Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

— Правда? — Тесс никогда не приходилось видеть, как работает полиция. Она посмотрела на свои туфли, стараясь при этом сохранить серьезное выражение лица. — Так вы присутствовали при осмотре места преступления, не правда ли? И какие вопросы вам задавали? Не требовали от вас назвать кого-нибудь, кого вы подозревали?

— Да! Это было, — согласился Джой, с какой-то детской непосредственностью. Ему, вероятно, льстила сама мысль о том, что в этом деле ему была отведена такая важная роль, подумала Тесс. — И я мог бы его назвать, — он гордо поднял голову и посмотрел на Тесс, словно она сама сидела перед ним с камерой в руке. — Я мог бы назвать его имя, и я никогда не забуду эту ночь. Я слушал передачу с футбольного матча, когда в десять часов — я это точно запомнил, потому что всегда отмечаю время, — появился белый мужчина лет тридцати, среднего роста, он выглядел очень обеспокоенным и каким-то помятым…

— Помятым?

— Ну да, вроде как расстроенным чем-то. Как мне потом сказали, его звали Дэррил Пакстон, он был другом Авы Хилл. Ее я тоже знал, она часто оставалась допоздна, когда работала в здании, где я служу. Она очень красивая. Я его пропустил к ней. Он так и сказал мне, что идет к мисс Хилл. А в четверть одиннадцатого он вышел. Я заметил это, потому что должен записывать, кто когда выходит. Я даже хотел спросить его, что случилось, так странно он выглядел, но потом подумал, что, наверное, он поссорился со своей подругой. Вот как это было.

— Отлично, — отозвалась Тесс, любезно улыбнувшись. — Я бы хотела уточнить еще кое-что.

— С удовольствием.

— Вы говорите, что отмечали время. У вас были наручные часы? Или часы висели на стене?

— У меня четыре пары наручных часов, и все показывают свое время: на востоке, на западе, в центре и на юге.

— На востоке, то есть на Японских островах?

— Нет, мисс, таких у меня нет, зачем мне знать, который час в Токио? Только здешнее.

Тесс удивленно подняла брови.

— Так вы же сказали, что на ваших часах было десять, когда появился Дэррил Пакстон. А когда он выходил, не могли ли вы что-нибудь перепутать? Может быть, вы посмотрели не на те часы?

— О-о-ох, нет, я очень внимателен. Я серьезно отношусь к своей работе, не то что те парни, которые идут в охрану только потому, что не смогли найти другую работу. Я горжусь своей работой. — Тесс понимающе кивнула. — Это ведь серьезная компания, самая крупная в городе. И работать там — большая честь. Мы никому спуску не даем.

Тесс была крайне удивлена патриотизмом Джоя, но виду не подала.

— Итак, вы уверены, что правильно заметили время. А что было после того, как мистер Пакстон покинул здание? Кто-то еще приходил?

— Я больше никого не записывал.

— Значит, никто не приходил?

— Я никого не записывал, — повторил он, и Тесс почувствовала, что ее вопрос поставил его в тупик. Она пристально следила за его лицом, пытаясь понять, о чем он думает в эту минуту.

— Может быть, заходил кто-то из сотрудников? Кто-нибудь мог проскочить мимо вас незамеченным?

— Нет, у сотрудников есть ключи от черного хода, они сразу идут к лифту. Я никогда их не вижу. Но больше там никого…

— Записано не было. Это я уже поняла. Хорошо, Джой. Я уверена, что все было так, как вы говорите. Но мне необходимо точно узнать, не мог ли все же кто-нибудь пройти мимо вас, когда вы слушали матч, это очень важно. Это как раз и мог быть тот, кто убил Майкла Абрамовича.

Джой в отчаянии схватился руками за голову:

— Я хорошо делаю свою работу.

— Я ничуть в этом не сомневаюсь, но ведь могло случиться что-то, чего вы не заметили не по своей вине, — успокоила она его, — например, вы могли что-то искать в столе, или… кто-то мог находиться на улице, вы этого не помните?

— Я же говорю. Никого. Все, кто проходил, были записаны.

Тесс протянула ему одну из визиток, которые специально для нее заказал Тинер, где были указаны ее имя, номер мобильного телефона и телефон книжного магазина. Выглядела она очень презентабельно и солидно, что помогало Тесс чувствовать себя более уверенно.

— А какой из них домашний? — с любопытством спросил Джой. Тесс даже похолодела от ужаса, еще не хватало, чтобы ее стал донимать звонками какой-то охранник.

— Они оба рабочие. Звоните, если что-нибудь вспомните. — Она встала и вышла из комнаты, так и оставив хозяина сидеть на постели, со свисавшим до пола матрасом. Может быть, он все-таки припомнит какую-нибудь интересную деталь, ведь не совсем же он безнадежен.

Дом Джоя находился на расстоянии восьми миль от дома уборщика Фрэнка Майлза, который и обнаружил тело Абрамовича. Но район этот был еще более неблагополучным, чем первый: одной стороной он граничил с белой частью Балтимора, по другую сторону жили в основном чернокожие. Однако Тесс чувствовала себя там довольно комфортно. Она выросла поблизости от этих мест, и знала Эдмондсон-авеню наизусть. Никакого страха эти улицы ей не внушали.

Дом Майлза, свежевыкрашенный, с аккуратным железным навесом, выглядел куда более привлекательно, чем сарай Джоя. Перед входом была небольшая зеленая лужайка с белыми и розовыми цветами, приятно радовавшими глаз в середине сентября. Посреди лужайки на пьедестале стоял небольшой хрустальный шар, напомнивший Тесс детскую сказку «Волшебник страны Оз».

Как только она позвонила, дверь тут же распахнулась, словно хозяин ожидал ее приезда с нетерпением. Она шагнула в прихожую, и массивная деревянная дверь захлопнулась у нее за спиной.

— Дверь у нас не совсем удачная, — сказал ей Майлз, — слишком тяжелая. Хотите грибной жульен или стаканчик лимонада?

Осмотревшись вокруг, она поняла, что на этот раз попала в совсем иной мир, нежели тот, в котором обитал Джой, и что здесь можно не бояться испачкаться или зацепиться рукавом за какой-нибудь торчащий гвоздь. У этого дома явно был заботливый хозяин. Однако пыль кое-где тоже лежала слоями, например экран старого телевизора при неярком дневном свете казался бархатным. На стенах висело много фотографий в рамках. На одной из них был изображен сам мистер Майлз и женщина в свадебном наряде. «Он вдовец, — предположила Тесс, — очень набожный и замкнутый».

— Я люблю готовить, — признался он Тесс, поставив на стол поднос с бокалами лимонада и газировки. Тесс с детства обожала лимонад и теперь поняла, что давно уже мучилась от жажды. Не менее соблазнительно смотрелись и маленькие пирожные