Люди за спиной. Том 2 - Александра Маринина

года. Такая картина наводит на размышления о связи Шахрая с Мезениным, Мезенина – с Ульяной, Ульяны – со Сташевской. При этом я выгляжу как слепой котенок, который тычется во все стороны в поисках мамки. Задать вопросы Мезенину я не могу, его убили. Разговаривать с Ульяной Яскевич бесполезно, она ничего не скажет, если вообще согласится поговорить. От моей цепочки остались только два крайних звена: последнее – Сташевская, которую я ищу, первое – Шахрай.

– Звучит неплохо, – одобрительно кивнул Рустам. – Вы думаете, что этот Шахрай был связан с криминалом и помог своему другу-уголовнику избежать наказания за убийство?

– Все может быть, – осторожно ответила Настя. – Но меня это вообще не интересует, это не мое дело. Меня интересует, существует ли какая-нибудь связь между Шахраем и моей пропавшей. Кто-то ведь помог ей с документами. Если не люди Бакира, то кто тогда? Может быть, те, на кого работал Шахрай? Допустим, Сташевская обратилась за помощью к своей подруге Ульяне Яскевич, та, в свою очередь, либо к Мезенину, либо к Шахраю.

– Слишком много у вас допущений, Анастасия Павловна, – фыркнул Рустам. – Вам всего лишь нужно выяснить, на какие имена сделали фальшивые паспорта. Неужели сами не догадались?

Ну наконец-то! Настя так долго и старательно плела всякую чушь про возможные связи, что уже и сама запуталась. Зато результат достигнут: Рустам выиграл раунд, почувствовал себя умнее и сейчас должен предложить помощь. Сам, без всяких просьб с ее стороны. Она почувствовала, что спина взмокла от напряжения. Вот уж действительно, правду говорить легко и приятно, а выдумывать на ходу – тяжелая работа.

Расчет оправдался. Рустам предложил сначала разделить с ним трапезу, а когда Настя согласилась, небрежно бросил, что, пожалуй, может кое-что сделать для нее. Снова появился неприветливый Паша, бросил на Настю полный ненависти взгляд и получил указание принести «сам знаешь что и без глупостей».

Сегодняшний обед не шел ни в какое сравнение со вчерашним.

– Позвоните своему водителю, пусть зайдет, его покормят внизу, – великодушно сказал Рустам.

Тим от ресторанной еды отказался.

– Я тут пару бургеров ухватил, не знал же, что позовут, теперь в животе места не осталось, – огорченно ответил он. – Вчера утиные ножки были суперские. Эх, жалко! Вы еще долго?

– Минут тридцать, не меньше.

– Понял. Тогда я выскочу, по дворам пробегусь, вдруг что-то интересное увижу.

– Валяй.

Настя по достоинству оценила нежный соус, в котором подали филе палтуса, и хрустящие ломтики жареного баклажана. Рустам всем своим видом излучал довольство и спокойствие, и она решилась на очередной вопрос.

– Откуда у Ячменя такое прозвище? От фамилии?

– Нет, фамилия обычная, – засмеялся Рустам. – У него постоянно ячмень на глазу вскакивает. Глаз красный, отекший. Эта болезнь к нему с детства прилепилась. Ничего сделать не мог, и мазями постоянно мазал, и примочки прикладывал. Вроде пройдет – и через неделю снова.

Ей вдруг стало весело. Глава крупной преступной группировки, серьезный человек, наверняка жестокий и властный, суровый и беспощадный – и с ячменем на глазу. Что ж, в конце концов, он такой же человек, как все, и болезни у него самые обычные. Даже у первой красавицы планеты могут быть прыщи на ягодицах.

Все могут болеть. И все могут ошибаться.

* * *

– Куда теперь? Есть план? – спросил Тим, когда Настя вышла из «Охотничьего домика» и села в машину.

– Плана нет, надо тупо сидеть и думать, – честно ответила она.

– Тогда в отель?

– Угу.

– А хотите, прокатимся в «Подвал»? Мы с Кристиной там вчера были, там и вправду настоящая «заброшка», – неожиданно предложил Тимур. – Я поснимал, сколько успел, но еще много осталось, фактура там богатая. Жалко только, что Кристина молодая.

– Почему жалко? – удивилась Настя.

– Так она в те времена не жила, про какие мне надо. Я нахожу интересный объект, спрашиваю: «В семидесятые-восьмидесятые так было?» – а она не знает. А вы мне и подскажете, если что.

«Ну да, Кристина молодая, а я в его глазах старая», – усмехнулась про себя Настя. Что ж, и от ее возраста есть какая-то польза.

– Поехали, – согласилась она.

В конце концов, какая разница, где думать, сидя в номере отеля или прогуливаясь по окраине Крюковска?

Микрорайон, которому дали народное название «Подвал», и в самом деле производил удручающее впечатление. Половина жилых домов в аварийном состоянии, тротуарная плитка разбита, через каждые двадцать-тридцать метров встречались участки вообще без покрытия: вместо плитки или асфальта лежали старые раздолбанные доски. На проезжей части сплошь ямы и колдобины. Основная масса домов – хрущевские пятиэтажки из железобетонных панелей. По двустворчатым окнам на лестничных проемах между этажами Настя легко определила, что это 464-я серия, срок службы для которой когда-то определили в 50–60 лет. Квартиры в этих домах неудобные, со смежными комнатами и крошечными кухнями. Конечно, в те годы, когда эти дома строились и принимали новоселов, такие квартиры выглядели раем для тех, кто переезжал из бараков или перенаселенных коммуналок. А теперь…

– Когда это строили? – спросил Тимур.

– В шестидесятые-семидесятые. Может, чуть раньше. Эту серию начали строить с конца пятидесятых.

– Отлично, то, что надо!

Он защелкал фотоаппаратом, бегая вокруг дома и снимая с разных ракурсов. Разглядывать дома Насте было неинтересно, она медленно ходила вдоль фасада, глядя под ноги, чтобы не споткнуться и не угодить в лужу или грязь, и обдумывала информацию, полученную от Рустама.

Взрыв в бане устроил не Бакир. Похоже на правду. Сейчас не девяностые годы, серьезные криминальные авторитеты не действуют так топорно. Если они ставят себе целью убрать начальника УВД, то устраивают так, чтобы его сняли за взятки или злоупотребления. Интересно, рассматривалась ли версия, согласно которой убрать хотели не генерала Кудина, а прокурора или председателя облсуда? Наверняка рассматривалась. Но как только на горизонте появились люди Бакира, никто больше не сомневался, что целью взрывников был именно Кудин, покровитель Ячменя. Удобно и просто, можно больше не морочить себе голову. Кто на самом деле устроил этот взрыв? Для поисков Галины Сташевской это не имеет никакого значения.

Или все-таки имеет?

– А вот это?

Настя очнулась и посмотрела в ту сторону, куда указывал Тимур. Оказывается, они уже идут по другой улице, а она даже не заметила.

Обыкновенный дом, грязно-серый, длинный, не хрущевка.

– Смотрите, по фасаду куча вывесок, одна на другую наезжает. Убогие – просто жуть. Так было?

– Нет, это наследие девяностых. Тогда народ кинулся открывать мелкий бизнес, арендовать большой подвал в одиночку было накладно, поэтому кучковались друг у друга на головах, по пять-шесть квадратов на фирму. Прокат видеокассет, маникюр, фото на документы, копировальный центр, ритуальные услуги, ломбард, пошивочное ателье