Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

Это была чистая правда. Рок был в отличной форме и вполне мог бы стать победителем.

— К сожалению, полиции тут ничего не растолкуешь, пока они сами до всего не дойдут, — продолжал Тинер. — Дело такое, что им самим невыгодно его затягивать, к тому же они уже знают, что все случилось до того, как вы говорили с Авой. Будем надеяться, что найдется еще какой-нибудь свидетель. А пока можно и самим кое-что попытаться выяснить, и, если дело дойдет до суда, у нас будет что сказать в твою защиту. Вот тут можно положиться на Тесс.

— Это оставим на крайний случай. Я уверена, что мое вмешательство сейчас только повредит. Зачем мне вмешиваться?

— Ты работала на меня. Ты ведь знаешь не меньше, а может быть и больше, чем я, благодаря своему «расследованию». Эти сведения необходимо будет предоставить полиции, если возникнет такая необходимость, или моему адвокату. Я хотя бы смогу доказать им, что ты стала следить за Авой с первого сентября. Это может кое-что прояснить.

— Я не частный детектив. Я всего лишь занималась не своим делом, и мои свидетельства могут ничего не значить.

— Но ты же не можешь признать, что ты ничего не добилась, Тесс, — возразил Тинер с усмешкой. — И не такой уж непрофессиональной была твоя работа, не всякий сумел бы столько всего выяснить, не говоря уже о том, что не всякий вообще взялся бы за это дело. Самое главное теперь — это время, оно все может расставить по своим местам.

Время. Тесс почему-то вспомнились растекающиеся, тающие часы Сальвадора Дали. Действительно ли Рок находился в кабинете адвоката в десять вечера, как сообщил полиции охранник? А что, если он был там в пять минут одиннадцатого или без четверти десять? Охранник мог быть просто бестолковым дураком, который перепутал время. Кто еще был в офисе, кто выходил и входил в это время? Тесс необходимо опросить всех возможных свидетелей: охранников, дежурных, уборщиков. Чем больше будут расходиться их показания, тем лучше. А лучше всего — чтобы между ними вообще не было ничего общего.

— Время, — снова заговорил Тинер, — может, у тебя все-таки были часы. Вспомни, который был час, когда ты там находился? Конечно, никто никогда не замечает точно ни минуты, ни секунды, запоминают только приблизительно. Как там обычно спрашивают детективы? Не было ли чего-нибудь необычного? Может, ты кого-нибудь встретил, никто не прятался и не крался мимо в то время? Ты выходил за дверь, чтобы покурить или подышать воздухом? Надо все припомнить, каждый шаг, как в пьесе. Ты — главный герой, посмотри на себя со стороны. Что ты делал и когда… Тесс, ты профессиональный репортер, ты должна все это записать. — Он протянул ей блокнот и ручку.

Рок все время, пока Тинер говорил, смотрел на коврик на полу, но затем послушно стал рассказывать всю историю с самого начала. Ава позвонила ему в половине девятого вечера. В этом можно удостовериться, поскольку время фиксируется и на его, и на ее телефонах. Тесс и сама знала об этом. По телефону Ава ничего не стала рассказывать, только попросила его ждать, пока она не приедет к нему домой.

— Отключи телефон, милый, — попросила она, — не говори ни с кем, пока я не приеду.

«Хитро придумала, ничего не скажешь, — подумала Тесс, — это от меня она просила его заблокировать номер в первую очередь».

Она приехала к девяти вечера. Ава рассказала Року, как Абрамович заставлял ее спать с ним, угрожая ей тем, что она потеряет работу и не сможет устроиться по специальности ни в одну компанию в Балтиморе. Она справедливо полагала, что тот, кто успешно защищал насильников и убийц, уж скорее всего сможет защитить самого себя от обвинений в сексуальных домогательствах, если бы она решилась подать на него в суд. Кроме того, он посулил ей самую блестящую карьеру. Ну а дальше, по ее словам, она все время жила на грани нервного срыва, но держалась до тех пор, пока «эта женщина» не принялась ее шантажировать.

— Чушь! — с возмущением воскликнула Тесс.

— Я тоже этому не поверил, — отозвался Рок. — Думаю, Ава просто неправильно истолковала твои намерения. — Он до сих пор сомневался в том, что Ава могла быть виновна в случившемся, и Тесс это совсем не нравилось. Это означало, что он все еще находился под влиянием своей подруги и вполне мог попасться на любую ее лживую уловку.

— Потом она заснула, — продолжал Рок, — а я все гладил ее волосы и думал о том, что Абрамович тоже прикасался к ним, и это приводило меня в бешенство. Так что, в конце концов, я сел на велосипед и погнал к зданию компании.

— А откуда ты знал, где он находился? — спросил Тинер.

— Я не знал. Ава сказала мне, что он обычно задерживался там допоздна. Вот я и подумал, что и в тот вечер он должен был остаться на работе. Но его офис находился на самом верху небоскреба. Он сидел в своем кабинете и смотрел футбол, и я еще больше взбесился от того, что этот мерзавец спокойно себе пялился в ящик, когда Ава из-за него так страдала. И тогда я ему сказал… Я сказал все, что я о нем думал, я говорил ему о том, что сильно испорчу ему жизнь, и что во всех газетах напечатают о том, как он злоупотребляет своим служебным положением, но он только рассмеялся.

— Он смеялся над тобой? — спросила Тесс. — Он подумал, что ты шутишь?

Рок задумался на минуту.

— Нет, это был скорее нервный смех. Он, видимо, не знал, что мне ответить. А потом понес всю эту чушь насчет Авы, будто бы она сама предложила ему переспать с ним, чтобы он помог ей сделать карьеру. И будто бы это она домогалась его не один раз, а он каждый раз отказывал ей. Это была такая явная дикая ложь, что я не поверил ни одному его слову. Ава ни за что не способна была бы так поступить.

«Очень даже способна», — подумала Тесс.

— А что еще он сказал? — спросил Тинер.

— Он сказал, он сказал… — Рок закрыл глаза, видимо, пытаясь снова представить себе сцену разговора. — Он просил прощения. А потом добавил: «Она, конечно, очень красива», — и тогда я его ударил.

Рок помнил, как ударил его и как очки Абрамовича упали на пол. Он разбил ему нос. Падая, Абрамович ударился головой о стол. На голове у него была рана, это Тесс знала