Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

из них и вовсе состояли в родстве с соседями – и спали с незапертыми дверями. Горожане насмехались над ними как над тугодумами и простаками, но им была свойственна простодушная, бесхитростная чувствительность («Яблоко от дерева далеко не падает», – гласила ходившая в тех местах поговорка), порожденная недоверием к показному, притворному или хитрому. В свою очередь сами они считали горожан из Троя и других мест самоуверенными пустомелями.

Бабушка и дедушка Хейзел по материнской линии, Чарльз Уильям и Мэри Энн Толе (их фамилия со временем превратилась в англизированное написание Тейлор), были людьми крепкими и работящими. Согласно семейным преданиям, у Чарльза Тейлора, родом из Ганновера, Германия, не было ничего, кроме топора, когда он женился на Мэри Энн Лапп около 1850 года, но они были полны решимости построить жизнь для себя и своих одиннадцати детей, из которых мать Хейзел, Джулия, была седьмой. Тейлоры жили и работали на ферме в Берлине, штат Нью-Йорк. Жизнь была трудная и стала еще трудней, когда в 1863 году Чарльза призвали воевать в армию Союза. Когда их ферма в Берлине сгорела дотла, они начали все сначала и в конечном счете перебрались чуть западнее, в соседний Поэстенкилл, где продолжили заниматься сельским хозяйством. Чарльз служил там дорожным комиссаром, пока не порезал руку при строительстве моста и не умер от заражения крови в возрасте пятидесяти одного года.

Меньше известно о прошлом бродяги Джона Дрю, хотя, по общему мнению, он был неисправимым жуликом и непоседой, который любил выпивку и не мог найти постоянной работы. Отец Хейзел так и не научился читать или писать. Из Вермонта его потянуло на юг, и в итоге он нашел работу на ферме Барбера в Поэстенкилле, где познакомился с Джулией, чья семья жила неподалеку на Блу-Фэйшн-роуд.

Джон и Джулия поженились в 1885 году, и у них было семеро детей, хотя только пятеро пережили раннее детство: Джозефу, старшему, в 1908 году исполнился двадцать один год; за ним последовали Хейзел, Кэрри (четырнадцать), Уильям, или Вилли (одиннадцать), и Эмма (девять).

Из-за неспособности Джона Дрю удержаться на одной работе семья Дрю вынужденно переезжала с места на место. К 1900 году Дрю перебрались из Поэстенкилла в городок Сэнд-Лейк, расположенный примерно в восьми километрах южнее, но пробыли там недолго и уже на следующий год переехали в Трой, где Джон Дрю устроился чернорабочим. С 1905 по 1906 год семья снова жила в Сэнд-Лейке и работала на ферме Уильяма Тейлора, старшего брата Джулии, но в 1906 году, после жаркого спора между Тейлором и Джоном, возвратилась в Трой.

Хейзел в Сэнд-Лейк не вернулась: в 1902 году, в нежном возрасте четырнадцати лет, она получила работу домашней прислуги в одном богатом доме на Третьей улице в Южном Трое. Дом этот принадлежал Томасу У. Хислопу, видному члену Республиканской партии и городскому казначею Троя.

Как бедной деревенской девушке из тихого городка Поэстенкилл удалось поступить в услужение к одному из самых влиятельных людей Троя? Это остается одной из тех загадок жизни Хейзел, на которые до сих пор нет ответа.

* * *

На рубеже двадцатого века Трой, расположенный в двухстах сорока километрах к северу от Нью-Йорка и в тринадцати километрах к северу от Олбани, на восточном берегу реки Гудзон, был одним из самых богатых и культурно развитых городов в стране. Во времена Второй промышленной революции, продолжавшейся примерно с 1870 по 1914 год, экономика США процветала, и Трой был экономическим гигантом, стоящим на металлах и текстиле.

В начале девятнадцатого века Трой шел и в авангарде прогрессивного образования. В 1821 году Эмма Уиллард, жена врача, открыла школу-интернат, первоначально называвшуюся Женской семинарией Троя, но семьдесят четыре года спустя переименованную в честь ее основательницы. Это была одна из первых в стране школ, где обучались одни лишь женщины. Три года спустя Стивен ван Ренсселер, потомок основателя округа Ренсселер, объединился с ученым Амосом Итоном, чтобы основать Политехнический институт Ренсселера, первый университет в англоязычном мире, посвященный инженерному делу. Располагалось это учебное заведение в здании бывшего Фермерского банка на северо-западном углу Мидлбург и Ривер-стрит.

В 1827 году домохозяйка из Троя Ханна Лорд Монтегю, вышедшая замуж за местного сапожника по имени Орландо, привередливого модника, устала стирать рубашки снова и снова, когда те едва запачкались по краям. Она придумала новое решение: почему бы просто не отрезать воротнички и манжеты, чтобы их можно было постирать и накрахмалить отдельно, а затем прикрепить лентой или пуговицами? Так родилась индустрия съемных воротников и манжет. К началу двадцатого века Трой, где обосновалось двадцать шесть производителей воротничков и манжет, на которых работали тысячи женщин (иногда можно было услышать, как они во время работы напевали такие мелодии, как «Закутан в красную фланель»), заслужил новое прозвище «Город воротничков». «Клуэтт, Пибоди и компания», титан отрасли и производитель всемирно известных рубашек «Эрроу», выпустила более четырехсот вариантов съемных воротников. В 1905 году художник по имени Джозеф К. Лейендекер, нанятый Клуэттом, создал «Эрроу Мэн», универсальный символ городской утонченности в серии рекламных объявлений, которые появлялись на стендах, автобусах и трамваях.

К тому времени, когда в 1902 году Хейзел Дрю отправилась в самостоятельное плавание, Трой был шумным, кипучим городом, переживавшим самый большой демографический бум в своей истории: более семидесяти тысяч человек были втиснуты на площадь около двадцати семи квадратных километров. Шикарные особняки из бурого песчаника выстроились вдоль Пятой авеню – «Улицы Тиффани», как еще ее называли. Парк Вашингтона, частное зеленое пространство, был окружен особняками, возведенными в тот золотой век.

Десятки предприятий теснились на центральных городских улицах, вымощенных булыжником, желтым и красным кирпичом и большими плитами гранита, известными как бельгийские блоки. Множество универмагов выстроились вдоль тротуаров, демонстрируя свои товары в зеркальных витринах.

Одним из старейших был «Квакенбуш-и-Компани», открывшийся в 1824 году. Самым известным считался «Фрирс Трой Кэш Базар», названный в честь владельца Уильяма Х. Фрира, чей девиз, написанный 3 марта 1865 года на бронзовой табличке, гласил: «Одна цена и никаких отклонений. Гарантируем полное удовлетворение или возвращаем деньги с улыбкой». Покупатели входили в магазин «Фрирс» через три арочных мраморных входа, ведущих к двухэтажной аркаде внизу и четырехэтажному атриуму, увенчанному огромным, залитым солнцем куполом.

По выходным на тротуарах в центре Троя толпилось так много людей – как местных, так и приезжих, – что пешеходам приходилось прокладывать себе путь по улицам, старательно избегая трамваев, конных экипажей и только-только начавших тогда появляться автомобилей.

Временами какофония оглушала: пламенные социалисты проповедовали на углах улиц, перекрикивая грохот паровых локомотивов, проходивших