Расследования Екатерины Петровской и Ко. Том 1 - Татьяна Юрьевна Степанова

— Вам не сюда. Вам на Южный. Аэроклубы у нас на том конце летного поля размещаются. Давайте в объезд. Тут у нас борта МЧС, грузовые и коммерческие рейсы, — завернула все их три оперативные машины охрана аэропорта на въезде.

Было уже два часа дня — самое пекло, когда они наконец переступили порог диспетчерской, осуществляющей контроль за спортивными и тренировочными полетами. Здесь было прохладно, работал кондиционер. За панорамным окном расстилалось летное поле. Издали самолеты казались маленькими, словно игрушечными. Возле них копошились крошки-люди, подъезжали оранжевые малыши-бензозаправщики. Это был какой-то удаленный, неведомый мир. Маленькие самолеты особенно потешно смотрелись в сравнении с гигантским транспарантом: «Прыжки со всех видов парашютов. Перворазники только по предварительной записи!» Транспарант был растянут напротив диспетчерской и полоскался на ветру, как солнечный парус.

«И даже тут все по записи, как к дантисту, — подумала Катя, украдкой фотографируя цифровой „мыльницей“ транспарант. — Интересно, а сколько всего на свете видов этих самых парашютов?»

— Что-то Поповы Глеб с Мишкой сегодня прямо нарасхват, — услышала она громкий мужской баритон: с Колосовым разговаривал дежурный диспетчер — вальяжный брюнет-симпатяга, благоухающий туалетной водой «Кензо». — Утром приезжали, спрашивали, вы вот тоже…

— Кто приезжал? — спросил Колосов.

— Да не знаю я — парень какой-то, вроде клиент их. Так я и ему сказал, и вам говорю — не знаю я, где Поповы. Как две недели назад уехали, так и след их простыл, ни звонков от них, ни заявок.

— А самолет их здесь?

— И самолета их нет. Забрали с собой.

— Что, улетели на другой аэродром? — спросил Колосов.

— Перебазировались на тяге. Глеб мне вроде жаловался — двигатель у него барахлил. Может, на ремонт куда поставили аппарат свой летательный? Подогнали тягач-трал, погрузили самолет на трейлер и укатили. А вы к ним по какому делу?

— Мы из уголовного розыска, вы что, удостоверение мое плохо рассмотрели? — Колосов оперся на стол диспетчера ладонями. — Значит, две недели назад, говорите, самолет они свой увезли? А какой у них самолет?

— «Вильга». Польский, одномоторный. «Вильга-35А». Во-он такой вот. — Диспетчер указал вдаль, где стояли самолетики, чем-то неуловимо похожие на «кукурузники», облагороженные современным дизайном. — Летательный аппарат хоть куда. Хочешь в пике уходи, хочешь планируй, хочешь — на голову гражданам грохай… А что же они, Поповы-то, натворили, раз вы их… — Нам профессиональные пилоты нужны для небольшой консультации. И именно такие, которые такую вот одномоторную «Вильгу» пилотируют. — Колосов врать вообще-то не умел, и выходило это у него неуклюже. — А этот клиент, что утром о них справлялся, — он из Москвы приехал?

— Это вы меня спрашиваете? Откуда ж я знаю? У нас тут целый день табун табуном — гляньте вон, сколько народа. А почему такое столпотворение? А потому что из-за запрета на полеты в связи с госмероприятиями мы все эти дни в нормальном режиме работать не могли. Только сегодня после обеда наконец-то поступило распоряжение об отмене всех ограничений. А так все загорали мы кверху задом. — Диспетчер хмыкнул. — Ни тебе полетов тренировочных, ни ознакомительных, ни прыжков, ни групп. Парапланеристы и те загорали. Воздухоплаватели — и те!

— Этот, кто справлялся о Поповых, он тут у вас прежде здесь бывал? — прервал его Колосов.

— Вроде да, потому как ориентируется. Я ему посоветовал у Гришенкова насчет Поповых спросить. Это водитель тягача-трейлера, что тут у нас работает. Когда что-то с летательным аппаратом не так, обычно он наших пилотов выручает — транспортирует. Наверняка он и Глеба с Михаилом перевозил. Больше-то некому. Мисютин у нас в отпуске. А у Саенко тягач в ремонте.

— А где Гришенков? Я могу с ним сейчас поговорить?

— Это вряд ли. Он полчаса как уехал.

— Куда?

Диспетчер в одно касание набрал номер телефона:

— Это я, Димитрий. Ну а то кто же? Вы там совсем уже на радостях, что ли? Смотри мне, не подводи. Что? Перворазники? Гони их, сегодня не их день, не их очередь. У меня заявок — ворох, а взлетно-посадочных полос только две свободных… Перебьются, пусть Жора перепишет их на другой раз. Слушай, а Гришенков у нас куда уехал? В Сомово? Ты глянь по путевке, тут из милиции интересуются… Да нет, он ничего не натворил… Куда? В Басманово? А говорил, в Сомово… Ну, это на целый день, там возле аэродрома баба у него живет в поселке пчеловодов…

— Басманово — это аэродром? — спросил Колосов. — Это под Звенигородом, что ли, который? Так, ясно. А по журналу полетов можно проверить, куда Поповы вылетали, на какие аэродромы?

— Можно, об чем речь. — Диспетчер выудил из ящика гроссбух. — У нас и в компьютере есть расписание. Так, записываете? Вам майские последние? Или все подряд?

— Все пункты.

— Так, а не так уж и много они налетали этой весной. Я гляжу, в аэроклубе дела у них швах… Видно, чем-то другим бабки зарабатывают. Так, с 1-го по 10 мая в связи с праздниками полеты были отменены, с 11-го по 15-е — вылеты на аэродром Волосово, это под Чеховом, 21-го — вылет в Басманово, перерыв в полетах — никаких заявок на группы или частные уроки пилотажа они не брали, затем… затем с 26-го по 28-е — вылеты на аэродром в Мячково. И… все. Я же говорю — не перетрудились они.

Колосов списал данные себе в блокнот.

— Скажите, некий Андрей Грачевский вам знаком? — спросил он.

— Первый раз слышу такую фамилию.

— А у нас сведения, что он работал или подрабатывал тут у вас кем-то.

Диспетчер на этот раз сверился с компьютером:

— Нет, такой в списках, что нам подают руководители аэроклубов, не числится.

— Возможно, он у этих самых Поповых и работал, — подсказал Колосов.

— Ну, может, на договоре как-то… Не в курсе я. Вроде крутился там возле них какой-то пацан. Пухленький такой… Видел я его, но по нашей базе данных он не проходит. Они небось его сами по договору наняли, а может, и так, без всякого договора.

— А что, у вас так, без документов, не возбраняется? Случайные люди работают? А как же обеспечение безопасности аэродрома?

Симпатяга-диспетчер лишь пожал на это могутными плечами и указал куда-то наверх — я что, вы вот с кого спрашивайте.

Вышли из диспетчерской тесной сплоченной опергруппой, но уже в похоронном настроении.

— Облом, шеф.

— Вот вам и красивое задержание…

— Разговорчики! — Колосов оглядел свою «убойную» гвардию. — Раз начали операцию, на полдороге не бросим.