Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

— Ты уверена, что он это вообще делал?

— Он сам мне сказал. Но он не убивал Абрамовича. И тут я ему верю. Конечно, он сильно разозлился… — Тесс запнулась, не закончив фразу.

— Я видела его на гребных гонках. — Уитни никогда не интересовалась греблей, но у нее была хорошая память на все знаменательные события. — Мне тогда показалось, что он хоть и выглядит круто, но вряд ли способен муху обидеть. Трудно представить, что он кого-то способен забить до смерти.

— Это не совсем-так, но человек он добрый и тихий.

— Не сомневаюсь.

— Иногда и тихие люди могут свернуть кому-нибудь шею.

Дома Тесс переоделась в футболку и шорты и включила магнитофон. Хотя у нее был CD-плеер, компакты она так и не успела купить. «Звезда» развалилась внезапно, и все запланированные покупки Тесс пришлось отложить до лучших времен. Зато у нее было немало любимых кассет, оставшихся еще со времен учебы в колледже.

К новомодным течениям она как-то была равнодушна, а старые альбомы Коула Портера, Джонни Мерсера, Ханта и Роджерса по-прежнему слушала с удовольствием.

Материалов по делу Абрамовича теперь у нее было много. Фотокопии старых видеозаписей, микрофильмы, статьи и заметки из Интернета и газет. Оказывается, в «Маяке» некоторые специально отслеживали всю информацию, которая касалась скандального адвоката.

Стол Тесс был слишком маленьким, чтобы на нем поместилась вся эта груда бумаг и пленок Она разложила их прямо на полу до самой двери, стараясь установить некоторый хронологический порядок в соответствии с этапами его карьеры: выступления защиты на суде, выступления обвинителей, решения присяжных…

В начале своей деятельности он заявил о себе как адвокат, готовый защищать тех, кого обвиняли в насилии и убийствах. Тесс отлично знала, как много на суде решает умелое выступление адвоката обвиняемого. Чем успешнее будет он защищать своего клиента, тем вероятнее, что даже совершившему преступление человеку посчастливится выйти сухим из воды. Но и стоит такой адвокат в десятки раз дороже. Как бывшему корреспонденту Тесс доводилось несколько раз бывать на судебных заседаниях, где выступали настоящие профессионалы, но Абрамович, надо полагать, превосходил их всех, как, впрочем, и его клиенты сильно отличались от клиентов его коллег.

Клиенты Абрамовича боготворили его. В их глазах он всегда был героем. Ему удалось выиграть три из семи безнадежных дел, за которые он брался в начале своей практики, но эти заслуги казались бесцветными по сравнению с его последующими триумфами. Ибо больше он фактически не проиграл ни одного даже самого скандального процесса.

Убийца полицейского отпущен на свободу. Тесс хорошо помнила это громкое дело. Абрамович тогда защищал Дэвида Бэйтса, которого обвиняли в убийстве полицейского, но неопровержимых доказательств его вины так и не смогли найти. Двумя годами позднее Бэйтс все же встретил свой конец, который можно было посчитать также и справедливым возмездием, — он был застрелен полицейским во время попытки ограбления дома в Балтиморе. А ведь если бы Бэйтс заслужил пожизненный срок, он бы мог прожить гораздо дольше.

Тесс даже записала имя убитого полицейского и имена его родственников, хотя произошла эта история двенадцать лет назад. Имен родственников многочисленных жертв среди ее бумаг было предостаточно.

Конечно, Абрамовича ненавидели многие, но вряд ли кто-нибудь из них мог бы решиться на такой беспрецедентный акт мести спустя столько лет. Тесс подобное казалось невероятным. На многих фотографиях Абрамович был запечатлен в окружении выражающих ему благодарность клиентов. «Ему льстило, что перед ним преклоняются отбросы общества», — думала Тесс, разглядывая снимки.

Такер Фокер пожимает руку своему адвокату Майклу Абрамовичу после того, как суд отказался вынести Фокеру, обвиняемому в убийстве Джоя Литтела, смертный приговор. Фокер был также признан непричастным и к другим преступлениям, в которых его обвиняли раньше.

Такер Фокер. И его тоже Тесс помнила очень хорошо. Его помнили все жители штата Мэриленд. Его дело потрясло тогда всех, кто слышал о его преступлениях, убийствах и сексуальных домогательствах в отношении несовершеннолетних. Ему было двадцать два года, когда он начал свой кровавый путь по городам Мэриленда — Сесил, Дорчестер, Уорчест: везде пропадали дети, только мальчики, тела которых находили впоследствии. Он был очень предусмотрителен и очень осторожен, ни с кем не поддерживал знакомств, не давал о себе никакой информации. И все же спустя шесть лет Фокер был пойман. Первую свою жертву он похитил в Гарретте, и, по его настоянию, этот мальчик был убит в Аллегани другим ребенком, которого Фокер решил «взять себе в ученики». Затем последовали Вашингтон, Хэйгестаун, где уже новый «ученик» стал свидетелем убийства предыдущего из Аллегани. Всего двенадцать убийств — до тех пор, пока последнюю его жертву не вытащили из багажника машины.

Тесс училась в том же колледже, что и Фокер, и была младше его на несколько лет. Его самого она никогда не видела, но слышала о его попойках и вечеринках от других учащихся. Худой светловолосый молодой человек с плохой кожей. Он мог бы стать кем угодно: рабочим на бензозаправке, служащим в банке, почтальоном, официантом. Ничего примечательного не было в его внешности. Ему более чем повезло с Абрамовичем. Ни один другой адвокат не избавил бы его от смертного приговора.

Но и другие дела Абрамовича были не менее любопытны. Грабители, насильники, снова грабители. Богатые, бедные, нищие — он не выбирал себе клиентов по признаку состоятельности.

Когда она разобралась с датами и последовательностью процессов, выяснилось, что именно дело Фокера оказалось последним делом Абрамовича. После этого он «ушел со сцены». От обвиняемых просто в убийствах он «перешел» к обвиняемым в убийствах на сексуальной почве. Не брезговал он и защитой бродяг, убивших другого бродягу, так называемых убийств на бытовой почве. Каждый процесс, в котором он принимал участие, вызывал бурную реакцию прессы. На этом собственно и завершалась первая часть его карьеры. Вторая имела отношение к его коммерческой деятельности и к попыткам создания образа респектабельного бизнесмена.

На фотографиях он был запечатлен на всякого рода презентациях и встречах, на благотворительных мероприятиях и концертах, организованных фондом борьбы со СПИДом, и на футбольных матчах. Ни на одном из снимков он не улыбался, и с ним рядом никогда не было никого, кроме его коллег и сотрудников компании «О’Нил, О’Коннор, О’Нейлл». Правда, на одной из фотографий он стоял рядом с отцом-основателем компании Симоном О’Нилом. О’Нил попал в кадр не целиком, и его лицо разглядеть было трудно,