Убийство в ирландской деревушке - Карлин О’Коннор

– Скоро мы всё узнаем, – сказал Макдара.

– Так это всё? Ты даже никого другого допрашивать не будешь?

– Мне надо работать, – сказал Макдара, указывая на дверь.

Шивон склонилась над столом:

– Если Джеймс убил Найла в каком-то пьяном угаре около паба, с чего вдруг ему тащить его тело к нашему бистро?

Вот этого она никак не могла понять.

– Найл мог пойти за твоим братом до дома. Мог даже в сам дом за ним ввалиться. Кто знает, может, это вообще была самооборона.

– Энн услышала бы их борьбу. Раз она слышала, как бьется стекло, то точно услышала бы драку на первом этаже. И еще раз – его не могли убить в бистро…

Макдара резко поднял голову:

– Почему же?

– Где кровь?

– Кто-то мог убраться.

– Это салон Шейлы провонял отбеливателем. Не наше бистро. И мы оба знаем, что гарды осмотрели бистро в поисках хоть капли крови. Трава в саду была примята – думаю, там его протащили. Ты уверен, что вы ничего там не пропустили?

– Вот я разве прихожу к тебе в бистро и указываю, как печь хлеб?

– Не говори так.

– Мне надо работать.

– Если Найл проследовал за Джеймсом домой, а тот убил его в качестве самообороны в пьяном угаре, почему тогда утром Джеймса не было в кровати? Хочешь сказать, он достаточно протрезвел, чтобы убрать всю кровь – которой вы не нашли ни капли, иначе наше бистро было бы объявлено местом преступления, – и что потом? Он остался в одежде с кровью, вернулся в паб и отключился за пабом Деклана, где его потом и нашли? А потом сделал вид, что ничего этого не помнит? Ты сам понимаешь, какой это бред?

– Может, он протрезвел. Испугался содеянного – естественная реакция – и попытался замести следы. Сделать вид, что ничего не помнит.

– Зачем ему это?

– Чтобы избежать наказания.

– Поверить не могу, что ты такое говоришь.

Макдара всплеснул руками:

– Я не делаю никаких выводов. Сначала мне нужны факты.

– Вывод таков, что мой брат виновен?

Макдара сделал вид, что не слышит Шивон, и принялся стучать по клавишам.

– Когда будут результаты вскрытия?

– Это расследование убийства, а не мыльная опера. Все данные обрабатываются в Корке, а то и в Дублине, в завосимости от ситуации. Расследование будет идти столько, сколько они будут им заниматься.

Шивон закусила губу. Если бы па был жив, он пошел бы с Джеймсом. Тогда Макдара не смог бы допросить его без адвоката. Может, тогда они и не смогли бы заполучить одежду Джеймса.

– Прошу тебя, поговори с Шейлой. Сейчас.

– Я не исполняю твои приказы.

– Почему? Потому что я женщина? Мое место на кухне, ты это хочешь сказать?

– Не надо перевирать. Ты не суперинтендант, не гарда, не судмедэксперт. Я очень тебе сочувствую, правда. Но я не могу позволить себе отвлекаться. – Макдара смерил ее взглядом и отвернулся.

Лишенная дара речи, Шивон направилась к двери и распахнула ее. Она хотела демонстративно убежать, но развернулась и сделала глубокий вдох. Надо сохранять самообладание, как всегда говорили ее па и Шон О'Кейси.

– Я тебе говорю, что-то тут нечисто. Это Шейла надраила свой салон отбеливателем. Не мы. Найл был в ее салоне незадолго до убийства. У нее фингал под глазом, на полу битое стекло, якобы от вазы, но у нее аллергия на цветы. А в утро убийства я видела, как она заходит в салон с мусорным мешком. Люди обычно выносят мусор из дома, не наоборот, правда же?

Макдара резко поднял голову:

– И ты только сейчас мне об этом говоришь?

Шивон покачала головой:

– Я забыла.

– Забыла она! – Макдара встал и подошел к ней. – Не надо мне зубы заговаривать. Это называется «вмешательство в текущее расследование».

– Да что ты? А допрашиваешь ты почему-то только моего брата. Или я не права?

– Теперь я допрашиваю тебя.

– В смысле?

– В прямом. У тебя буйный характер, верно? Ты призналась, что Шейла заставила тебя взять пару ножниц. И тело обнаружила именно ты.

– Ты на что намекаешь? Хочешь сказать, что я убила Найла?

– Есть такая мыслишка.

– Прогони ее. Я бы ни за что не сделала такой ужасной вещи.

– Но при этом смогла скрыть от меня важную информацию.

– Я же сказала – я забыла.

– А я сказал, что ты заговариваешь мне зубы. Шивон О'Салливан…

Макдара был близко. Достаточно близко, чтобы поцеловать. И он был очень зол.

– Да, гарда Фланнери?

– Что еще ты от меня скрываешь?

Глава 11

Шивон стояла перед ним будто целую вечность. Макдара не сводил с нее пристального взгляда. Она чувствовала, что если не скажет все сейчас, то Макдара больше никогда не встанет на ее сторону. Сейчас или никогда. Она сделала глубокий вдох.

– В пятницу перед его убийством мы с Найлом немного повздорили.

– Да что ты?

– В магазине Шиди.

– Я слушаю.

– Найл Мерфи пытался вымогать у меня деньги.

Макдара не шелохнулся, но его голос понизился почти до звериного рыка:

– Что?

– Он попросил у меня десять тысяч евро.

– Что именно он тебе сказал?

– Что у него есть доказательства невиновности Билли.

– Это шутка какая-то?

– Никаких шуток. Конечно, это бред какой-то. Ты ведь сам там был, на месте происшествия. В том, что виновен Билли, нет никаких сомнений, правда же?

Макдара резко подошел к Шивон и взял ее за руки. Она была поражена, и ей вдруг стало стыдно за то, как Макдара ее привлекал.

– Никаких сомнений нет, Шивон. Машина Билли врезалась в машину твоих родителей. Он был пьян. Он был в машине. Рядом никого не было. Не знаю, о чем говорил Найл, но никаких сомнений нет.

Шивон кивнула, чувствуя, как глаза наполняются слезами. Она всегда так мало плакала – боялась, что если начнет, то уже никогда не остановится. Шивон закусила губу и убрала руки за спину.

– Найл говорил про кого-то, кто готов заплатить двадцать тысяч за эти доказательства. Так что он шантажировал кого-то еще. Может, этот человек его и убил.

– Кто он?

– Я не знаю. Поэтому и сказала «человек». Найл просто сказал «кое-кто».

– «Кое-кто».

– «Кое-кто готов дать мне двадцать тысяч евро». Больше он ничего не сказал.

– Поверить не могу, что ты рассказываешь мне это только сейчас.

– Я думала, это просто бред. Я и сейчас так думаю, но тебе надо просмотреть его вещи. Вдруг там что-то есть.

– Мэри Мерфи устроит нам сладкую жизнь, если я в ходе следствия начну очернять имя Найла. Это я тебе гарантирую.

– Даже