Взаперти - Юсси Адлер-Ольсен

направленная на палисадник, показывала, что вся та активность, которая была еще полчаса назад, теперь прекратилась. Проезжая часть была пуста, лужайка заброшена, лишь пара ворон прыгала вокруг, склевывая крошки от пирога. Без них мир вполне мог обойтись.

Он глубоко вздохнул и мысленно поблагодарил то время, что он прожил с этими людьми и в этом доме. Затем он вдавил большим пальцем кнопку на своем пульте дистанционного управления, который в то же мгновение привёл в действие взрывное устройство, имитирующее аварию из-за утечки газа. Конструкция крыши его дома взлетела вверх сквозь колоссальное море пламени, после чего раздался грохот, заставивший завыть автомобильные сигнализации по всему району.

Затем, он настроил свой GPS на аэропорт Амстердама и завел машину с дьявольской улыбкой.

Чувство было грустным, но в то же время приятным.

Он всё ещё оставался невидимой силой, стоящей за всем.

ГЛАВА 72

Суббота, 9 января 2021 года

БЕНТЕ

Когда она дозвонилась до Мортена Холланда, звучал ангельски нежно и располагающе. Этот простодушный, добрейшей души человек, который с помощью своего партнёра выходил Харди и помог ему встать на ноги, всегда был падок на похвалу и добрые слова. Бенте потратила несколько минут на то, чтобы излить на него и его партнёра безграничное восхищение. И только когда он совершенно размяк, растроганный до слёз, она вкрадчиво спросила, может ли она поговорить со своим старым коллегой, Харди Хеннингсеном. Ему ведь тоже стоит услышать, как счастливы все его прежние сослуживцы тому, что Харди смог вернуться к жизни.

— Ох, — выдохнул Мортен. Было слышно, как он с трудом сглотнул подступивший к горлу комок. — К сожалению, Харди здесь больше не живет.

Она постаралась изобразить на удивление громкое изумление.

— Но как же так? Как он справляется без вас? Его перевели в специализированное жилье?

В этот момент она уловила некоторую заминку со стороны этого обычно столь словоохотливого мужчины.

— А вы не могли бы спросить кого-нибудь другого? Харди строго-настрого запретил нам передавать эту информацию.

Мортен Холланд знал, где находится Харди. Бенте была готова ликовать во весь голос.

— Я так хорошо его понимаю. Вас, должно быть, одолевают журналисты и все подряд, кто хочет выведать его историю.

«Сейчас ты мне всё расскажешь, Мортен, — подумала она. — Иначе я приду и вырву это из тебя силой, а этого ты не переживешь».

— Да, звонков действительно много. Но я правда не могу сказать.

— Это потому, что прямо сейчас он находится вместе с Карлом в том самом красивом доме? — спросила она.

На этот раз на другом конце провода повисла абсолютная тишина, а затем послышались короткие гудки. Повесил трубку.

Ой-ой. Тут она поторопилась. «Сейчас он побежит докладывать Карлу, если, конечно, сможет до него достучаться. Проклятье», — подумала она. Неужели она испытывает больший стресс, чем сама от себя ожидает? Обычно она не допускала подобных промахов. Да практически никогда.

Она посидела пару мгновений, анализируя разговор. Нет никаких сомнений, что Мортен не станет звонить со своего мобильного. Его телефон гарантированно прослушивался в рамках охоты за Карлом Мёрком, как и телефоны всех остальных, кто имел близкие связи с беглым детективом.

Если она не ошибается, Мортен Холланд прямо сейчас рванет к кому-нибудь из соседей и наберет Карла с их аппарата. А Карл скажет, что это чертовски странно — откуда Бенте Хансен знает про дом, и велит Мортену не высовываться, пока он сам не перезвонит.

Но о чём подумает сам Карл? Скорее всего, решит, что её подключили к общей полицейской облаве и что за этим наверняка стоит Маркус Якобсен. То есть вряд ли у него возникнет прямое подозрение в её адрес. А затем его острый ум очень быстро сообразит, почему она назвала его убежище «красивым домом». Он раздосадуется, что лепнина на потолке гостиной попала в кадр его видеороликов, но на этом всё. Подобной лепнины полно по всему старому Копенгагену.

После этого она перевернула всё, что смогла раскопать о нынешней и прошлой жизни Харди Хеннингсена, и пришла к выводу, что Харди был человеком с крайне узким кругом общения.

Поэтому вопрос снова становился ключевым: где Харди?

Тут же экран её мобильного засветился, и на дисплее отобразился номер Терье Плоуга.

«Слава Богу, а вот и тот, кто сможет помочь», — подумала она и ответила на звонок той же легкой, непринужденной интонацией, которую использовала в разговоре с Мортеном.

— Как здорово, что ты звонишь, Терье. Есть продвижение на твоем участке?

— Привет, Бенте. Да, мы с Гордоном совместными усилиями завершили допрос Йесса Лассена, и он дал плоды. Думаю, мы сможем выбить для него хорошую сделку со следствием. Гордон вчера показал ему фотографию из паспорта Густаафа Мюлдера, и тот явно его узнал. Именно Мюлдер сидел за рулем машины и убил Адама Банга.

Бенте нахмурилась. «Знает ли Йесс Лассен что-нибудь обо мне?» — промелькнуло у неё в голове.

— Ого, отличная работа. Но откуда он это знал?

— Потому что Йесса угрозами заставили отдать ключи от машины Густаафу Мюлдеру. Это случилось на следующий день после того, как его напарник прикончил Ханнеса Тейса, пока Мюлдер его удерживал. И Йесс...

— Погоди, Терье, дай мне уловить суть. А почему Ханнес Тейс должен был умереть? — спросила она, словно и так не знала ответа.

— Они поссорились, потому что Тейс хотел прекратить сотрудничество по контрабандным перевозкам фирмы в Голландию. Так что с ним расправились без лишних разговоров. Но Йесс всё это слышал — я как раз собирался упомянуть об этом. Он был напуган до смерти и прекрасно понимал, что с этими двумя парнями шутки плохи. Поэтому он и отдал им ключи от парковки „DKNL“ и от машины. Он не осмелился пойти в полицию, так как чувствовал себя соучастником — не только из-за ключей, но и потому, что долгое время работал на эту организацию: упаковывал мебель для отправки в Голландию, а затем распаковывал дефектную мебель, которая возвращалась обратно с наркотиками. Вместо этого он доверился адвокату, когда его задержали.

— Кристиану Мандрупу? — Она приложила все усилия, чтобы прозвучать удивленно. — Ну, тогда кусочки мозаики начинают складываться, верно?

Терье рассмеялся. Так он смеялся всегда, когда сам считал себя чертовски крутым парнем.

— Вообще-то я звоню совсем по другому поводу, — продолжил Терье. — Что вы нашли на спутниковом телефоне? У нас есть понимание по поводу