Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

В прошлом месяце они приобрели вскладчину машину, на ремонт которой у владельца не было денег. Лу купил подержанную трансмиссию, а Манч ее установила. После мелкого косметического ремонта они белым обувным кремом написали на ветровом стекле «$600» и поставили «шевроле» у забора мастерской, не забывая время от времени смывать пыль, оседавшую на кузове.

— И деньги получил? — спросила она.

— Причем наличными.

— Мои любимые деньги.

Она протянула руку, и он отсчитал ее долю: пятнадцать купюр по двадцать долларов.

— И что собираешься делать? — спросил он.

— В каком смысле?

— Да в отпуске! Куда-то собираешься поехать?

— Мне надо кое-что уладить, — ответила она.

— Ну развлекайся.

— А как же! Только этим и буду заниматься.

Перед ленчем, когда она мыла руки, Джек постучал в дверь задней комнаты.

— Сюда можно? — спросил он.

Она вытерла руки.

— Не заперто.

Он вошел и сел на какой-то ящик. Понаблюдав за ней минуту, спросил:

— Так в следующий понедельник ты выйдешь?

— Угу.

— У тебя, случайно, нет неприятностей?

Она скрестила руки на груди.

— Неужели мне нельзя взять короткий отпуск без того, чтобы подвергнуться допросу с пристрастием?

— Успокойся. Я ведь за тебя тревожусь, — сказал он. — Ты же сама говорила, что недавно с твоим другом случилась беда. Я сказал Лу…

Манч вздохнула. Те, кто называет женщин сплетницами, просто никогда не терлись подолгу в компании мужиков.

— Не обижайся, Джек, но мне бы хотелось, чтоб ты не лез в мою личную жизнь.

Он встал и ушел, не проронив ни слова. Она проводила его взглядом: он ссутулил плечи и покачивал головой. Ее так и подмывало окликнуть его и сказать: не бери в голову, все нормально, — но она этого не сделала. В конце концов, у нее есть право иметь секреты и не служить предметом чьих-то домыслов. Есть внимание, а есть бесцеремонность. Джеку надо понять, где проходит граница между ними.

Выйдя из подсобки, она увидела, что к мастерской подъезжает — кой черт ее принес! — инспектор по надзору за условно осужденными миссис Оливия Скотт. Позади нее в другой машине ехала еще какая-то женщина. Лица у обеих были строгие. Они почти одновременно остановились и никак не отреагировали на то, что позади них резко затормозил трейлер. Манч почувствовала мгновенную слабость в коленях, но тут же расправила плечи. Что еще они могут с ней сделать? Убить и съесть? А пошли они…

Женщины вышли из машин. Миссис Скотт властно поманила Манч пальцем. Манч отряхнулась и медленно пошла к ним.

— В чем дело?

Миссис Скотт холодно улыбнулась.

— У спецагента Донавон есть к тебе кое-какие вопросы.

Спецагент? Манч постаралась сохранить бесстрастное выражение лица — не скучающее и не встревоженное — и молча ожидала продолжения.

Агент ФБР повернулась к миссис Скотт.

— Надеюсь, вы не будете возражать, если я переговорю с миз Манчини наедине.

Миссис Скотт очень даже возражала. Манч смотрела, как инспекторша неохотно отходит к своей машине. Похоже, ей до смерти обидно было оказаться так близко к событиям и в них не участвовать. Манч охотно бы поменялась с ней местами. Она повернулась к спецагенту Донавон.

— Это надолго? У меня много работы.

Агент сначала осмотрелась и только потом заговорила.

— Тебе нравится здесь работать?

Не крылась ли в ее тоне угроза?

— Наверное. Платят прилично, люди славные.

Что ей нужно?

— Ты знакома с Джонатаном Гарилло?

Манч заставила себя не повести и бровью.

— Когда-то раньше была знакома.

— Он тебя навещал в последнее время?

— Да. Он заезжал ко мне в тот день, когда его убили.

Она говорит правду, но при этом не говорит ничего, чего бы эта женщина не знала.

— Что ему было нужно?

Тень в кабине трейлера не шевелилась. Чего он там стоит? На бульваре Сепульведа стоянки нет, а светофор уже должен был бы переключиться. Ее внимание привлекло какое-то движение у окна со стороны пассажира. Мужская рука, затянутая в черную кожу байкерской куртки, высунулась наружу и поправила боковое зеркальце. Манч увидела искаженное отражение пассажира и поняла, что он за ней наблюдает. Она не разглядела его лица — только рыжеватые волосы и зеркальные солнечные очки.

— Миз Манчини?

— Да?

— Я спросила: что ему было нужно?

Манч посмотрела на спецагента.

— Ничего особенного. Он хотел, чтобы я снова начала с ним встречаться. Я сказала, что больше с такими, как он, не знаюсь — ведь у меня условный срок.

— Он тебе что-то передал?

— Только привет, — ответила Манч.

Спецагент не улыбнулась. Мужчина в трейлере убрал руку, а затем вновь высунул ее из окна. На этот раз он чем-то помахивал. Розовым флагом. Нет, не флагом. Манч разглядела рукава и подошвы на концах штанин. Это был детский комбинезон. Комбинезон Эйши. Тот, в котором она была накануне вечером.

— Ты еще никогда не сидела в федеральной тюрьме, так? Миссис Скотт готова оказать мне любую помощь, о какой я попрошу. Например, если кто-то окажется у меня на дороге, будет мешать моему расследованию, а она сможет посадить этого человека на тридцать дней…

Манч хорошо знала правила этой игры. Сейчас ей полагается завалиться на спину и открыть свой незащищенный животик. Она опустила взгляд и понурилась.

— Пожалуйста, не надо! — заканючила она. — Я ничего плохого не делала.

Она адресовала агенту робкую, полную надежды улыбку, надеясь, что та купится на этот спектакль.

— Мне не хочется тебе вредить, — сказала Клер Донавон. — Но я должна верить, что ты действительно стараешься быть честной и уважать закон. — Она положила руку на плечо Манч. Любому, кто наблюдал за происходящим со стороны, показалось бы, что они беседуют, как настоящие друзья. — Но если окажется, что ты трахаешь мне мозги, — добавила агент ФБР, улыбаясь одними губами, — то я твою маленькую задницу по стене размажу.

— Да неужели? — Манч окатило волной ярости, пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Она стряхнула с себя руку спецагента, надеясь, что тот тип из трейлера продолжает за ними наблюдать. — Почему бы тебе не попробовать, сука, а то мне уже надоело нюхать твое дерьмо!

Клер Донавон задержала на Манч равнодушный взгляд, а потом поманила миссис Скотт.

— Ваша подопечная только что призналась мне, что поддерживала отношения с преступниками. Полагаю, это нарушает правила ее условного заключения.

Миссис Скотт извлекла пару наручников. Манч досмотрела в сторону трейлера: грузовик тронулся с места, застонав тормозами. В сторону мастерской она смотреть не стала. Ей не хотелось видеть глаза Джека и Лу в тот момент, когда миссис Скотт надевала ей наручники и усаживала на заднее сиденье своей машины.

Дорога до тюрьмы показалась Манч невероятно короткой.