Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

Она притянула его к себе. Но на этот раз отстранился он.

— Моя очередь спрашивать. Джон Гарилло работал на вас? Он был информатором?

— По-моему, ты зря потратил свой вопрос. Ты ведь и сам уже обо всем догадался.

— Это означает «да»? — уточнил он.

Но она не ответила: она слышала только шум крови у себя в ушах, чувствовала лишь жар своих бедер и не могла остановить их ритмичного движения. Это было нечто невероятное. В его затуманенном сознании мелькнула мысль: наверняка она занимается йогой или еще какими-то экзотическими упражнениями. И тут все разговоры о работе стали просто ни к чему.

Они занимались любовью, пока не обессилели оба. А потом Клер мгновенно провалилась в глубокий сон.

Блэкстон прислушивался к ее ровному дыханию. Где-то поблизости по рельсам прогрохотал состав. Блэкстон решил, что это товарняк, идущий на юг. Он знал все звуки железной дороги: гудки и свистки, которыми локомотивы приветствовали друг друга, визг их тормозов. Даже с расстояния в несколько миль он мог определить, приближается состав или удаляется. Он смотрел в открытое окошко на звезды и перебирал в памяти события прошедшего дня — и это в высшей степени приятное его окончание. Он ни о чем не сожалел, и, судя по тому, как она блаженно улыбалась во сне, у нее тоже не было сожалений. Какое-то смутное воспоминание крутилось у него в голове — что-то он недавно то ли видел, то ли слышал, — но сейчас он был так утомлен, что и не пытался ухватить неуловимую мысль. Ничего, решил он, зевая, если мысль того стоит, завтра он непременно додумает ее до конца.

Он закрыл глаза, и на грани сна и реальности в его подсознании возникла картинка: лампа у его кровати превратилась в ферзя Клер. Да ведь она поставила мне шах, понял Блэкстон. И, засыпая, успел подумать: я должен срочно что-то предпринять.

Глава 17

В среду утром Манч разбудил телефонный звонок. Звук доносился издалека. Нет, звонят, конечно, не ей… Окончательно проснувшись, она повернулась на своей койке и уставилась на покрытые надписями стены, удивляясь тому, что так хорошо выспалась. Сбросив тонкое шерстяное одеяло, она встала и подошла к двери камеры.

— Мне можно позвонить? — спросила она надзирательницу.

Надзирательница, рыжеволосая мулатка, оторвалась от чтения газеты.

— Может, попозже. — Она было вернулась к странице, но тут же снова подняла взгляд на Манч, осматривая ее запачканный смазкой комбинезон. — Ты работаешь на автозаправке?

— В гараже в Валли.

«По крайней мере работала до вчерашнего дня», — подумала она. Кто знает, что теперь будет.

— И что ты там делаешь? Меняешь масло?

— Регулирую двигатель, меняю тормоза, сцепление, проводку. Все что угодно.

— А с «шеви» работала?

— «Шевроле» — мои любимые машины, — ответила Манч, подходя ближе к решетке, которая их разделяла. — У вас какой?

Надзирательница отложила газету.

— «Камаро» шестьдесят седьмого года.

— «Ралли Спорт»?

— «Супер Спорт».

— Классная машина.

— Когда не барахлит, — бросила та.

— С ней что-то не в порядке? — спросила Манч.

— Да. Когда становится жарко…

— …она не заводится, — закончила фразу Манч.

Надзирательница передвинула стул ближе к камере Манч.

— Я поменяла аккумулятор, зажигание, стартер…

— Проблема не в них, — сказала Манч. — Когда вы поворачиваете ключ, то даже щелчка нет, так?

— Точно.

— Но если выждать минут двадцать, то она сразу же заводится.

— Ага, вот именно!

Манч прочла нагрудную табличку надзирательницы.

— Мне уже приходилось иметь с этим дело, полисмен Риз, — сказала она. — А мне правда нельзя попасть к телефону пораньше?

Надзирательница посмотрела в оба конца коридора.

— Я не знаю, что ты сделала, милочка. Но мне приказано тебя изолировать.

— Значит, покурить тоже нельзя.

— Извини, — сказала надзирательница. — Так как ты отладила те машины?

— Поставила дополнительный соленоид. Дайте мне бумагу и карандаш, — предложила Манч. — Проще будет, если я нарисую схему. Вы отнесете ее своему механику, и он все сделает.

Надзирательница дала Манч блокнот с желтой бумагой, каким пользуются адвокаты, и шариковую ручку и стала смотреть, как Манч рисует квадратик с двумя столбиками, которые обозначила значками «плюс» и «минус».

— Это ваш аккумулятор, — объяснила Манч. — Он дает двенадцать вольт.

Надзирательница кивнула.

— Так, — продолжила Манч. — Соленоид стартера, — тут она нарисовала цилиндр в нижней части листка, — установлен на верхней части стартера. Чтобы включить стартер, ему нужно от восьми до десяти вольт. Соленоид — это, в сущности, привратник. Когда он получает сигнал от ключа зажигания, то открывает путь току от аккумулятора к стартеру. Пока все понятно?

Женщина кивнула, явно заинтересованная.

— У вас передача автоматическая?

— Да.

— Ладно.

Манч нарисовала еще несколько квадратов и кружков, объясняя, как работает каждое устройство.

— Изоляция на «шеви» старых моделей часто портится и дает утечку тока, особенно когда жарко. Чтобы соленоид стартера заработал, он должен получить сигнал как минимум в восемь вольт, но к тому времени, как ток до него доходит, там остается уже всего шесть или семь вольт.

— Пока он не остынет! — сказала надзирательница, радуясь пришедшему просветлению.

— Именно так, — подтвердила Манч. — И вот что я делаю: ставлю соленоид от «крайслера», которому нужно всего пять вольт, и подключаю его последовательно, чтобы он давал соленоиду «шеви» нужные восемь вольт. — Она быстро добавила к своей схеме второй соленоид. — Как вы думаете, ваш механик сможет это сделать?

— Черт, я бы лучше отогнала ее к тебе, милочка.

— Если я отсюда выберусь, — сказала Манч.

Надзирательница сунула руку в сумку и извлекла оттуда портсигар. Затем отперла дверь камеры Манч.

— Пошли, — сказала она. — Сможешь покурить в туалете.

Манч благодарно улыбнулась.

— А мы случайно по дороге туда не пройдем мимо телефона?

Надзирательница снова осмотрелась и ответила:

— Не думаю.

— Вы должны выполнять приказы, — вздохнула Манч. — Я все понимаю.

Женщина еще раз посмотрела в ту сторону, где стоял телефон. Манч почувствовала, что она колеблется.

Глава 18

В среду утром Блэкстон явился в участок в на редкость хорошем настроении. Ветер дул с востока, и воздух был прохладным и чистым. По дороге к участку пробок на дороге не оказалось. Кофе в вестибюле был свежим и горячим. В четверть десятого он уже удобно устроился за своим столом — все бумаги аккуратно разложены, порядок идеальный — только работай.

Алекс приехал без пятнадцати десять. Это был рекорд: он впервые появился в участке за четверть часа до начала рабочего дня. Он налил себе чашку кофе и зашел к Блэкстону обсудить предстоящие дела.

— У тебя похрустеть, случайно, нечем? — спросил Алекс.

— Ты что, не поел дома?

— Да просто захотелось чего-нибудь