"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 - Сандроне Дациери

Барт просматривает отчет о вскрытии, жуя поданную в качестве комплимента фокаччу. Коломбу давно не шокируют фотографии трупов, но у ее подруги они даже не отбивают аппетит.

– Термический шок и гипоксия. Вдыхание азота вызвало отек легких, затем от чрезмерного холода остановилось сердце, – говорит Барт, дочитав отчет. – Кроме того, у него были многочисленные холодные ожоги третьей степени, очень обширные. Кожа на животе содрана до мяса, с обширной геморрагической областью. Авульсия из-за примораживания?

– Если это означает, что он примерз к чему-то холодному, то да.

– Именно так… Никогда не видела такой обширной раны. Можно я покажу эти фотографии своим студентам?

– Дождись хотя бы окончания расследования. Сколько времени занимает такая смерть?

Просматривая текст, Барт берет еще один кусок фокаччи. При виде того, как она прикасается к экрану планшета жирными пальцами, Коломбу передергивает.

– Согласно заключению моего коллеги, уровню кислорода, перфузии тканей, кортизола… и так далее… максимум три минуты.

– А потеря сознания?

– Возможно, он оставался в сознании до самого конца.

– Тогда почему он не выбрался из сауны?

– Запаниковал, слишком поздно спохватился… Это ведь ты у нас детектив. Какова твоя версия?

– У меня ее нет, не люблю выдвигать версии без веских оснований. Данте считает, что кто-то запер его внутри. Но он вечно предполагает худшее.

– Да уж… А теперь объясни, почему ты занимаешься мертвецом.

– Так вышло случайно.

Коломба вводит ее в курс событий, умолчав о ДИБ. Ей неприятно лгать Барт, и она недоумевает, как настоящие шпионы умудряются вешать всем лапшу на уши.

– Где вы будете ночевать?

– Данте настоял на том, чтобы остаться в доме покойника в «Городских джунглях». Мне это не по душе, но что тут скажешь…

– Данте – это Данте, – произносит Барт, привыкшая к откровениям Коломбы. – Там живет мой знакомый хирург. Пару раз он приглашал меня на мероприятия, которые устраивал «Ротари-клуб». Там есть зал для приемов с большой террасой. – Барт описывает ее, и Коломба понимает, что терраса находится на противоположной стороне от их террасы, рядом с квартирой девушки в халате. – Правда, сейчас мой друг волонтерствует в Сомали с «Врачами без границ», так что он точно ни при чем.

– Ты познакомилась с кем-нибудь еще?

– На мероприятиях были в основном люди со стороны. Возможно, мой друг и знаком с парой соседей, но он с ними не общается. Если жильцы не пользуются одним и тем же лифтом в одни и те же часы, то могут никогда не встретиться. Если только не посещают бассейн, но туда ходят одни дети. И по своего рода негласному правилу никто не сплетничает. Тамошних работников увольняют даже за селфи перед башнями. – (Им приносят пиццы, такие большие, что не помещаются на блюдах, но очень тонкие.) – Настоящая миланская пицца, – говорит Барт.

Коломба отрезает себе кусок: начинка оказывается вкусной, хотя она предпочитает тесто попышнее.

– Я даже не знала, что есть такое понятие.

– Миланская версия есть у всего, даже у убийств. Милан уже не часть Италии, а особое государство. – Барт крадет оливку с ее капричозы[99]. – Никак не привыкну к мысли, что ты теперь частный детектив. Я их не слишком жалую. Те, кого я встречаю в суде, делают все возможное, чтобы спасти задницы своих клиентов, нередко выставляя меня и моих подчиненных дилетантами.

– Поэтому я и тянула с получением лицензии. Мне не нравится быть у кого-то на побегушках, я хочу сохранить непредвзятость.

– Непредвзятых людей не бывает… Как вышло, что ты притащила с собой Данте? – Барт лукаво улыбается. – Разве ты сто раз не говорила мне, что с тебя хватит и вы больше не вместе?

– Мы дружим. Спим раздельно.

– Хотя он предпочел бы иное.

– Ну, это естественно, он мужчина. Главное, чтобы он меня из-за этого не доставал, а он никогда этого не делает.

– Он не просто мужчина. Он в тебя влюблен.

– Да ладно…

– Как скажешь.

– Просто, на мой взгляд, это не моя проблема. Он мне дорог, и мне жаль, если я сделала ему больно, когда сказала, что нам лучше остаться друзьями, но я полагаюсь на его мозги.

Барт морщится:

– А я полагаюсь на твои. Зря ты отправилась с ним в кругосветное путешествие, он мог неправильно тебя понять.

Понимая, что подруга права, Коломба на пару минут сосредоточивается на пицце. Тонкое тесто быстро остывает, и куски можно отрывать и сворачивать.

– После последней передряги я была разбита, а он совершенно потерян. Мы уехали вместе, чтобы оправиться, и какое-то время нам было хорошо. – Она улыбается. – В том числе потому, что у него еще оставались семейные деньги и мы могли путешествовать с комфортом.

– Неужели у него отняли абсолютно все?

– Да. К счастью, прежде чем его ободрали как липку, Данте успел купить дом и сделать кое-какие инвестиции.

– И ты не хочешь быть с ним, потому что он обеднел, – шутит Барт.

– Нет. Я не хочу быть с ним, потому что у нас бы ничего не сложилось. Данте мне как брат, – возражает Коломба.

Барт смотрит на нее с сомнением:

– Когда вы возобновили общение?

– Несколько месяцев назад. Он заявился ко мне домой в три часа ночи, пьяный вдрызг, позвонил мне в домофон и сказал, что не хочет меня терять и готов быть мне просто другом.

– Ты ведь понимаешь, что, пока он с тобой общается, его чувства не пройдут?

– Да брось, можно подумать, мы были женаты и имели детей. У него миллионы подписчиков, и среди них тысячи женщин, мечтающих с ним переспать.

– А если кто-то из них и впрямь с ним спит? Или это просто предположение?

– Я-то, блин, откуда знаю? Мы не обсуждаем такие темы. – Ее мобильник вибрирует, и на экране высвечивается номер Данте. – А вот и он, легок на помине. Купить тебе сигареты? – спрашивает она в трубку, радуясь предлогу свернуть неловкий разговор, но через мгновение на заднем плане слышится вой сирены. Коломба резко меняет тон: – Придурок, что ты натворил?

– Нашел способ узнать, кому принадлежит эта пустая квартира, – тяжело дыша, отвечает Данте. – Но, КоКа, лучше приезжай сюда, пока меня не арестовали.

11

Когда Коломба приезжает, тревожная сигнализация уже выключена, но перед зданием еще стоит полицейская машина. Коломба знакома с одним из двух патрульных. Ей приходится поговорить о прошлом, чего она терпеть не может, но в конце концов они отправляются восвояси, не составив протокол.

У лифта ее ждет Винченци:

– Госпожа Каселли, я вынужден попросить вас немедленно покинуть здание.

Коломба нажимает кнопку вызова:

– Да-да… Обсудим это