Клуб ночных сов - Елена Анатольевна Леонова

– Может быть… может быть, – согласился следователь. – Василевская и правда была очень… своеобразной. Но убило её не увлечение, а человек. Кто-то близкий ей, я думаю, раз знал про её хобби. И это, вероятно, как-то связано с баром «Моль», куда она ходила. Там ведь собираются личности не совсем обычные, эксцентричные, судя по описанию Мансуровой. Может, Василевская кого-то и встретила там, кто её убил. Эти так называемые единомышленники. Стоит туда наведаться, присмотреться.

– Я могу сходить, – предложила Максимова.

Саблин открыл интернет в компьютере.

– Бар работает со среды по субботу. Значит, завтра только можно идти.

– Хорошо, – согласилась Дина. – Кстати, я пробила Свиридова и Шилова. Ничего подозрительного. Марк женат, есть ребёнок, по образованию разработчик, карьеру сделал от рядового сотрудника до директора. Фёдор тоже айтишник, тридцать лет, после института пришёл сразу в «СтарКомп», с тех пор там работает уже несколько лет. Оба не судимы, у Марка пара штрафов за превышение скорости.

Майор задумчиво уставился в потолок.

– Штрафы за скорость – это, конечно, не убийство, но характеризует человека. Импульсивность, невнимательность, пренебрежение правилами… Ладно, пока отложим. Сперва надо проверить бар. Завтра сходишь. Постарайся не привлекать внимания. Просто понаблюдай, послушай. И приглядись к персоналу. Бармены, охранники… они часто больше знают, чем кажется.

Максимова кивнула.

– Постараюсь быть максимально незаметной.

Следователь посмотрел на неё с лёгкой улыбкой.

– Я в тебе не сомневаюсь. Только будь осторожна. Всякие там вампиры и прочая нечисть – это, конечно, ерунда, но люди, играющие в такое, непредсказуемы.

– А что думаете про владельца квартиры, Льва Гречникова, и Мансурову? – спросила Дина.

– Ну, пока фактов немного, выводы делать рано. Гречников не вызвал у меня подозрений. К тому же, судя по его словам, он видел Василевскую один раз и не бывал больше в Учебном переулке. Мог соврать, конечно, но доказательств обратного у нас нет. И мотив неясен. Зачем ему убивать девушку?

– Может быть, у них был роман? Мансурова же упоминала, будто у Василевской был мужчина, о котором она не рассказывала.

– Зачем утаивать отношения с Гречниковым? Он вроде бы не женат, да и связь с арендодателем не противозаконна, как ты понимаешь, – Саблин усмехнулся. – Скрывают, как правило, любовников семейных или общих знакомых.

– Свиридов женат. Может, у Василевской был роман с начальником? – предположила Дина.

– Не исключено. Или с Шиловым. Но пока у нас нет оснований их подозревать. Как я сказал, мало фактов. А что касается Мансуровой… – Саблин задумался. – Её дружеские чувства к Василевской искренние. Мотива пока тоже не вижу.

– Ладно. Пойду к нашим айтишникам. Надо проверить соцсети Василевской и форумы. Ребята должны были вытащить из её компьютера пароли и ссылки.

– Давай.

Максимова вышла из кабинета, оставляя майора наедине с его мыслями и дымом сигарет. Дина ощущала, как в ней нарастает предвкушение. Это было похоже на начало захватывающей игры, где она была не просто следователем, а скорее участником, погружающимся в чужой, загадочный мир. Вампирская тематика, амарант, сова – всё казалось ключом к тайне, которую надо раскрыть. Максимова уже представляла, как завтра будет выглядеть в баре: оденется вызывающе, привлекательно и… странно, чтобы не выделяться из толпы, как начнёт слушать обрывки разговоров, наблюдать за посетителями, пытаясь уловить малейшие детали, способные пролить свет на произошедшее с Василевской.

Старшего лейтенанта захватил азарт. Это было не рядовое расследование, а погружение в психологию людей, в их нетривиальные увлечения и тёмные секреты. И она была готова к этому. Готова к любым перевоплощениям и испытаниям! Завтрашний день обещал стать насыщенным, и, возможно, появятся новые зацепки. Она знала: ей предстоит быть осторожной, не привлекая к себе лишнего внимания, но у неё есть и все необходимые навыки справиться с задачей – найти убийцу.

Глава 21. Вторник. 18.30

Вечер опускался на город, окрашивая небо в мягкие сиреневые оттенки. Постепенно сгущались сумерки, принося в отделение тишину, нарушаемую лишь редкими звуками из коридора. Максимова, устроившись за рабочим столом, была погружена в загадочный мир Марьяны Василевской. Экран ноутбука освещал сосредоточенное лицо старшего лейтенанта, пока она просматривала социальные сети погибшей. Интерес девушки к вампирам, легендам и ритуалам проявлялся в каждом клике Дины в аккаунте: странные, порой пугающие фотографии Марьяны; переписка с пользователями, полная загадочных намёков; страницы, посвящённые мистическим фильмам и книгам. Это, безусловно, создавало атмосферу необычности, но ничего, что могло бы напрямую указывать на причину её гибели, Максимова не находила. Всё выглядело как обычное увлечение, хотя и довольно эксцентричное.

Переключившись на форумы, где Василевская проводила немало времени, Максимова углубилась в обсуждения мифов о вампирах, их поведении, образе жизни и прочей фантастики. Но и здесь, среди виртуальных историй и вымыслов, не было ничего похожего на зацепку в расследовании. Все обсуждения сводились к спорам о внешнем виде вампиров и не имели отношения к делу.

Сайты, посещаемые погибшей, также оказались лишь чудаковатыми, но абсолютно безобидными.

Чувствуя, что дальнейшее копание в этом направлении не принесёт результатов, Максимова решила завершить рабочий день. Она закрыла ноутбук, собрала вещи и, взглянув на часы, поняла: пора отправляться домой.

Дина встала, потянулась, разминая затёкшие мышцы. В окне уже совсем стемнело, лишь редкие огни фонарей пробивались сквозь пелену сумерек. Она накинула плащ, взяла сумку и отправилась к выходу.

Внизу было на редкость тихо, лишь свет на посту дежурного освещал пустой холл участка. Максимова кивнула Петренко на прощание и вышла на улицу.

Впереди ждал дом, горячий чай, ужин и сон.

Шагая по пустеющим улицам к метро, Максимова наблюдала, как город вокруг засыпает, унося с собой дневную суету. Но для неё ночь только начиналась, наполненная невидимыми нитями, связывающими реальность и вымысел. Образ погибшей девушки и тематика её увлечений, казалось, проникали буквально в ткань размышлений, заставляя перебирать варианты, искать скрытые смыслы там, где, вероятно, их и не было.

Максимова вспомнила одну из фотографий в аккаунте Василевской – девушка стояла на фоне кладбища, в руках держала книгу в кожаном переплёте, а на лице застыло выражение отрешённости, почти потусторонней. Было ли это просто частью её образа, попыткой эпатировать или же за подобным скрывалось большее? Максимова не могла отделаться от ощущения, будто Марьяна слишком серьёзно отдалась своим фантазиям. Возможно, Шилов был прав, говоря, что девушка отождествляла себя с вымышленными персонажами.

Дома, заварив крепкий чай, Дина устроилась в кресле, но даже здесь, в привычной обстановке, мысли о