Янтарное лето - Мидзуки Цудзимура

– Нонко-тян, дать тебе зубную пасту? Она со вкусом клубники, – предложила Юи, протягивая тюбик.

И когда она это сказала, Норико поняла, что просто не может на нее злиться.

– Давай, – пробормотала она и взяла тюбик.

У Норико дома такую не покупали. С собой ей пришлось взять обыкновенную белую невкусную пасту.

– Доброе утро, Юи-тян!

– О, Мива-тян! Привет «Фиолетовым»!

Подошедшая девочка и Юи улыбнулись друг другу. Это, должно быть, и есть Мива, та, кто в одной группе с Юи и с которой они вчера подружились. У умывальников появлялись все новые дети, и каждый из них приветствовал Юи: «Доброе утро, Юитти!» Они называли ее так же, как и Эри с девчонками в школе, – похоже, они были знакомы уже довольно долго.

Воспоминания о втором дне в «Школе» у Норико остались весьма расплывчатые.

Сначала состоялся Совет, на котором им рассказали, как устроена жизнь в Училище. Местные все собрания называли Советом. Норико это показалось странным.

Потом распределяли дежурство. Норико поставили на раздачу еды. Начиная со следующего дня разрешалось играть на берегу реки, поэтому им объяснили правила безопасности. Взрослые по многу раз задавали им один и тот же вопрос – «Как вы думаете, что еще опасно?» Это напоминало «Вопросы и ответы», которые Норико видела на записи.

За ужином, когда она проходила мимо «Фиолетовых», Юи окликнула ее: «Эй, Нонко-тян!» Большую часть дня они проводили со своими группами, так что Норико редко встречалась с Юи, поэтому была рада ее видеть. Когда Норико подняла взгляд, Юи вдруг сказала:

– С сегодняшнего дня я буду спать рядом с Мивой и остальными. Так мы с «Фиолетовыми» решили.

Юи улыбнулась.

– Я и Ами хотела то же самое передать. Но вы двое можете спать вместе.

– Ладно.

Норико тоже улыбнулась, но она не была уверена, получилось ли у нее это как следует. Она вообще не понимала, почему улыбается. Да, Ами ей нравилась, но она подружка Юи, и Норико не знала, о чем говорить с Ами без нее.

Когда наступило время ложиться, Норико, расстелив футон, рассказала обо всем Ами, и та ответила только: «А, понятно». Юи обещала ее предупредить, но, кажется, так этого и не сделала.

– Тогда сегодня вдвоем?

Ами это, похоже, не слишком задело, и Норико подумала о том, какая же она все-таки уже взрослая. Как же это здорово! А вот Норико вечно переживает из-за подобной ерунды – значит, что она еще совсем ребенок. «Наверное, это плохо», – решила она. Все это лишь заставило ее острее ощутить собственную неполноценность.

– Нонко-тян, а тебе нравится кто-нибудь в школе?

– …Не-а.

Они легли на бок на своих футонах, чтобы поболтать перед сном. Свет уже выключили, но глаза Норико понемногу привыкли к темноте, и она пристально уставилась на потолочные балки.

Разговор не клеился. Наверное, Ами считает ее скучной – Норико стало даже как-то перед ней неудобно.

Завтра вечером она, скорее всего, переберется к кому-нибудь из «Желтой». Подумав об этом, Норико пожалела, что той первой ночью отказала Сае. Даже если она теперь попросится к ней, Сая может и не захотеть. Почему Юи вчера не могла решить, что будет спать с «Фиолетовыми»?

За сегодняшний день дети сдружились получше, поэтому то тут, то там было слышно, как они шепчутся между собой. Кое-кто даже весело хихикал.

Норико лишь оставалось надеяться, что к ним вскоре заглянет с обходом учительница. Ей просто хотелось спать. Вот бы учительница пришла и поругала всех тех, кто болтает. Ами тоже уже почти заснула. Потому что с Норико не о чем поговорить. С ней скучно.

* * *

Это случилось следующим утром.

Они с Ами снова отправились к умывальникам чистить зубы. По пути они заметили Юи, радостно сворачивавшую свой футон с Мивой и остальными.

– Я в туалет сначала, – сказала Ами.

Она ушла, и Норико в одиночестве зашагала к раковине. К комнате с умывальниками на первом этаже выстроилась очередь. Ей захотелось побыть одной, и тогда она поднялась по лестнице на второй этаж.

Слышно было, как за окнами в коридоре чирикали птицы.

Оставшись одна, Норико выглянула на улицу – зеленый лес показался ей таким же красивым, как и в первый день.

Ей велели найти друзей, но именно сейчас, когда она была не вместе с остальными, Норико по-настоящему разглядела красоту природы вокруг – не зря же она все-таки сюда приехала. Воздух был прозрачным, а зелень, насколько хватало взгляда, – свежей.

Может, ей даже было бы веселее, если бы она изначально приехала в одиночку.

Тогда бы не пришлось переживать из-за того, с кем она будет спать или сможет ли вообще хоть с кем-то подружиться, а вместо этого можно было бы спокойно наслаждаться местной природой и всем, что ее окружало.

И вот в этот миг все и произошло.

– Доброе утро! – кто-то вдруг окликнул ее сзади.

У Норико аж дыхание перехватило от неожиданности.

Обернувшись, она увидела девочку с тряпкой в руках. В отличие от детей из лагеря, которые по утрам ходили в пижамах, она была уже полностью одета – белая блузка, джинсовая юбка.

Это была та самая девочка, которая сегодня заходила к «Зеленым», чтобы помочь распределить дежурства, а потом еще помогала в столовой.

Точно, ее звали Мика.

– А…

Она, наверное, сердится, что Норико без разрешения поднялась сюда? Как только эта мысль пришла ей в голову, глаза у Мики вдруг засияли.

– Ого! – воскликнула она. – Какая красивая пижама! И цвет, и эти оборки!

Мика радостно заулыбалась.

Глава 3. Норико

Она услышала это по телевизору, который оставила включенным.

Суббота, вторая половина дня. Норико дождалась мужа, который утром встречался по работе с клиентом. Теперь супруг помогал ей с ребенком. Она готовила кое-какие документы – их нужно было предоставить в районное управление.

Норико слышала, как хихикает ее дочь, Айко, которой скоро уже исполнится три. Она так и не убрала со стола тарелку из-под спагетти, съеденных мужем еще в обед.

Норико заполняла заявление на прием Айко в государственный детский сад. Очереди в детские учреждения – давняя и весьма острая проблема, но, к счастью, когда дочь была еще совсем малышкой, ей удалось пристроить ее в маленький садик в Токио – «Лес счастливых детей» – с лицензией, но не государственный. Однако его можно было посещать только до двух лет.

Норико хотела перевести ее в сад, куда она могла бы ходить до начальной школы – вплоть до