Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн

– …и составили представление о покойной, ее круге общения и ее жизни. Мы продолжили наше расследование, и через две недели наконец наступил долгожданный прорыв – сообщение от человека, пожелавшего остаться неизвестным. Звонок поступил с телефона-автомата общего пользования.

– Ваша честь, мы хотели бы воспроизвести запись этого разговора для присяжных – вещественное доказательство обвинения номер девятнадцать.

Обвинитель и его подручные принялись ковыряться с лэптопом, подключенным к аудиосистеме судебного зала. Наконец зазвучала запись звонка. Я уже ее слышал. Звонивший явно изменил свой голос. Был он низким, хрипловатым, но, похоже, в его тоне не было особой глубины. У меня сложилось впечатление, что звонивший был молодым и, скорее всего, женского пола, но сказать наверняка было невозможно.

«Я знаю, кто убил Маргарет Блейкмор. Так уж вышло, что в ту ночь мне довелось оказаться на другой стороне улицы, за рядом припаркованных машин. Прямо у меня на глазах Джон Джексон застрелил ее, а затем ушел и вернулся в свой дом. Когда он уходил, пистолет все еще был при нем…»

Потом послышались короткие гудки. Звонивший никак не отреагировал на слова диспетчера, не стал отвечать ни на какие вопросы – просто сделал это заявление и повесил трубку.

– Что вы сделали, когда получили это сообщение? – спросил Кастро.

– Я запросил ордер на обыск в доме Джона Джексона и на его задержание для допроса. В этом анонимном звонке содержались конкретные сведения, подтверждающие слова звонившего. Мы не сообщали прессе о том, что Маргарет Блейкмор скончалась в результате огнестрельных ранений. Единственными, кто мог знать об этом, были убийца и этот потенциальный свидетель. Получив ордер, мы произвели обыск и задержание.

– Что вы обнаружили в доме?

– Офицер Петтифер обнаружил в спальне обвиняемого пистолет двадцать второго калибра – в шкафу, на самой верхней полке, между постельными принадлежностями.

– Какое значение имеет калибр данного оружия?

– Пули того же калибра были найдены в теле Маргарет Блейкмор. В нее было произведено три выстрела. Магазин в этом пистолете – на девять патронов. Трех патронов в нем не хватало.

– Была ли проведена криминалистическая экспертиза данного оружия?

– Да, срочная. На пистолете был обнаружен частичный латентный отпечаток ладони, но этого отпечатка было недостаточно, чтобы установить его соответствие отпечатку обвиняемого. Однако наша криминалистическая лаборатория сумела извлечь из этого отпечатка образец ДНК.

– Эксперты еще дадут показания касательно подробностей данной экспертизы и сравнения ДНК, однако, с вашей точки зрения и понимания, являются ли свидетельства, обеспечиваемые анализом ДНК, более точными, чем идентификация по отпечатку ладони или пальца?

– Да, сэр, – ответил Чейз.

Кастро ненадолго умолк, перебирая бумаги у себя на столе. Создавал напряженность – готовил финал.

– Вы спрашивали обвиняемого о пистолете, найденном в его шкафу?

– Да, и я должен сказать, что на тот момент у нас не было баллистических доказательств, подтверждающих, что данный пистолет являлся орудием убийства, но мы были твердо уверены, что это так. Как бы там ни было, я задал мистеру Джексону вопрос о пистолете в его шкафу – спросил его, не мог бы он объяснить, как тот туда попал.

– И что он ответил?

– Сказал, что никогда раньше его не видел.

– И лишь после этого отрицательного ответа впоследствии выяснилось, что ДНК, найденная на орудии убийства, совпадает с ДНК обвиняемого?

– Совершенно верно.

– Вы верите ответчику, когда он утверждает, что никогда раньше не видел этот пистолет?

– Мы полагаем, что пистолет, который мы нашли в доме обвиняемой, – это тот самый пистолет, из которого стреляли в Маргарет Блейкмор. На нем имеется ДНК обвиняемого. Этому есть простое объяснение. Обвиняемый стрелял из него и убил потерпевшую, а потом стал это отрицать. Так же, как отрицает это сегодня. Он лжет.

– Больше вопросов не имею, – объявил Кастро.

Я встал, обошел стол защиты и встал в процессуальной зоне зала суда. На ничейной территории между судьей, свидетелем, адвокатами и присяжными. В центре всеобщего внимания. Засунул руки в карманы. Оглянулся через плечо на Джона, сидящего за столом защиты. Вид у него был совершенно потерянный. Побежденный. Глаза остекленели от страха, как у человека, чья жизнь вот-вот оборвется. Он очень похудел с тех пор, как мы познакомились, и выглядел от этого не лучше. Костюм висел на нем как на вешалке. Словно саван.

В Америке это происходит каждый день. Ни в чем не повинные люди попадают в ловушку бездушной машины, которая уничтожает их самих и их семьи. У меня не было волшебной кнопки, чтобы остановить эту машину. Никакого предохранителя. Никакого аварийного выключателя. В противовес грохоту скрежещущих стальных колес правосудия у меня имелись только слова. Это было мое единственное оружие.

Так и подмывало повысить голос, сорваться на крик, безостановочно сыпать словами. Чтоб меня услышали сквозь грохот этой машины. Но я знал, что сейчас лучше всего говорить тихо. Чтобы те двенадцать человек, которые могли остановить эту машину, подались вперед и стали слушать. По-настоящему слушать. Потому что, если этого не произойдет, бездушная машина прокатится прямо по Джону и Элисон. И Томасу.

Я кивнул Джону. Я хотел, чтобы он знал, что я буду бороться за него. Что есть надежда. Он этого не видел. Пока что. Я должен был заставить его это услышать.

А значит, надо выбить Чейза из равновесия.

– Детектив Чейз, есть ли что-либо в вашем расследовании, что вы сейчас сделали бы по-другому?

Это открытый вопрос. Всякое может случиться. Это прямо противоположно тому, чему учат адвокатов защиты при встречном допросе. Они стремятся к тому, чтобы их вопросы всегда были четкими. Предусматривающими ответ «да» или «нет». Хотят контролировать свидетеля. Контролировать его показания. Но я знал, какой ответ может дать Чейз.

Глаза у него широко раскрылись, когда он услышал вопрос. Детектив явно его не ожидал. Он на секунду задумался, а затем дал единственно возможный ответ, немного подсластив его довольной улыбкой:

– Нет, абсолютно ничего. Я уверен, что наше расследование привело нас к истине. Это ваш клиент убил Маргарет Блейкмор.

Кастро поморщился, а затем улыбнулся своему помощнику, как будто наблюдал, как меня избивает профессиональный боец. Я ожидал этого удара. Чейз был опытным свидетелем. А копы, которые привыкли давать показания на суде, знают: когда в руки им попадает мяч и у них есть возможность выполнить трехочковый бросок, то надо сразу же забросить этот мяч в корзину.

В данном случае возможность стоила того, чтобы ею воспользоваться. Чейз заработал