В поисках Сары - Дэниел Сверен-Бекер

Я нашла свою дочь и спросила, правда ли это. Оказалось, они только что подписали контракт. И тут же кто-то сунул мне в лицо планшет с документами и попросил подписать соглашение. Они снимали наш разговор!

Кейси Хоторн (продюсер): Джанет попросила меня прекратить съемку, когда ее мать ворвалась с криками в комнату. Мне, понятно, не хотелось этого делать. Был хороший контент. Но затевать битву в первый же день не стоило.

Зейн Келли (оператор): Кейси жестом велела мне выключить камеру. Но есть разные уровни «отключения». Мы использовали обычный трюк – направить камеры на пол и делать вид, что мы больше не записываем. Люди обычно расслабляются, когда видят это.

Кейси Хоторн (продюсер): Мы знали, что звук у нас все равно будет. Иногда подача важного разговора на черном экране может быть куда драматичнее.

Алексис Ли (ассистирующий продюсер): Уверена, Кейси назовет это серой зоной. Это не так. Это просто неправильно.

Беверли Гири (бабушка): Я сказала Джанет правду. Они заключили постыдную сделку. Наша бедная Сара пропала, а они получают деньги и делают телепередачи? Я не собиралась с этим мириться. Я ничего не могла поделать, но я не мирилась с этим.

Дэйв Парселл (отец): Думаю, это был самый напряженный момент в плане согласия Джанет. Стресс от подписания контракта, чужие люди в доме, а теперь еще и ее мать со всеми ее обвинениями… Джанет была готова остановить все это. Я отвел ее в сторону. Напомнил, что мы были к этому готовы. Что мы знали – будет ужасно, неприятно, тяжело, но если это поможет найти Сару, то оно того стоит. Я напомнил ей, какой сильной была Сара. Сказал, что и мы должны быть сильными ради нее и вынести всю критику, неважно, от кого она исходит. Мне удалось отговорить Джанет от крайних мер.

Джанет Парселл (мать): Конечно, я помню тот разговор. Подумайте, что сделал этот человек. Подумайте, в каком состоянии я была – моя дочь пропала… Бог знает, что она переживает, жива ли она вообще. Меня физически тошнило от одной мысли об этом. И теперь все это обрушивается на нас, моя мать кричит на меня, и что делает Дэйв? Он произносит мотивирующую речь. Речь в раздевалке. Зная то, что он знал тогда. Да пусть сгниет в аду за это!

Беверли Гири (бабушка): Она выбрала сторону Дэйва, а не мою. Мы всегда знаем, что наши дети вырастут и найдут себе пару и партнер будет для них на первом месте. Это естественно, но все равно, когда такое случается, это ужасный удар. Я помню, как в первый раз поддержала Херба против своей матери, царствие ей небесное. Я сказала ей, что мы собираемся жить вместе до свадьбы. Она плакала и плакала, не разговаривала со мной целый месяц. Так что я не удивилась, что Джанет пошла на поводу у Дэйва. Что я могла сказать потом? Я же тебе говорила? Поверьте, я так и сказала.

Кейси Хоторн (продюсер): Дэйв поговорил с Джанет, успокоил ее, и мы снова были в игре. Примерно минут на десять.

Дмитрий Руссо (патрульный): Когда съемочную группу впустили в дом, я позвонил детективу Кальдерону. Судя по голосу, он был не слишком этим доволен.

Кейси Хоторн (продюсер): Мы только начали снова входить в ритм, как вдруг, едва ли не срывая дверь, в дом врывается Феликс. Я была наверху, но все слышала и поняла, что он готов взорваться. И это еще до того, как он узнал, что я там! Извините, что смеюсь. Знаю, в той ситуации нет ничего смешного. Но видеть Феликса таким взволнованным… я ничего не могу с собой поделать.

Феликс Кальдерон (детектив): Один из моих парней позвонил мне в участок. Предупредил. Я помчался туда. Думаю, к тому моменту уже было ясно, что происходит, и они даже не пытались это скрывать: Парселлы согласились сниматься в реалити-шоу. Только через мой труп, подумал я. Вошел и попытался закрыть всю эту лавочку. Первым делом я увидел Дэйва и Джанет. И какого-то оператора, который ходил за ними по пятам. Я им ясно дал понять: «Вы с ума сошли? Все это не поможет найти Сару. Более того, если они действительно покажут это по телевизору, то могут спровоцировать того, кто ее похитил». Мол, им следует довериться мне и моему отделу и позволить нам делать свою работу. Съемки этого шоу в конечном итоге только навредят Саре. В тот момент я не знал точно, как именно. Но в конечном итоге так оно и вышло.

Джанет Парселл (мать): Я набросилась на детектива Кальдерона. Выплеснула на него все. Конечно, я не была большой защитницей шоу, но критика от него, именно от него, задела за живое. Как он смеет указывать нам, как себя вести, когда все, чего мы хотим, – это найти нашу дочь? Нам все равно, кто это сделает или как это будет сделано. И чего он вообще добился? Прошло три дня, а у них ничего, ни одной зацепки! Ничего! Идиот-водитель водил его за нос. Он мог бросить Сару в придорожной канаве, а мистер Блестящий Детектив так до этого и не додумался. И этот самый человек сказал нам в первую ночь, что Сара вернется домой до утра. Глядя с высоты сегодняшнего дня, я думаю, что мне просто нужно было сорвать на ком-то злость. Ее во мне было столько… И я, наверное, продолжала бы, но в комнату вошла Кейси.

Феликс Кальдерон (детектив): Что я подумал, когда увидел Кейси?.. Ну где-то полсекунды я был рад. Еще успел подумать, какое неподходящее место для встречи с тобой – с коммивояжером, продающей медицинское оборудование, с женщиной, с которой я переспал, когда она проезжала через наш город…

А потом меня осенило. Я все сложил в голове и подумал: «Да ты, на хрен, должно быть, шутишь». А еще я почувствовал себя самым большим ослом в целом мире.

А что еще тут можно было думать?

Кейси Хоторн (продюсер): Я поздоровалась. Спросила, не может ли он минутку поговорить со мной на улице. А он просто смотрел на меня с таким презрением… И с таким укором… Мне это не понравилось. У меня ничего такого и в мыслях не было – навредить ему, причинить неприятности… Прошла, должно быть, вечность, прежде чем он смог сказать: «Как ты могла?»

Дэйв Парселл (отец): Странный вопрос. И то, как он это сказал Кейси… вот тогда я начал подозревать неладное.

Кейси Хоторн