Загадка этажа номер 12 - Нин Ханъи

– Да… Сестрица Ямэй была добрейшей души человек, никогда ни с кем не конфликтовала. Она никому не делала зла, ни с кем не ссорилась. Кто бы мог желать ей смерти?

В комнате воцарилась тишина, прерываемая лишь сдавленными всхлипываниями.

Через некоторое время Ван Синсин нарушил молчание:

– У смотровой площадки ведь нет камер наблюдения, да?

– Их нет вдоль всего берега, – ответил Тань Юн. – Камеры есть только на Биньхайлу. Но эта дорога длинная, и на любом ее участке можно выйти к воде. К тому же все произошло ночью – вряд ли записи помогут. Впрочем, когда я смотрел записи с камер в жилом комплексе, кое-что заметил.

– Что именно? – хором спросили несколько человек.

– Вообще-то, я ждал, что ты сама нам расскажешь. – Тань Юн посмотрел на Ли Сюэли. – Но ты, похоже, этого делать не собиралась.

Все взгляды снова устремились к Ли Сюэли. Ее лицо сначала побелело, затем покраснело. Губы дрогнули, но она так и не смогла вымолвить ни слова.

– Вчера вечером, – продолжил Тань Юн, – ты вышла из дому меньше чем через десять минут после ухода Гун Ямэй. Верно?

4

Все уставились на Ли Сюэли, отмечая ее болезненно бледное лицо с непроницаемым выражением – невозможно было угадать, о чем она сейчас думала.

Ли Сюэли наконец призналась:

– Да, я выходила. Но это не имеет никакого отношения к случившемуся.

– Тогда не хочешь объяснить? – спросил Тань Юн.

– Не хочу! – резко ответила Ли Сюэли. – Это мое личное дело, и оно вас не касается. Лао Тань, если ты считаешь, что это как-то связано с убийством сестрицы Ямэй, – что ж, расследуй.

– Сюэли, я прошу объяснений не только для себя, – мягко настаивал Тань Юн. – У всех присутствующих наверняка возникнут вопросы. Неужели ты хочешь стать объектом подозрений?

Эти слова попали в самую точку. После недолгого раздумья Ли Сюэли сквозь зубы процедила:

– Ладно… Вчера вечером я ходила в шашлычную.

– В какую? – уточнил Тань Юн.

– На улице Юйшу.

– Но вы же с Гун Ямэй уже поужинали? – нахмурился Тань Юн. – Только съели танъюань, и тебе снова захотелось есть? На этот раз шашлыков?

– Я ходила не за шашлыками.

– Тогда за чем?

Ли Сюэли закрыла глаза, ее брови судорожно сжались. После нескольких секунд молчания она вдруг выпалила с вызовом:

– Я ходила к владельцу этой забегаловки! Скажу прямо – я пошла переспать с ним! Всю ночь провела в его лавке, доволен?!

Она резко отвернулась, сгорая от стыда, и начала тихо всхлипывать.

В гостиной повисла тягостная пауза.

Фань Линь заговорила первой:

– Я бывала в этой забегаловке. Хозяин – беззубый холостяк лет сорока, низенький, невзрачный… Сюэли, неужели тебе нравятся такие мужчины?

– А сама как думаешь? Если бы я планировала с ним по-нормальному встречаться, то стала бы прятаться от всех вас? Прилюдного признания достаточно? Как я уже и сказала, я ходила к нему чисто переспать. Между нами секс, и больше ничего. Разрешаете? Или это незаконно?

– Ничего незаконного. – Тань Юн пресек дальнейшие расспросы. – Действительно, это твое личное дело, не будем продолжать. Мы проверим информацию у хозяина шашлычной. А теперь, чтобы внести ясность, пусть каждый по очереди расскажет, где был и что делал вчера с без десяти одиннадцать до без десяти двенадцать.

– Я уже говорила, – начала Фань Линь. – После ужина мы с дочкой сразу пошли домой и больше не выходили. Лао Тань, зачем эти вопросы? Ты же сам упомянул, что по записям с камер видно – ЖК покидали только сестрицы Ямэй и Сюэли. Значит, остальные находились в «Юэхайване».

Тань Юн помедлил.

– Хорошо, говорю как есть. На записях с камер у входа в ЖК четко можно опознать лишь Гун Ямэй и Ли Сюэли. На дворе была ночь, из-за низкого качества изображения мы не можем точно идентифицировать всех, кто входил и выходил. Другими словами, убийца мог намеренно изменить внешность, чтобы его не узнали.

– А в лифте разве нет камер? – спросила Фань Линь.

– Есть, но не на лестничных пролетах. Если уж убийца пошел на ухищрения с маскировкой, разве он стал бы спускаться на лифте?

Фань Линь развела руками, – мол, добавить ей нечего.

– Фань Линь, – продолжил Тань Юн, – во сколько Вэньцзин вчера легла спать?

– Не знаю точно… часов в десять. Обычно она в это время ложится.

– То есть после ты осталась дома одна и никто не может подтвердить твое алиби?

– Да-да, именно так! – Фань Линь язвительно скривила губы. – Я надела мужской костюм, парик, кепку, тайком вышла из дома и столкнула Гун Ямэй в Юэхай.

Ее саркастический тон не оставлял сомнений – она считала подобные подозрения абсурдными.

Тань Юн принял строгое выражение лица и повысил голос, переходя на официальный тон:

– Фань Линь, хоть мы и друзья, но сейчас я обращаюсь к тебе не как друг, а как сотрудник полиции. Ты уверена, что хочешь продолжать в том же духе? Или твой предыдущий ответ был серьезным? В таком случае прошу проехать со мной.

Фань Линь с потрясенным видом поднялась с дивана:

– Лао Тань, даже дурак понял бы, что я… Извини, не хотела тебя обидеть. Ладно, прости, беру свои слова назад. После того как Вэньцзин уснула, я осталась дома, посидела в своей комнате, полистала короткие видео и легла спать в половине двенадцатого. Но, увы, подтвердить это никто не сможет.

Тань Юн жестом велел ей сесть, записал ее показания в блокнот и сказал:

– Следующий.

– Лао Тань, как я уже говорил, после просмотра сериала у Сюэли мы с Фэнся около десяти часов спустились к себе, – сказал Юань Дун.

– И потом не выходили?

– Конечно нет, мы никогда не выходим так поздно.

– Ты же знаешь, что супруги или партнеры не могут выступать свидетелями друг для друга?

– Но… ты же в курсе моего состояния. Без посторонней помощи или костылей я не могу передвигаться.

– Зато Фэнся может. Не волнуйся, я лишь отмечаю такую возможность. Как полицейский, я должен быть беспристрастен.

Юань Дун и Шэнь Фэнся переглянулись, оба нахмурились.

– Ван Синсин, Ся Ци, Су Сяотун, Хань Лэй – вы четверо были в баре. – Тань Юн посмотрел на них. – Можете подтвердить алиби друг друга?

– Вряд ли, – пожал плечами Ван Синсин. – В одиннадцать Ся Ци и Су Сяотун уже ушли.

– А ты? Остался допивать?

– Ага.

– Персонал бара может это подтвердить?

– Только то, что я был там до одиннадцати…

– Значит, потом ты тоже ушел?

– Да. Хотел познакомиться с девчонкой, но не выгорело, вот и свалил.

– Куда? Не домой?

– Нет. –