Белоснежка - Канаэ Минато

не забирал свои вещи из стиральной машины, задерживая других, и такие, кто почти каждую ночь приводил своего парня и развлекался по полной до самого утра. О таких людях мы с госпожой М иногда злословили или даже делали им замечания, а вот Рели – никогда.

Да и вообще, Рели не такой жесткий человек, чтобы пойти на убийство из-за неразделенной любви. Она из тех, кто в таких ситуациях уходит в себя. В студенческие годы, испытывая неразделенные чувства, она говорила что-то вроде «любовь – это не для меня» и полностью переключалась на кого-то недосягаемого, вроде какого-нибудь артиста.

Однако я понимаю и то, почему Рели оказалась под подозрением.

“С начала наступившей за этим недели г-жа S не появляется на работе, солгав, что ее мать якобы находится при смерти”.

А что, если это господин Синояма втянул Рели в преступление? Обманул ее, а теперь пытается свалить на нее всю вину. Может быть, все люди, которые дают показания против Рели, в сговоре с ним?

Мне кажется, журналист, написавший эту статью, не способен в полной мере понять, что произошло. Он лишь выхватывает отдельные моменты, которые были представлены ему как интересные или забавные, и, полагая, что это понравится публике, легкомысленно связывает их друг с другом, создавая совершенно искаженную картину. Может быть, кто-то, раскусив сущность этого журналиста, специально направил его в нужную сторону?

Когда я написала слова «в сговоре с ним», мне в голову пришла еще одна версия.

А не может ли быть так, что это госпожа Норико Мики собиралась напасть на Рели?

Она такая простодушная – если бы госпожа Норико Мики попросила отвезти ее в Сигурэдани, Рели бы ей не отказала, и даже пошла бы с ней в лес, не заподозрив подвоха. Там госпожа Норико Мики напала на Рели, та стала защищаться, и в суматохе нож вонзился в нападавшую.

Это была ситуация «или я, или она». Может быть, охваченная страхом Рели нанесла госпоже Норико Мики множество ударов ножом. А тело подожгла потому, что все для этого уже было подготовлено самой госпожой Норико Мики, и Рели сделала это машинально.

В таком случае это – законная самооборона.

Понимаю, что эти предположения кажутся абсурдными. Но я не могу полностью отвергнуть эту версию потому, что после происшествия от Рели нет никаких вестей. Похоже, она действительно каким-то образом замешана в этом деле.

Впрочем, если она втянута в преступление и поэтому скрывается, она бы обратилась за помощью ко мне или к госпоже М. Но ни со мной, ни с госпожой М она не связывалась.

Значит ли это, что Рели виновна не в пособничестве, а в более тяжком преступлении? Боюсь, что, если она действительно лишила жизни другого человека – не важно, было ли это самообороной или нет, – она может не выдержать чувства вины и…

…решит покончить с собой!

Если Рели случайно прочтет «Сюкан Тайё» и узнает, что ее подозревают, разве она не будет чувствовать себя загнанной в угол?

Вы ставите ее в безвыходное положение.

Ниже я приведу адрес ее родительского дома. Найдите Рели, пока не поздно. Если с ней случится самое страшное, я подам в суд на «Сюкан Тайё».

Пусть даже она окажется преступницей – верните мне мою дорогую подругу.

Матико Одзаки, Ая Симада

– Здравствуйте, это Матико Одзаки. Спасибо, что прислали мне «Сюкан Тайё». Я внимательно прочитала. Но перед этим – как вы раздобыли список выпускников?

– Что-о, не можете раскрыть источник информации?! Смешно! Прямо настоящий журналист. Строите из себя важную персону, а небось просто купили его в интернете.

– Такое продают? Нас же после выпускного предупреждали, что их нельзя продавать!

– А какой смысл предупреждать? Даже если расписки брать, всегда найдутся те, кто спокойно продаст ради денег. Закон о защите персональных данных только на бумаге существует. Информация утекает как вода сквозь пальцы.

– Вот почему мне в последнее время часто приходит рассылка от брачных агентств. Я удивлялась, откуда они знают, что у меня нет парня. Ну да, вы, наверное, по списку обзванивали всех девушек, которые учились в одном классе с Мики Сироно, так и добрались до меня, правильно? Теперь все ясно. Могли бы сразу сказать. А то я подумала, что дело опасное, и подругу с собой привела.

– Извините, что помешала. Я – Ая Симада. Мне давно хотелось дать кому-нибудь интервью. Ну, не обращайте на меня внимания, начинайте, пожалуйста.

– Сначала посмотрите на это.

– Ничего себе, Матти, ты даже школьный журнал[37] принесла. Хорошо подготовилась!

– Ну, это же важно показать… Вот та страница.

– Рейтинги учеников класса 3-B? Не может быть! Смотри, Мики Сироно на втором месте в рейтинге «Кто может совершить преступление?». Как тебе удалось это отыскать?

– Правда я крутая, да? Знаете, когда вы сказали, что хотите поговорить о Мики Сироно, я сначала даже вспомнить не могла, кто это. Думаю: а у нас вообще была такая? Совершенно не понимала, почему вы позвонили именно мне. Но поскольку из нашего класса почти никто в городе не остался, я решила, что надо помочь, и согласилась на интервью. А раз согласилась, значит, придется отвечать на вопросы, верно? Решила подготовиться, открыла школьный журнал за третий класс – и надо же! – оказывается, мы были в одном классе! А потом, когда просматривала рейтинги, нашла вот это.

– Слушай, а эти рейтинги не так уж и бессмысленны. Вот смотри – в категории «Кто раньше всех выйдет замуж?» занявшие три призовых места уже замужем. А вот Такэсита, второй в рейтинге «Кто попадет в шоу-бизнес?» – он сейчас вроде модель в каком-то журнале?

– Знаешь, это конкретно пугает! Этот-то рейтинг точно не должен был сбыться!

– Матти, ты тоже голосовала за госпожу Сироно?

– Не знаю. Я ведь даже забыла, что мы с ней в одном классе учились.

– Не удивительно. Она ведь такая тихая была, незаметная. Хотя училась хорошо.

– Ая, так ты хорошо ее помнишь?! Ты тоже была с ней в одном классе?

– Да, во втором классе. Из-за фамилий у нас с ней были близкие номера[38]: она – Сироно, я – Симада. На уроках домоводства и в школьных поездках мы с ней попадали в одну группу. Поэтому и помню.

– Ая, так ты лучше меня ее знаешь! Хорошо, что я тебя позвала. Может, тогда ты первая расскажешь про нее?

– Да что тут рассказывать? Я, если честно, не особо ее любила. Такая правильная была, или, лучше сказать, – принципиальная?.. На кулинарных занятиях у нас были четко распределены обязанности, каждый отвечал за