След у черной воды - Андрей Анатольевич Посняков

Па-па па-ра-па-па!

— Мама, а ты чего в рабочем-то? — Накладывая в блюдце варенье, девушка вдруг обратила внимание на то, что мать нынче одета как на работу — в строгое темно-серое платье.

— Так отчет сдавать, — усмехнулась матушка. — Танечка-то, новая наша бухгалтер, одна не справится.

— А-а-а… И надолго ты?

— Да уж, верно, до обеда провозимся.

— Тогда я пока по хозяйству… На обед что будем?

— Так, доча, борщ вчерашний есть!

— Борщ борщом! А второе? Салатик? Все, что нужно, приготовлю.

— И за хлебом не забудь, сходи. Денег оставить?

— Не надо, есть.

…В хлебный отдел, что располагался на первом этаже в Доме крестьянина, Женька сходила пешком, по козьей тропке. Белого уже не было, остался лишь черный, ржаной, по шестнадцать копеек. Такой и нужен был. Очереди особо не наблюдалось, так, человек десять, из них трое мальчишек стояли за шоколадками.

Шоколадку и Колесникова тоже купила, не удержалась — за восемьдесят копеек «Аленку». Еще теперь нужно было что-то для салата. Редиска дома была, лук тоже. Огурец бы… если есть в овощном.

Овощной ларек располагался сразу за автостанцией, на горке, перед стадионом. Кроме сезонных и тепличных овощей в нем еще продавали такие же сезонные фрукты (в основном яблоки) и иногда — бутылочное пиво. Судя по количеству мужчин в очереди, сегодня как раз и выпал один из таких редких дней.

— По три бутылки в руки! — честно предупредил только что отошедший от ларька счастливчик в рабочей куртке и трениках. — «Жигулевское»! Тридцать семь копеек. Свеженькое!

— А огурцы есть, не знаете?

— Нет, про огурцы не знаю.

Ну да, только пива Женьке и не хватало! А впрочем, почему бы и нет? «Жигулевское» — очень даже вкусное. Дома в холодильник поставить… Как раз и отец к вечеру из командировки вернется.

Народу, правда, многовато. А с другой стороны — почти все одни мужики! Эти точно не за овощами, на развес ничего не будут брать. Только пиво, а это быстро.

— Мужички, кто последний?

— За мной будешь, красавица!

Полный дядечка в клетчатой рубахе, завязанной узлом поверх выцветшей голубой майки, приподнял шляпу и улыбнулся. Оглянулись и стоявшие впереди парни в спортивных костюмах и кедах. Один — кудрявый — вдруг показался девушке смутно знакомым…

Господи, да ведь это…

Ну, тот самый парень, что сидел за соседним столиком в заводской столовой! Да пол-очереди — точно с завода. Вернее сказать, с базы отдыха. База…

Евгения, конечно, пообещала Эле во всем разобраться. Пообещала так, сгоряча, и теперь совершенно не представляла себе, что делать. Вот ведь язык! Да и вообще, Женька с детства не умела людям отказывать, стеснялась. Обычно на свою голову! Вот как сейчас. Казалось бы, ну что стоило отказать? Они с Эльвирой ведь даже не подруги и подругами никогда не были, просто знакомые. С другой стороны, не хотелось обижать… Эле ведь и так тяжело, раз уж у нее были с погибшим отношения. Наверное, правильно, что не отказала.

— Девушка! А вы, случайно, не с Металлического завода?

Вот и парни…

— С Металлического.

Да, правильно. Но что же теперь делать-то? С чего начать?

— А, случайно, не из десятого цеха?

— Из юротдела. На практике.

— То-то я и смотрю: где-то видел!

Вот именно — с чего? Ведь по факту гибели этого парня проводилась вполне официальная проверка. Были привлечены сотрудники милиции, участковый вынес «отказной» — постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления, прокурор подписал, не нашел, к чему придраться. Значит, материал был отработан добросовестно. Да и чего бы подозревать сотрудников милиции в предвзятости? Однако ж…

— Девушка, а вам Эдуард Хиль нравится? Ну, это — «Ходит песенка по кругу…»

— Не знаю…

Однако же участковый мог и ошибиться, чего-то не заметить, просмотреть — все мы люди. Катя сказала, Сорокин проверку проводил… Сорокин. Вася, кажется. Да, Вася… Спросить у него?

— А Иосиф Кобзон? А, девушка?

— Мне «Битлы» больше нравятся!

— О-о! Сразу видно: интеллигенция! Юротдел!

Спросить… А что скажет? И главное, что спросить? Типа, эй, парень, ты там, часом, не недосмотрел, а? Так, что ли? И куда потом участковый ее пошлет? Тем более Сорокина Женя не очень-то хорошо и знала.

Парни замолкли: подошла их очередь. Загрузили в авоськи бутылки — довольные!

— Девушка, а вас как зовут? Извините, что раньше не спросили — стеснялись!

Стеснительные какие…

И все-таки начать надо с милиции. Женька пока никто, в прокуратуре ей материал из архива не выдадут. С этой стороны — глухо, тут и думать нечего. А вот в милиции…

Жалко, с Максом так вышло. Нехорошо расстались, да… Да уж, язык!

— Так как-как, говорите?

— Евгения!

— Евгения, а поедемте с нами на базу! У нас тут и мотоцикл. «Иж-Юпитер», с коляской. Надежная машина!

— Только старая, — хмыкнула Колесникова. — Ладно, парни… Моя очередь! Мне, пожалуйста, три бутылочки пива. И два огурца. Вижу, есть у вас.

Обедали дома с мамой. К тому времени Женечка уже успела прополоть в огороде грядки, приготовить салат и поджарить вчерашние столовские котлетки. Пива не пили — это с отцом. Вечером.

А пока…

— Ты куда уже намылилась, доча? Баньку бы с тобой истопили, намылись. Погода-то нынче не жаркая.

— И хорошо, что не жаркая. Мама, я к Катьке ненадолго. Надо кое-что спросить.

— Знаю я ваше «ненадолго»… Как языками-то сцепитесь!

— Чес-слово, к четырем буду как штык! И сразу в баньку… А папа во сколько обещался?

— К восьми.

Повезло. Дорожкины не ушли в гости, были дома. Точнее сказать — рядом, на улице. Катерина в подогнутых трениках и старой застиранной майке возилась с грядками, Игорь же мастерил парник. Их дочь спала рядом, в коляске.

Дорожкины проживали в двухкомнатной квартире, располагавшейся на первом этаже деревянного двухэтажного дома на Советской улице, в самом центре Озерска. Деревянные двухэтажные домики, выкрашенные во все цвета радуги, вытянулись целой линией по четной стороне улицы от столовой почти до главной площади. При каждом доме имелись огород и палисадник, окруженный невысоким штакетником. А к дому Дорожкиных даже была подведена вода, чем Катя очень гордилась!

— О, какие люди! — Участковый заметил Женечку первым. — В гости? Хорошо, не на мотороллере. Сейчас винца!

— Парник сначала! — обернулась Катя. — А уж потом можно и винца. Вчера в «Заре» две бутылки «Алиготе» купили. Хорошее.

«Зарей» назывался винно-водочный магазин, располагавшийся неподалеку от стадиона. В Озерске все было недалеко.

— Женя, ты