

— Пятьдесят, и мы забудем про то, что ваш дружок-детектив сегодня утром тыкал в лицо Блэйзу своим значком.

— Шестьдесят пять, Генри.

Он лишь поднял бровь.

— И ваши люди сами загрузят эти… мешки в мой фургон для утилизации, чтобы мои ребята не тратили время на погрузку, — Люси шагнула к нему ближе, проигнорировав его выпад про Стью. — И учтите, каждые пять минут вашего торга отнимают у меня время на проветривание. Часики тикают.

Сноу молчал около пяти секунд. Затем он едва заметно кивнул громиле. Тот послушно полез во внутренний карман пиджака за увесистой банковской пачкой.

— Шестьдесят пять, — согласился Сноу. — Деньги получите полностью через пять часов, когда я приеду принимать чистый бетон.

— Есть, сэр. — воскликнула Люси и тут же принялась набирать сообщение своим подрядчикам.

Первым пунктом было дождаться их и за это время проследить за уборкой тел ребятами Сноу. Ну и мелкий мусор в виде гильз, ножей, оторванных ушей и пальцев нужно убрать немедленно, это может испортить технику. Лю как всегда включила веселую музыку и принялась за разбор последствий вечеринки Генри.

Снаружи послышался гул старого мотора, и у ворот ангара, поднимая тучи пыли, резко затормозил потрепанный фургон и маленькая вакуумная машина. Из него с блестящими от предвкушения глазами вывалились Сэм и Марк, волоча за собой тяжелые шланги и канистры. Сэм работал в крематории. Марк держал магазин бытовой и садовой химии. Люси давно поняла, что дружить нужно с людьми полезных профессий.

Они ворвались в ангар бодро, на ходу затягивая лямки защитных полукомбинезонов. Марк, вечно жующий мятную жвачку, даже умудрялся что-то напевать под нос. Но стоило им обогнуть баррикаду из ящиков и выйти на центральную площадку, как оба парня замерли, словно наткнулись на невидимую стену.

Песня прервалась. Жвачка Марка со шлепком выпала изо рта прямо на грязный пол.

Сэм продержался секунд пять. Потом сорвал респиратор, согнулся и побежал за ближайшие ящики.

Его рвало так громко, что эхо прокатилось под крышей ангара.

Марк продержался на три секунды дольше. Он позеленел, его глаза округлились от ужаса, он перевел взгляд со свисающих с цепей ошметков на Люси, попытался что-то сказать, но лишь зажал рот ладонью и на негнущихся ногах поспешил вслед за напарником.

— Эй!