Холодный ветер - Пейдж Шелтон

– И мне так показалось.

– Ясно. Давай посмотрим сюда. – Он открыл какой-то сайт. Заголовок гласил: «Бенедикт, Аляска: при пожаре погибли двухлетние девочки-близнецы, найдено только одно тело».

– Боже, какой ужас!

– Теперь припоминаю, – рассеянно сказал Орин, пока мы читали репортаж. – Это случилось прямо перед моим приездом, может, за месяц или два. Я еще жил в Анкоридже, но этот случай помню.

Короткая заметка вышла в «Эмпайр», ежедневной газете Джуно, шесть с половиной лет тому назад.

Тем летом на окраине Бенедикта сгорел дом. Такое иногда случалось – как из-за молний, так и потому, что огнем часто обогревали и освещали дома. На Аляске бывали и лесные пожары. В заметке, как ни странно, центральное место уделили тому, что огонь был локализован в доме и дальше не распространился, а потом как бы походя упомянули, что нашли тело только одной девочки. Никаких намеков на то, куда девалась вторая.

– Тело могло сгореть дотла? – спросила я.

– Думаю, что могло, – ответил Орин. – Но что-то тут нечисто. Они должны были найти останки. Знаешь, Бет, наши власти бывают не особо компетентны. Вполне вероятно, что им не хватило опыта – или просто поленились все тщательно расследовать.

– Грил?

– Ну, как знать. Он или другие, которые приезжают помочь с расследованиями. Такова жизнь: мы никогда не бываем для других на первом месте, но люди сюда переезжают в том числе и поэтому. Сам я приехал сразу после этих событий и подробностей не знаю.

В его тоне слышался выпад; я не отводила взгляд от экрана, чтобы не встретиться с Орином взглядом.

– И это все? Единственная статья про пожар, в котором один ребенок погиб, а тело второго не нашли? Должно быть что-то еще.

– Ко всему прочему, из Джуно могут и не прислать репортера поразнюхать – и тому есть причины. Здесь другой мир, да и погода частенько мешает. – Пальцы его опять забегали. – Новости есть каждый день, всегда найдется что-нибудь позаманчивее. Не могу найти никаких статей с продолжением истории.

– А что ты еще ищешь?

– В статье нет имен. Я ищу объявление о смерти.

– В старых выпусках «Петиции» я не видала некрологов.

– Иногда Бобби печатал объявления, иногда нет. Ага. Вот официальное свидетельство штата о смерти. Наверное, это той девочки, которую они нашли.

Кроме даты там стояло: «Дженни Хортон, два года. Причина смерти: травмы при пожаре».

– И это все?

Орин пожал плечами.

– Здесь приводится официально установленная причина смерти; больше ничего и не должно быть.

– Ты был знаком с Хортонами?

Он покачал головой.

– Не думаю. Они, наверное, уехали до того, как переехал я, вскоре после пожара.

– Можешь отыскать, куда они уехали? И где был дом?

Орин что-то напечатал и кликнул мышкой.

– Не знаю, куда уехали, а дом был рядом с домом Рэнди. Не могу понять, где проходят границы землевладений. Со временем разберусь.

– Что ж, еще одна загадка пополнила нашу копилку, – сказала я. – Быть может, все они связаны. А может, и нет. – Я моргнула. – Орин, ну что за хрень происходит!

Он захлопнул ноутбук.

– Вернусь в библиотеку. Там продолжу расследование и позвоню Грилу.

– Погоди, – перебила я, пока Орин ставил ноутбук обратно на стол.

– Что?

– Что с Лейном? Мужчиной, который живет в лесу без всяких признаков цивилизации?

Орин покачал головой.

– Не слышал о нем. Если он заходил в библиотеку, может, я его и узнал бы. Но имя мне ничего не говорит.

– Он знал, кто такой Грил.

– Ну и что. Куча народу знает шефа полиции.

– Но как это вообще возможно? – спросила я. – Как может человек существовать без электричества, без всяких контактов? Так жить, что о нем никто никогда не слышал? Разве можно вообще выжить на продаже меха и шкур?

– Можно, если жить скромно, – ответил Орин. – Я знаком кое с кем из трапперов. Своеобразные ребята, но, сказать по правде, могут оказаться кем угодно. Видел я и таких, что двух слов связать грамотно не могли, и тех, что получили отличное образование. Думаю, они просто выбрали такой образ жизни.

– И ты ни разу не забирался так далеко?

– Ни разу – далеко я забираюсь только в компьютере. Раньше меня тянуло на приключения, но эти времена давно прошли. Насчет оползня, обнажившего старую лесовозную дорогу, – такое случалось, слышал. Посмотрю информацию и про Лейна.

– Неподалеку от сарая я видела что-то вроде надгробий, а внутри там – среди всего прочего – была детская одежда, – сказала я. Когда рассказывала, упустила эти подробности.

– Ой. Что-то мы нагоняем жути, Бет. Натянули связи между известными фактами, а между тем они вполне могут объясняться сами по себе.

– Откуда взялись эти девочки?

– Грил узнает. Он профессионал.

– Надеюсь.

– Точно узнает.

Я кивнула.

– Ладно, я с тобой свяжусь, – сказал Орин. – Я тебе очень благодарен, что все рассказала. Обещаю, что Грил не будет злиться, особенно если раздобуду ему новые данные.

Я ответила:

– Я скажу ему, что говорила с тобой.

Прощаясь, Орин сложил пальцы в знак мира. Я закрыла за ним дверь, заперла ее на замок и наконец-то позвонила детективу Мэйджорс. И очень обрадовалась, когда она взяла трубку.

Глава двенадцатая

– Бет, у вас все хорошо? – первым делом спросила Мэйджорс.

– Извините. Да, все в порядке. Я вышла из зоны доступа, и чтобы перезвонить, пришлось ждать, когда попаду в место со связью.

Детектив знала, что я уехала в Бенедикт в штате Аляска. И про плохое покрытие тоже знала. Правда, мы не созванивались уже недели три.

Ей я звонила из больницы, просила отвезти меня в аэропорт. На континенте она единственная знала, куда я уехала.

– Что ж, это хорошо, что вы в порядке, – сказала она после долгой паузы.

– Что стряслось?

– Вы сидите?

– Да. – Я правда сидела.

– Мы знаем, как его зовут. По-настоящему.

У меня сразу похолодели руки и участилось дыхание. Я сказала себе: вчера я и вправду вышла из зоны комфорта, но сейчас туда вернулась – туда, где мне и положено быть. Я в безопасности.

Со дня похищения стало почти невозможно разобраться в себе, понять собственные эмоции. Они были неправильные, необычные, не такие, какие положено чувствовать нормальным людям. Гипертрофированные, перекошенные, перепутанные. Но от этого не менее настоящие. Внезапно из глаз потоком потекли слезы.

– Кто он? – спросила я. Взметнувшаяся волна эмоций не задела голос, и на фоне льющихся слез мои слова прозвучали совершенно нормально.

– Судя по ДНК, которую обнаружили на одеяле,