Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

Она захохотала.

— Давай без этих песен. Я уже большая.

— Это да, времени у нас все меньше, — пробормотал он. — Спрашиваю еще раз. Это в наших общих интересах. И мне не верится, что ты не боишься за свою пятую точку.

— Долгие годы тебе было наплевать, кто это, а теперь вдруг… Что тебе с этого? Сейчас, когда даже меня это перестало интересовать?

— Тебя должно, — поправил он ее. — Фамилия человека, который после побега Иовиты угнал мою машину и разбил ее под Цехановом. Отломанное зеркало, сигнал в полицию о нарушителе на дороге. Я из-под земли его откопаю и повешу на первом же суку.

— Смотрите, какой, мать твою, рыцарь, — глумилась она. — Почему именно сейчас?

— У меня огонь возле самой задницы, — пояснил он. — Я должен отразить атаку. Это срочно.

Она пожала плечами.

— Даю слово: это не я, — заявил Петр уже более спокойно.

— Не ты что?

— Йовита была мне не чужая. Я помогал ей. Бескорыстно.

— Лучше бы ее отымела войсковая часть. Может, ее матери было бы куда на могилку прийти.

— Меня там не было. Но иногда мне кажется, что это ты могла ей помочь. Вы так неожиданно исчезли с тем парнишей. Странно, что это только сейчас пришло мне в голову.

— Конечно, — возмутилась Мажена. — Я ж сижу за убийство, можно мне еще пару голов приписать. Какая разница. Тем более что Йовита была младше меня и смазливее.

Мажена прервалась. Собеседник мог подумать, что она завидует подруге.

— Ты завидовала? — Он был искренне удивлен. — Чему? Групповому изнасилованию?

— Сейчас это уже не имеет значения. У мужиков всегда есть объективные поводы послушать женщину и сделать наоборот. Поздновато до меня это дошло, но, по крайней мере, глупых надежд я уже не питаю.

В очередной раз, как и много лет назад, Петр удивился, что Мажена едва закончила начальную школу. Где-то он читал, что в тюрьме она отучилась до 10 класса. Мысли она сейчас выражала более изысканно, чем раньше. Может, много читает? Надо признаться, что теперь она даже не казалась ему такой уж уродливой.

— Ничего бы не получилось, — сказал он. — У нас с тобой была только игра.

— Я поверила тебе, — бросила она.

Это прозвучало как фрагмент сцены ревности, но ей было наплевать.

— Я ценю.

— Кем, в таком случае, я для тебя была? — прошептала Оса и сразу пожалела о произнесенных словах, потому что он, не задумываясь, ответил:

— Никем.

Она сжала губы. Да, это онкология. Теперь она была уверена. Потому она так худеет и не может спать. «Прострелы» практически не прекращаются. Но гнев служит хорошую службу. Он заливал ее горло, глаза, обезболил судорожные боли в стопе. На какое-то время исчезла ломота в позвоночнике.

— Никем? — переспросила она. — А я так рисковала.

— Но ведь не ради меня, — улыбнулся он. — Ради себя. Мы оба сделали это ради себя. Ты использовала ее, а я тебя. Извини.

— Ты не найдешь его. — Мажена сложила руки на груди. Она была разъярена, но пыталась скрыть это любой ценой. — Он не признается. Не исключено, что и сам уже покойник.

— Тем лучше было бы для него, — заявил Петр. — Спалил дело образцово. Как и все твои парни. Не знаю, как можно не попасть с такого расстояния. Странно, что он тебя до сих пор не прижал. А может, так и должно было быть?

На его лице расцвела улыбка всезнающего. Мажена почувствовала беспокойство.

— Все должно было быть не так, — заверила она. — Я была молодая, глупая. И хотела быть с тобой.

— С моими деньгами.

— Разумеется, и с ними тоже.

— Значит, в наших общих интересах посадить клиента. Иначе я выдам тебя как причастную к Ларисе и Йовите. Мало не покажется. Я-то уже одной ногой в могиле.

— А почему ты так уверен, что я не собираюсь сделать то же самое? И что я тоже одной ногой не там, где ты.

— Я в этом уверен, Маженка. Более чем уверен.

Она взглянула на него с уважением. Из них могла бы получиться такая прекрасная пара. Как Бонни и Клайд. Они могли бы стать улучшенной версией последних. Неуловимые, безнаказанные. Если бы он не изменил ей с Йовитой, ее красивой и глупой подругой. Дважды не прав тот, кто сказал, что для мужиков важен внутренний мир или характер. Бред сивой кобылы. Упаковка и аксессуары намного важнее содержимого. Если бы у нее были деньги и теперешний ум, она никогда бы сюда не попала. Мажена ощутила прилив сил, готовность еще побороться. Опять появилась надежда. К ней неожиданно прибыл банкомат. Достаточно было только узнать пин-код и вставить карту.

— Я знаю, что это неправда, что тебе уже невозможно ухудшить жизнь, — тем временем продолжал Петр. Он не удивил ее. Это была ее единственная слабая сторона. — У тебя есть дети. Патрик, Агнешка и Роберт, если не ошибаюсь.

Она слушала вполуха и уже решила для себя, что входит в дело. В игре только ставка за моральный ущерб. Может, есть шанс на лечение. Или маленькую квартирку где-нибудь на окраине, когда лет через тридцать ее выпустят, потому что она все-таки рассчитывала на то, что не останется здесь навсегда. Навсегда не бывает. Опора. Надо только встать на твердую почву. Только и всего.

Петр написал что-то на листке. Мажена отметила возрастные пятна на его руках и суставы, пораженные артритом. От былой привлекательности почти ничего не осталось. Только тот же голос и змеиные глаза. Все время настороженные. Ясно было, что он не даст себя обвести вокруг пальца.

— Адвокат и гонорар. Будешь торговаться?

Мажена покачала головой.

— Скажем, тридцать. — Это только первая часть. Они оба это понимали. Ей нельзя было перегибать в требованиях. Пусть у него проснется аппетит. — Половина мне, половина детям.

Мелкими купюрами.

— Идет, — вздохнул он.

Она задумалась.

— Информация не тайная, — пояснила она. — Ты знал. Достаточно было лишь чуть напрячься. Это был сосед того архивариуса из института национальной памяти.

— Кудлатого с Виолиновой?

— Волосатого, — поправила она.

Оба засмеялись. Петр посерьезнел первым.

— Того, что семь лет не был с женщиной?

— Того, что никогда не был с женщиной. Был такой голодный, что захотел даже меня. Представь себе, — заявила Мажена с издевкой. — Пришлось порядком с ним покататься по всей Польше. Мы сканировали материалы, а после работы неплохо отдыхали. Он был не так уж и ужасен. Если бы не ты, я, может, и вышла бы за него замуж. Это у него ты взял документы о тех своих военных историях.

— Ты читала?

— Нет. Их было слишком