Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

больницу людей (на самом деле никто не проходил близко от него), он улыбнулся и, вскинув брови, издал пару негромких смешков. Но мало-помалу все звуки прекратились, Ли Дэян стоял на прежнем месте, закрыв лицо рукавом белого халата, не в силах сдержать льющиеся слезы, его рука, сжимающая телефон, подрагивала от сотрясавших его тело рыданий…

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем он отнял руку от глаз. От слез глаза покраснели и опухли, но и стали чуть яснее от такой промывки. Глядя на обшарпанный город, припорошенный снегом, он вдруг отчетливо вспомнил давно забытые события из прошлого: как во время стажировки он неделями не возвращался домой, дни и ночи проводил в приемном зале, старательно учась у врачей; как однажды на УЗИ обнаружил тяжелый геморрагический асцит и, схватив ребенка на руки, побежал в отделение реанимации, ударился плечом о дверной косяк, а потом два месяца проходил с пластырем, а отек от ушиба все никак не спадал; как в другой раз, в детском саду, оказывая помощь детям, у которых от пищевого отравления была сильная рвота, он за один вечер вынужден был четыре раза сменить халат; как во время вечерних и ночных дежурств вертелся как белка в колесе и не мог даже отлучиться в туалет, все время терпел и в результате заработал цистит; как много раз сменялся с дежурства голодным и смертельно уставшим и не знал, что сделать сначала – поесть или поехать домой поспать, в результате чаще всего засыпал в офисе, скрючившись на стуле с булочкой в зубах, но, услышав за дверью истошный детский плач, тут же вскакивал и, на ходу глотая булочку, мчался в приемный зал… а еще как в студенческие годы вместе с одногруппниками бесчисленное количество раз с трепетом в душе читал клятву Гиппократа: «Приступая к осуществлению профессиональной врачебной деятельности, я торжественно клянусь: посвятить свою жизнь служению людям, прежде всего думать о здоровье и счастье больных, уважать личные права и достоинство пациентов, почитать человеческую жизнь как наипервейшую ценность, независимо от возраста, природы болезни, национальности, пола, гражданства, убеждений, социального статуса больного, а также любых других обстоятельств направлять все свои силы и умения для обеспечения его благополучия».

Ли Дэян стоял на холодном ветру, снова и снова повторяя про себя эти слова, и с каждым разом ледяная корка, сковывающая его сердце, становилась все тоньше.

Спустя долгое время, когда он уже совсем закоченел на морозе, былые мечты и энтузиазм пробудились в нем снова, и он всей душой ощутил их жар и бурление.

Как раз в этот момент во двор, рокоча, въехал крытый тентом грузовик и остановился прямо перед ним, в щель между брезентовыми полотнищами выглянула круглолицая девчонка и, проворно спрыгнув на землю, кинулась к нему с криком: «Дядя Ли!»

Присмотревшись, Ли Дэян узнал Юань Юань и сделал широкий шаг ей навстречу:

– Юань Юань! С тобой все в порядке?

– Со мной все отлично!

Сидевший в кузове вместе с детьми Ху Лайшунь отвернул в сторону брезент и откинул борт кузова:

– Дэян, у нас есть девочка с сильным растяжением лодыжки, помоги ей спуститься, сейчас я тебе ее передам, поможешь ей дойти до зала?

– При растяжении нужно поменьше ходить. – Ли Дэян повернулся спиной к кузову и нагнулся – Пусть она сядет мне на спину, я ее отнесу!

Глядя, как Ли Дэян с Ван Юйсинь на закорках медленно и осторожно идет к залу неотложной помощи, Ху Лайшунь потеребил кончик носа и пробормотал:

– Что это с ним такое?

8

Когда дочь наконец бросилась к ней в объятия, Чжоу Юнь сжала ее так крепко, так сильно вцепилась пальцами в ее одежду, словно боялась, что она может исчезнуть. Она прижимала к себе Юань Юань, бормоча, будто говорила сама с собой: «Все в порядке, все в порядке…», глаза ее опять покраснели.

В этот момент к ним подошла учитель Хэхэ, погладила Юань Юань по волосам со словами:

– Ой, только что была такая храбрая девочка, а сейчас что вдруг заплакала?

Чжоу Юнь поприветствовала ее легким кивком.

Учитель Хэхэ улыбнулась:

– Сегодня мы все должны благодарить Юань Юань: если бы не она, нам пришел бы конец. – И рассказала, как Юань Юань сражалась на лестнице с напавшим на них злоумышленником и как спасла жизнь Ду Пых-Пых, когда у той случился сердечный приступ. – Заведующая Чжоу, раньше Юань Юань не могла решить, идти ли ей в школу искусств или в обычную среднюю школу, но, как мне кажется, ей лучше продолжить учиться: будет очень жаль, если она не станет врачом.

Чжоу Юнь и подумать не могла, какие опасности пришлось пережить ее дочери, и, хотя внешне она оставалась спокойной, внутри у нее все перевернулось, и она еще крепче прижала к себе Юань Юань:

– Малыш, большая удача, что тетя Шаолин и тетя Да Нань так вовремя приехали. Если бы этот негодяй ворвался внутрь, страшно подумать, что могло случиться! И как ты могла так спокойно проводить сердечно-легочную реанимацию?

– Папа говорил мне, что, приступая к оказанию неотложной помощи, первым делом нужно убедиться, что вокруг безопасно, потому что если начнешь реанимацию, останавливаться нельзя, даже если рухнет небо.

Чжоу Юнь на минуту потеряла дар речи, а потом сказала учителю Хэхэ:

– Спасибо вам, несмотря на то, что произошло, с детьми все в порядке, ни у кого нет тяжелых травм.

Учитель Хэхэ с грустной улыбкой ответила:

– Вы говорите, все в порядке, а я даже не знаю, продолжит ли работу школа «Маленькие лебеди» после такого… сейчас я пойду обзванивать родителей, чтобы они не волновались.

Она уже собралась уйти, как ее из офиса окликнул Лэй Лэй; помимо того что он попросил ее еще раз рассказать о нападении, ей пришлось ответить на множество вопросов, но ни о личности нападавшего, ни о его мотивах учитель Хэхэ ничего не знала и о том, что незадолго до этого вокруг школы «Маленькие лебеди» были какие-то конфликты, вспомнить не смогла… Когда на лицах у Лэй Лэя и Фэн Ци уже проступило разочарование, Лао Чжан, все время до этого осматривавший оставленную злоумышленником серую курьерскую куртку, вдруг спросил:

– Учитель Хэхэ, вы можете вспомнить, когда вы в последний раз перед случившимся видели эти старые коврики, которые были сложены внизу под пожарной лестницей?

Учитель Хэхэ ненадолго задумалась и ответила:

– Вчера после обеда в школе было собрание, было решено арендовать еще и пятый этаж и расширить масштаб деятельности, но вместе с тем с целью сокращения расходов