Загадка тихого озера - Дарья Александровна Калинина

Давида? Если он был с Изабеллой в таких близких отношениях, то они должны были вспомнить про него. И в первую очередь они должны были побежать к нему, чтобы проверить, не у него ли сейчас их мама.

Но Никита Максимович не мог ей помочь. К нему в дверь позвонили. Вернулась Ната. И счастливый следователь побежал мириться со своей невестой. Так что со своими размышлениями и тревогами Оля обратилась к Свете, которая мыла посуду и одновременно разговаривала с Калачиком, который свернулся у ее ног и внимал каждому слову. На самом деле Калачика интересовали кусочки мяса, которые остались после ужина. И вся его внимательность основывалась на том, чтобы не упустить их из виду.

И пока Калачик доедал остатки ужина, его хозяйка рассказала Светлане о том, что ее волновало.

— И зачем Давиду понадобился «приманиватель»? — хмыкнула Светлана. — Куда он с ним пойдет? Серьезные научные лаборатории с таким горе-предпринимателем, который даже собственный бизнес построить не сумел, а что имел, то развалил и разбазарил, понятно, дел иметь не станут. Конечно, если у него имеются какие-то связи, а они у него есть, то он может попытаться пристроить изобретение Рудольфа через третьи руки. Но это снова риск. Надо ожидать, что такие знакомые его могут попросту кинуть.

— Мне страшно за Славу. Что Давид с ним сделает? Вдруг сейчас он и его подручные избивают Славу, пытаясь выбить из него правду?

— Твой Слава должен был думать, что делает.

— Что он делает?

— Да ведь он неспроста взял устройство у Рудольфа Васильевича. Понимаешь?

— Он его испытать хотел.

— Испытания! Пф-ф! Брехня! Слава планировал продать изобретение втихую от Рудольфа! Хотел прикарманить себе все деньги. Не удивлюсь, если Изабелла его этому и научила!

— Но сейчас они оба попали в беду. Сейчас их мучают! Бьют! Возможно, даже насмерть!

— И что ты предлагаешь?

— Никита Максимович неосторожно назвал то место, где находится загородный дом, в котором живет Давид.

— И что?

— Я посмотрела на карте, там не так уж много новых домов. По факту это деревня, где все домишки построены еще во времена СССР. Новых домов там не наберется и десятка. А больших, достойных того, чтобы в них согласился жить Давид, и того меньше будет.

— Предлагаешь наведаться к Давиду в гости?

— Почему бы и нет? Поедем! Спасем Славу!

Света закончила мыть посуду, сложила полотенце, села и печально посмотрела на Олю.

— Много я слышала от тебя глупостей, но эта уже превосходит их все! Давид этот не гнушается действовать криминальными методами, может, он вообще настоящий преступник и убийца, который просто ни разу до сих пор не попадался. Если он похитил Славу и Изабеллу, то что ему помешает поступить так же и с нами?

— Но он же не будет знать, что мы к нему пожаловали. Мы приедем тайком.

— А! — обрадовалась Светлана. — Уже лучше. Ну, продолжай! Излагай свой план. У тебя же есть план, я правильно понимаю?

План у Оли был, но она не была уверена, что он понравится подруге. Потому излагать она его начала довольно робко.

— Я почти уверена, что Слава с Изабеллой не выдали Давиду место, где спрятали устройство. Значит, с ними продолжили вести допрос. А где лучше всего допрашивать людей с пристрастием? Самое надежное место — частный загородный дом. Если он стоит в отдалении от других домов или соседи рядом не живут, то и несчастных жертв никто не увидит и криков их тоже не услышат. Значит, Слава и Изабелла сейчас у Давида в доме.

— Пока все звучит логично. Но что-то мне подсказывает, что продолжение твоей мысли мне не понравится.

У Оли тоже было такое чувство.

— Мы едем в эту деревню Старожилка, находим там нужный нам дом и незаметно пробираемся в него.

— Ага!

— Пробираемся и спасаем пленников.

— Или сами попадаем в ловушку.

— Для подстраховки оставляем снаружи Катю. Если с нами что-то случится, она сообщит Никите Максимовичу, и он нас выручит.

Светлана покачала головой.

— Что-то я сомневаюсь, что наш следователь ради нас полетит за тридевять земель махать шашкой. Когда ты просила его подстраховать в случае с «Приютом Магдалены», он отказался.

— В случае с Кристиной он знал, что там обитает дезинформатор, который уже не первый раз устраивает бучу на пустом месте и поднимает силовиков на ноги без должного на то повода. Вот и не дергался. Но сейчас-то повод серьезный! Похищение людей, вымогательство и, возможно, пытки.

— А также, возможно, что и похищение и все остальное. То, что Слава с Изабеллой в руках у Давида, лишь наши с тобой предположения. Возможно, их там нету.

— А если есть? Если я права? Разве ты сможешь спокойно лечь спать, зная, что происходит?

— Я-то смогу, — заверила ее Светлана. — Вопрос, сможешь ли ты? И что-то мне подсказывает, что нет, ты не сможешь. Потащишься спасать своего Славу, хотя зачем тебе это нужно, одному Богу ведомо. Он завел шашни с этой мутной Изабеллой. Фактически предал тебя. Вот и пусть выпутывается из беды самостоятельно.

— Не могу я его бросить. Все-таки столько лет вместе. Пусть пылких чувств и не осталось, но он все равно мой друг. А друзей в беде не бросают.

Светлана вздохнула:

— Тогда и говорить нечего. Собирайся да поехали.

Оля очень обрадовалась.

— Так ты со мной?

— Ну а как же!

Но возникла еще одна проблема в лице Катерины. Оторвавшись от своего ненаглядного, она очень удивилась, что подруги куда-то собираются без нее. А узнав, куда именно они намылились, Катя обиделась.

— Без меня?! Да как вы могли!

— Но мы думали, ты хочешь побыть с Рудольфом Васильевичем.

— Нет! Я вас тоже не оставлю! Рудольф дрыхнет, ну и пусть спит спокойно до утра, что с ним станется?

— Оставим ему записку. Мол, ушли, но скоро вернемся. Ждите.

Так они и сделали. Калачику тоже пришлось остаться дома, хоть он охотней отправился бы со своей хозяйкой и ее подругами, которых песик втихомолку считал своими приемными мамами. Но, увы, ему выпала честь сторожить какого-то малознакомого чудика, к которому у Калачика не выработалось еще ни капли привязанности. До чего же несправедливой бывает жизнь! Вот какая мысль читалась в честных глазах Калачика, которыми тот, стоя в дверях, провожал трех своих хозяек на их дело.

Глава 7

Добраться до Старожилки оказалось лишь половиной дела. Сама деревня представляла из себя разрозненное сборище разнообразных домов, домишек и прочих построек. Относительно новыми могли считаться лишь