Загадка этажа номер 12 - Нин Ханъи

– После одиннадцати ночи бесцельно шатался по улицам? – Тань Юн прищурился.

– Ну…

– Звучит подозрительно.

Ван Синсин нервно рассмеялся:

– Искал приключений, но облом – пришлось возвращаться.

– Во сколько пришел?

– К полуночи.

– То есть на указанный промежуток алиби нет.

– Выходит, так…

Тань Юн хмыкнул, записал показания и повернулся к Хань Лэй:

– А ты, Хань Лэй? Ты в это время была в баре?

– Нет. Наверное, я была в больнице или возвращалась оттуда домой, – ответила Хань Лэй.

– Зачем тебе понадобилось в больницу? – продолжил допрос Тань Юн.

Хань Лэй украдкой взглянула на Су Сяотун и остальных.

– Вчера во время выступления случился инцидент. Один посетитель получил травму – рассек голову. Настоял на осмотре в больнице. Мы с владельцем заведения сопровождали его. Это заняло около часа. Простите, Синсин, Ся Ци, Сяотун, – я не сказала вам правду.

Трое молча кивнули.

– Во сколько ты вышла из больницы? – спросил Тань Юн.

– Около одиннадцати. Мне нужно было проветриться, поэтому я решила пройтись пешком. Дома была примерно в двадцать три сорок.

– Одна?

– Да.

Тань Юн сделал очередную пометку в блокноте.

– Мы с сестрицей Сяотун ушли из бара в одиннадцать, – добавила Ся Ци, – сразу поймали такси и вернулись. Дома были около половины двенадцатого. После этого я не выходила.

– Я тоже, – сказала Су Сяотун. – Когда вернулась, сын уже спал. Я немного поговорила с Гу Лэем, умылась и легла.

Гу Лэй кивнул в подтверждение ее слов.

– Ся Ци живет одна, тут все ясно. А вы – супруги, так что не можете быть свидетелями друг для друга. – Тань Юн пробежался глазами по записям и нахмурился. – Получается, ни у кого из присутствующих алиби нет.

– У меня есть, – вмешалась Ли Сюэли. – Владелец шашлычной «Мацзи» подтвердит, что я была в это время у него в заведении.

– Во сколько ты пришла в шашлычную? – уточнил Тань Юн.

Ли Сюэли задумалась.

– Я шла пешком… Кажется, около одиннадцати.

– Значит, время твоего пути все еще попадает в промежуток, когда погибла Гун Ямэй.

– Если следовать твоей логике, выходит, каждый из нас может оказаться убийцей? – Ли Сюэли покачала головой и вздохнула. – Лао Тань, я понимаю: ты полицейский и расследование – твоя работа. Ты правильно делаешь, что опрашиваешь нас: у сестрицы Ямэй в Лиши больше не было друзей. Но задавал ли ты себе главный вопрос? Ни у кого из нас нет мотива для убийства.

– Сюэли совершенно права, – подала голос Фань Линь. – Я уже говорила: зачем нам убивать сестрицу Ямэй? Лао Тань, я не пытаюсь учить тебя работать, но ты тратишь время не на то. Лучше бы поискал другие зацепки. Мы все, как и ты, хотим, чтобы убийцу поймали как можно скорее!

Все в комнате единодушно закивали. Тань Юн ничего не ответил, лишь молча убрал блокнот и ручку, затем поднялся:

– Я пойду. Если что-то вспомните – сообщите.

5

Вернувшись в отдел уголовного розыска, Тань Юн позвонил Ли Биню. Тот доложил, что посетил дом престарелых, куда часто наведывалась Гун Ямэй.

– Она занималась благотворительностью по искреннему желанию, – сообщил Ли Бинь. – У нее были прекрасные отношения и с персоналом, и с постояльцами. Она помогала старикам мыться, кормила их, гуляла и беседовала с ними. Все любили Гун Ямэй. Новость о ее смерти всех глубоко потрясла.

Он добавил, что вчера Гун Ямэй в дом престарелых не приходила, и заключил:

– Учитывая все обстоятельства, считаю, что это место не имеет отношения к ее убийству.

Тань Юн кивнул и распорядился:

– На обратном пути зайди в шашлычную «Мацзи» на улице Юйшу. Уточни у владельца, действительно ли Ли Сюэли ночевала у него вчера, а также точное время ее прихода и ухода.

Спустя некоторое время Ли Бинь вернулся. Глотнув чая, он доложил:

– Я был в шашлычной, все проверил. Владелец – Ма Цян, тридцать девять лет, холост. Купил эту забегаловку год назад: первый этаж отведен под бизнес, второй – жилой. Ли Сюэли действительно была у него вчера. Пришла около одиннадцати, ушла сегодня в восемь утра. Всю ночь они провели вместе. По крайней мере, так утверждает Ма Цян.

Тань Юн хмыкнул:

– Вообще-то, эта проверка уже не так важна. Поэтому и попросил заехать по пути в отдел. Даже если бы Ли Сюэли была убийцей, она могла сначала совершить преступление, а потом пойти к Ма Цяну. Но лично я считаю это маловероятным.

– Лао Тань, ты ошибаешься. Это еще как важно, – покачал головой Ли Бинь.

– Почему?

– Знаешь, кто такой этот Ма Цян?

– Кто? Хватит загадок, говори прямо.

– Когда я был в его заведении, увидел знакомое лицо – ту самую старушку-мусорщицу, которая обращалась в полицию два года назад.

– В каком смысле? – Тань Юн моргнул, не сразу поняв. – Эта старушка теперь работает у Ма Цяна? Неудивительно, что я давно не видел ее собирающей мусор.

– Работает? Да какой там! – фыркнул Ли Бинь. – Она его мать! Помещение под шашлычную купила на деньги от продажи той самой «несчастливой» квартиры в «Юэхайване». Все, чтобы сын вернулся в Лиши из другого города. С собственным помещением бизнес ведь лучше пойдет.

– Что?! – Тань Юн остолбенел. – Ли Сюэли знала об этом? Получается, ее любовник – сын прежней хозяйки проклятого жилья!

– Не могла не знать, – покачал головой Ли Бинь. – Она же подала на них в суд, когда всплыла история с убийством. Еще тогда выяснилось, что Ма Цян – сын этой старухи.

Тань Юн несколько секунд молчал с открытым ртом.

– Это же абсурд! Ли Сюэли ненавидела эту семью за аферу с квартирой. Как она могла сойтись с Ма Цяном?

– Вот именно, – кивнул Ли Бинь. – Будь он богатым красавчиком – еще куда ни шло. Но внешность так себе, да и шашлычная его еле-еле сводит концы с концами. С чего бы Ли Сюэли вдруг заинтересоваться таким?

– Ладно Ли Сюэли, но старуха? После всей этой нервотрепки она должна была бы избегать Ли Сюэли как огня. Как она могла разрешить сыну с ней встречаться?

– Возможно, она просто не в курсе, – задумчиво ответил Ли Бинь. – Я узнал, что старуха живет отдельно от сына, только днем приходит помогать в шашлычной. Так что ночные визиты Ли Сюэли могли остаться незамеченными. – Он помолчал, затем добавил: – Лао Тань, как думаешь, может, у Ли Сюэли был какой-то скрытый умысел по отношению к Ма Цяну?

– Попробую ее расспросить. Но сомневаюсь, что она скажет правду.

– Оставим это пока. Ты опрашивал «Большую семью»? Есть какие-то зацепки?

– Я допросил всех по очереди. Не знаю, совпадение ли это, но ни у кого